1

5-я УДАРНАЯ АРМИЯ

5-я УДАРНАЯ АРМИЯ сформирова­на 9 декабря 1942 г. на основании дирек­тивы Ставки ВГК от 8 декабря 1942 г. в резерве Ставки ВГК на базе 10-й резерв­ной армии. Первоначально в нее входи­ли 87, 300-я и 315-я стрелковые дивизии, 4-й механизированный и 7-й танковый корпуса, несколько артиллерийских и других частей.В составе Сталинградского фронта 2-го формирования, с 26 декабря 1942 г. — Юго-Западного фронта войска армии участвовали в разгроме тормосинской группировки противника.В 1943 г. войска армии в составе войск Южного фронта 2-го формирова­ния (с 3 января 1943 г.), 4-гоУкраинско­го фронта принимали участие в несколь­ких операциях: Ростовской (1 января — 18 февраля) наступательной операции, в обороне рубежа на реке Миус, в Дон­басской стратегической наступательной (13 августа— 22 сентября) и Мели­топольской (26 сентября — 5 ноября) на­ступательной операциях.В 1944 г. в составе 3-го Украинско­го фронта (с 29 февраля) армия уча­ствовала в освобождении Правобе­режной Украины и в Ясско-Кишиневской (20-29 августа) стратегической операции.В начале сентября 1944 г. армия была выведена в резерв Ставки ВГК, передислоцирована в район Ковеля и 30 ок­тября включена в состав 1-го Белорусского фронта 2-го формирования.В 1945 г. войска армии участвовали в Варшавско-Познанской (14 января — 3 февраля) и Берлинской (16 апреля — 8 мая) стратегической наступательных операциях.Расформирована армия в декабре 1946 г.Командующие армией: генерал-лей­тенант Попов М. М. (декабрь 1942 г.); генерал-лейтенант, с сентября 1943 г. — генерал-полковник Цветаев В. Д. (де­кабрь 1942 г. — май 1944 г.); генерал-лей­тенант, с апреля 1945 г. — генерал-пол­ковник Берзарин Н. Э. (май 1944 г. — до конца войны).Члены Военного совета армии: пол­ковник, с марта 1943 г. — генерал-майор Булатов И. Б. (декабрь 1942 г. — октябрь 1944 г.); генерал-лейтенант Боков Ф. Е. (октябрь 1944 г. — до конца войны).Начальники штаба армии: полков­ник Богданович В. Ф. (декабрь 1942 г.); генерал-майор Кондратьев А. К. (де­кабрь 1942 г. — август 1943 г.); полков­ник Пенчевский А. П. (август 1942 г. — февраль 1944 г.); генерал-майор Варфо­ломеев И. И. (февраль — июнь 1944 г.); полковник, с сентября 1944 г. — гене­рал-майор Кущев А. М. (июнь 1944 г. — до конца войны).




4-я УДАРНАЯ АРМИЯ

4-я УДАРНАЯ АРМИЯ сформирова­на 25 декабря 1941 г. путем преобразо­вания 27-й армии 1-го формирования в составе Северо-Западного фронта. На 1 октября 1942 г. в нее входили 249, 332, 334, 358-я и 360-я стрелковые дивизии, стрелковая бригада, несколько танко­вых, лыжных, артиллерийских и других частей.Армия обороняла рубеж по восточно­му берегу озер Велье, Селигер, 9 янва­ря — 6 февраля 1942 г. принимала учас­тие в Торопецко-Холмской наступатель­ной операции. 22 января 1942 г. была переподчинена Калининскому (с 20 ок­тября 1943 г. — 1-й Прибалтийский) фронту. Участвовала в Невельско-Городокской и Полоцкой наступательных операциях (29 июня — 4 июля 1944 г.)Во второй половине 1944 г. войска армии вели боевые действия в составе 2-го Прибалтийского (с 4 июля) и 1-го Прибалтийского (с 8 августа) фронтов. Они приняли участие в Режицко-Двинской, Рижской (14 сентября — 22 октяб­ря) и Мемельской (5-22 октября 1944 г.) наступательных операциях, в блокаде группировки противника на Курляндском полуострове.9 февраля 1945 г. армия была пере­подчинена 2-му Прибалтийскому фрон­ту, 1 апреля — включена в состав Ленин­градского фронта.Расформирована 9 мая 1945 г.Командующие армией: генерал-пол­ковник Еременко А. И. (декабрь 1941 г. — февраль 1942 г.); генерал-лей­тенант Голиков Ф. И. (февраль — март 1942 г.); генерал-майор, с мая 1942 г. — генерал-лейтенант Курасов В. В. (март 1942 г. — апрель 1943 г.); генерал-майор Селезнев Д. М. (апрель — май 1943 г.); генерал-майор, с октября 1943 г. — ге­нерал-лейтенант Швецов В. И. (май — декабрь 1943 г.); генерал-лейтенант Ма­лышев П. Ф. (декабрь 1943 г. — до конца войны).Члены Военного совета армии: бри­гадный комиссар Рудаков М. В. (декабрь 1941 г. — ноябрь 1942 г.); генерал-майор Тевченков А. Н. (ноябрь 1942 г. — апрель 1943 г.); полковник, с сентября 1943 г. — генерал-майор Белик Т. Я. (апрель 1943 г. — до конца войны).Начальники штаба армии: генерал-майор Курасов В. В. (декабрь 1941 г. — март 1942 г.); полковник Португалов В. К. (март — май 1942 г.); генерал-майор Глинский П. Е. (май 1942 г. — июнь 1943 г.); генерал-майор Кудряшов А. И. (июнь 1943 г. — до конца войны).




3-я УДАРНАЯ АРМИЯ

3-я УДАРНАЯ АРМИЯ сформирова­на 25 декабря 1941 г. путем преобразо­вания 60-й армии 1-го формирования в составе Московской зоны обороны. На 1 января 1942 г. в нее входили 23, 33-я и 257-я стрелковые дивизии, 6 стрелко­вых бригад, несколько артиллерийских и других частей.В составе Северо-Западного (с 27 де­кабря), Калининского (с 21 января 1942 г.), Прибалтийского (с 13 октября 1943 г.), 2-го Прибалтийского (с 13 ок­тября 1943 г.) фронтов участвовала в Торопецко-Холмской (январь — февраль 1942 г.), Великолукской (ноябрь 1942 г. — январь 1943 г.), Невельско-Городокской (октябрь — ноябрь 1943 г.) опе­рациях.15 декабря 1944 г. армия выведена в резерв Ставки ВГК, 31 декабря включе­на в 1-й Белорусский фронт. В его соста­ве в 1944 г. участвовала в Режицко-Двинской, Мадонской (28 июля — 28 августа) и Рижской (14 сентября— 22 октября 1944 г.) наступательных операциях, с октября 1944 г. — в блокаде группиров­ки противника на Курляндском полу­острове.В 1945 г. войска армии участвовали в Варшавско-Познанской (14 января — 3 февраля), Восточно-Померанской стратегической (10 февраля — 4 апре­ля) и Берлинской стратегической (16 апреля— 8 мая) наступательных операциях. Воины 79-го стрелкового корпуса армии водрузили Знамя Побе­ды над Рейхстагом.После завершения 2 мая 1945 г. бое­вых действий в Берлине ее войска участвовали в разоружении остатков не­мецкого берлинского гарнизона.Командующие армией: генерал-лей­тенант Пуркаев М. А. (декабрь 1941 г. — август 1942 г.); генерал-майор, с января 1943 г. — генерал-лейтенант Галицкий К. Н. (сентябрь 1942 г. — ноябрь 1943 г.);  генерал-полковник Чиби­сов Н. Е. (ноябрь 1943 г. — апрель 1944 г.); генерал-лейтенант Юшкевич В. А. (апрель — август 1944 г.); генерал-лейте­нант Герасимов М. Н. (август — октябрь 1944 г.); генерал-майор Симоняк Н. П. (октябрь 1944 г. — март 1945 г.); гене­рал-полковник Кузнецов В. И. (март 1945 г. — до конца войны).Члены Военного совета армии: бри­гадный комиссар Рязанов А. П. (декабрь 1941 г. — февраль 1943 г.); генерал-лейте­нант Пономаренко П. К. (февраль — март 1943 г.); генерал-майор Литвинов А. И. (март 1943 г. — до конца войны).Начальники штаба армии: генерал-майор Покровский А. П. (декабрь 1941 г. — февраль 1942 г.); генерал-май­ор Шарохин М. Н. (февраль — август 1942 г.); генерал-майор Юдинцев И. С. (август 1942 г. — март 1943 г.); генерал-майор Бусаров  М. М.   (март — май 1943 г.); генерал-майор Зуев Ф. А. (май — октябрь 1943 г.); генерал-майор Бейлин В. Л. (октябрь 1943 г. — август 1944 г.); генерал-майор, с июля 1945 г. — генерал-лейтенант Букштынович М. Ф. (август 1944 г. — до конца войны).




2-я УДАРНАЯ АРМИЯ

2-я УДАРНАЯ АРМИЯ сформирова­на в декабре 1941 г. на Волховском фрон­те путем преобразования 26-й армии. Первоначально в нее входили 327-я стрелковая дивизия, 8 стрелковых бри­гад, несколько танковых, лыжных, ар­тиллерийских, авиационных и других частей. Войска армии принимали учас­тие в Любанской (7 января — 30 апреля) и Синявинской (19 августа — 10 октяб­ря) операциях 1942 г., в прорыве блока­ды Ленинграда 1943 г.С конца февраля до середины июля 1943 г. войска армии в составе Ленинградского, Волховского (с 9 марта) и вновь Ленинградского (с 18 апреля) фронтов обороняла рубеж юго-восточ­нее Шлиссельбурга.В 1944 г. армия участвовала в Красносельско-Ропшинской (14-30января), Нарвской (24-30 июля) и Таллинской (17-26 сентября) наступательных опера­циях.В 1945 г. составе 2-го Белорусского фронта армия принимала участие в Млавско-Эльбингской (14-26 января), Восточно-Померанской (10 февраля — 4 апреля) и Берлинской (16 апреля — 8 мая) наступательных операциях 1945 г.Командующие армией: генерал-лей­тенант Соколов Г. Г. (декабрь 1941 г. — январь 1942 г.); генерал-лейтенант Клы­ков Н. К. (январь — апрель и июль — декабрь 1942 г.); генерал-лейтенант Рома­новский В. 3. (декабрь 1942 г. — декабрь 1943 г.); генерал-лейтенант, с октября 1944 г. — генерал-полковник Федюнинский И. И. (декабрь 1943 г. — до конца войны).Члены Военного совета армии: бри­гадный комиссар Михайлов А. И. (де­кабрь 1941 г. — февраль 1942 г.); дивизи­онный комиссар Зеленков М. Н. (фев­раль — март 1942 г.); дивизионный ко­миссар Зуев И. В. (март — июль 1942 г.); корпусной комиссар Дибров П. А. (июль — декабрь 1942 г.); генерал-майор интендантской службы Рябчий К. Г. (де­кабрь 1942 г. — январь 1943 г. и май — июнь 1944 г.); генерал-майор Кузне­цов А. А. (январь — март 1943 г.); генера­л-майор Писклюков В. Т. (март 1943 г. — апрель 1944 г.); генерал-майор Мжаванад­зе В. П. (апрель — май 1944 г.); полковник, с сентября 1944 г. — генерал-майор Шабалин Н. И. (июнь 1944 г. — февраль 1945 г.); полковник Кузьмин П. В. (фев­раль 1945 г. — до конца войны).Начальники штаба армии: генерал-майор Визжилин В. А. (декабрь 1941 г. — март 1942 г.); полковник Рождественс­кий С. Е. (март — апрель 1942 г.); полков­ник Виноградов П. С. (апрель — май 1942 г.); полковник Артюшенко П. А. (май — июль 1942 г.); полковник Козачек С. Б. (июль — август 1942 г.); полков­ник Свиклин Т. А. (август — ноябрь 1942 г.); генерал-майор Микульский С. П. (ноябрь — декабрь 1942 г.); генерал-май­ор Кокорев П. И. (декабрь 1942 г. — июнь 1944 г.); генерал-майор Ковальчук Н. П. (июнь 1944 г. — до конца войны). 




1-я УДАРНАЯ АРМИЯ

1-я УДАРНАЯ АРМИЯ сформирова­на 25 ноября 1941 г. по приказу Ставки ВГК от 15 ноября 1941 г. путем преобра­зования 19-й армии 2-го формирования, находившейся в резерве Ставки ВГК. На 29 ноября в нее входили 7 отдельных стрелковых бригад, 11 отдельных лыж­ных батальонов, артиллерийский полк и 2 легкобомбардировочных полка.В составе Западного фронта (с 29 но­ября) участвовала в Московской битве. 21 января 1942 г. была выведена в резерв Ставки ВГК, 2 февраля — включена в Северо-Западный фронт. В его составе участвовала в первой (7 января — 20 мая 1942 г.) и второй (15-28 февраля 1943 г.) Демянских наступательных операциях.

Формирование армии:

Незадолго до возникновения кризиса с окружением группы Захарова на фронт начали прибывать соединения из резерва Главного командования. На рубеж канала Москва – Волга прибывала 1-я ударная армия генерал-лейтенанта В.И. Кузнецова. Она была сформирована директивой Верховного Главнокомандующего от 20 ноября 1941 г.

Назначенный командовать армией В.И. Кузнецов еще 22 ноября прибыл в Москву и был принят Б.М. Шапошниковым. Как позднее вспоминал генерал Кузнецов, обстановка оценивалась как чреватая неприятными неожиданностями: «В связи с продолжавшимся отходом войск 30-й и 16- й армий и возможным прорывом противника в район Дмитров, Яхрома ранее окончания сосредоточения армии Б.М. Шапошников рекомендовал мне принять меры по прикрытию района сосредоточения армии, развернув для этого одну из прибывавших бригад на рубеже Дмитров,

Яхрома»[302]. Сам Кузнецов был достаточно опытным командующим, он встретил войну на границе во главе 3-й армии ЗапОВО. Впоследствии дошел до Берлина.

Армия получила номер «19» взамен прекратившей свое существование в вяземском «котле» армии М.Ф. Лукина. В состав армии должны были быть включены: 55, 47, 50 и 29-я стрелковые бригады с дислокацией в районе Дмитрова, 43, 64-я стрелковые бригады в Загорске, 71-я стрелковая бригада в Яхроме, 44-я стрелковая бригада в Хотькове, 2, 3, 4, 16, 18, 19 и 20-й лыжные батальоны в Загорске; 1, 5 и 7-й лыжные батальоны в Дмитрове; 6-й лыжный батальон в Яхроме; 8-й лыжный батальон в Хотькове и 517-й артиллерийский полк в Загорске.

Первоначально армия В.И. Кузнецова непосредственно подчинялась Ставке ВГК.

С 23 ноября войска 1-й ударной армии начали сосредоточиваться в назначенных им районах. Завершение сосредоточения соединений и частей армии в назначенных пунктах предполагалось по плану уже к 27 ноября. Вечером 23 ноября в район Дмитрова прибыл командир 29-й сбр полковник Федотов со штабом и головным батальоном бригады. Вместе с В.И. Кузнецовым они отрекогносцировали берег канала на участке от Дмитрова до Яхромы, и бригада сообразно вышеупомянутым указаниям Шапошникова стала занимать оборону, прикрывая развертывание остальных частей армии. Уже вечером 25 ноября 29-я сбр прибыла и выгрузилась целиком. К вечеру 27 ноября прибыли полностью 28-я сбр с двумя лыжбатами, 47-я сбр с одним лыжбатами, 50-я сбр, 55-я сбр с двумя лыжбатами, 701-й пушечный артполк, 123-й отб (5 КВ, 10 Т-34, 20 Т-60), из состава 64-й, 56-й и 43-й сбр прибыло по 3–5 эшелонов.

Задержка сосредоточения армии из-за воздушных налетов, как это иногда утверждается, если и имела место, то коснулась лишь части ее сил. При этом некоторые соединения перебрасывались издалека. Так, 44-я сбр прибывала в Загорск из Красноярска, преодолев 3943 км(!), со скоростью около 500 км в сутки. Бригада формировалась в Красноярске с 19 октября 1941 г. Большинство соединений 1-й уд. А формировались в Уральском военном округе, значительную часть бойцов и командиров составляли сибиряки и уральцы.

При слове «сибиряки» возникает образ крепких бойцов в одинаковых ладных полушубках и с автоматами. Однако этот образ не вполне отвечает действительности. В отчете, составленном штабом 1-й уд. А по итогам боев, мы находим такие строки: «Плохо обстояло дело с вещевым довольствием. Много бойцов прибывало в армию в сапогах, плохо подогнанных и тесных. Некоторые совершенно не имели сапог, ходили в парусиновых туфлях и даже в лаптях. Такое отношение снабженческих организаций к обмундированию бойцов, отправляемых на фронт, послужило причиной к тому, что при наступлении морозов мы по армии имели 800 чел. обмороженных».

Ситуация с обмундированием постепенно улучшалась, но на момент прибытия армии на фронт была отнюдь не идеальной. Относительно поголовного вооружения «сибиряков» автоматами весьма познавательную картину дают данные о численном составе прибывших бригад (см. таблицу).

ЧИСЛЕННОСТЬ ЛИЧНОГО СОСТАВА И СТРЕЛКОВОГО ОРУЖИЯ БРИГАД 1-Й УДАРНОЙ АРМИИ ПО СОСТОЯНИЮ НА 28 НОЯБРЯ 1941

По приведенным данным хорошо видно, что ППШ и ППД имелись в бригадах 1-й уд. А в крайне ограниченном количестве. В некоторой степени это компенсировалось наличием самозарядных винтовок, но не у всех бригад. В очерке «Разгром немецких войск под Москвой» указывается наличие в составе 1-й уд. А 684 штук ППД, но это, возможно полученное уже в период контрнаступления вооружение. Согласно отчету штаба 1-й уд. А, командарм В.И. Кузнецов имел на этот счет разговор лично с И.В. Сталиным. Вмешательство Верховного позволило получить дополнительно вооружение и боеприпасы. 30 ноября 1941 г. в адрес соединений 1-й ударной армии из ресурсов ГАУ Красной армии отправляют 824 пистолета-пулемета[305]. Бригады 1-й уд. А должны были получить по 120–140 пистолетов-пулеметов. Однако, по имеющимся донесениям на 6 декабря, ППД и ППШ получили еще не все. В оборонительной фазе боев пистолетов-пулеметов в стрелковых бригадах было немного. В статье в «Военно-историческом журнале» в глухой хрущевский период В.И. Кузнецов о разговоре с вождем предпочел не упоминать.

Имевшийся в армии пушечный артполк с дюжиной 107-мм пушек явно не был пределом мечтаний как средство усиления. При этом ни по штату, ни по факту в стрелковых бригадах не имелось 122-мм и 152-мм гаубиц, что существенно снижало ударные возможности армии В.И. Кузнецова.

«Ударной» она являлась больше по названию, нежели в том смысле, который вкладывали в это слово военные теоретики 1930-х годов.

Важный вопрос в реалиях 1941 г. – это противотанковая оборона. По донесениям 1-й уд. А проходит наличие практически в каждой бригаде четырех 57-мм пушек ЗИС-2. Причем парадокс заключался в том, что остро не хватало «сорокапяток», но их заменяли 57-мм пушки. Только в 28-й и 29-й сбр имелись 45-мм пушки в количестве шести штук. По штату каждой бригаде полагались 48 ПТР, и каждая бригада имела эти 48 противотанковых ружей (оставляя за скобками их реальную эффективность). Также имелись бронебойные выстрелы к 76-мм дивизионным орудиям бригад. Т. е. армия не была совсем уж беззащитной против танковых атак.

Еще одним из проблемных вопросов новой армии стал транспорт. Касалось это не всех бригад. Так, 50-я сбр имела всего 42 лошади, 44-я сбр – 169 лошадей. Это вскоре негативно сказалось на ходе боевых действий. У других бригад дела обстояли много лучше. Например, 64-я «морская» сбр располагала значительным количеством лошадей – 868 голов при положенных по штату 827. Впрочем, ей вскоре пришлось повоевать уже в составе 20-й армии.

Стрелковые бригады 1-й уд. А изначально получили дополнительно по одному-два лыжных батальона. Насколько полезной была эта прибавка? Инспирировано появление лыжбатов было, очевидно, событиями советско-финской войны 1939–1940 гг. По штату численность лыжбата составила 566 человек, 163 обычных и 192 автоматических винтовки, 31 ручной пулемет и 161 ППШ/ППД. Арти л лерийско-минометное вооружение ограничивалось шестью 82-мм и девятью 50-мм минометами. В написанном позднее отчете 1-й уд. А по использованию лыжных батальонов они оцениваются весьма критически. В числе прочих недостатков фигурировала «слабая лыжная и лыжно-техническая подготовка». Тактическая выучка также оставляла желать лучшего.

Однако корни невысокой эффективности лежали в плоскости организации лыжбатов как таковых. В отчете 1-й уд. А это было сформулировано следующим образом: «Вследствие отсутствия в б-не тяжелого автоматического оружия и артиллерийской поддержки наступательная способность лыжных батальонов была не высока»[306]. Упорство в обороне также оценивалось критически. Кроме того, указывалось, что сам статус отдельного батальона расхолаживал, и впоследствии, уже в 1942 г., отдельные лыжбаты стали объединять общим штабом для нормализации управления и снабжения.

Укомплектованность лыжбатов автоматическим оружием по стечению обстоятельств оказалась гораздо лучше, чем у прибывших издалека стрелковых бригад. Из 569 ППШ и ппд 1-й ударной армии по состоянию на 28 ноября аж 538 штук находилось в лыжбатах. Получался резкий перекос, когда в лыжных батальонах концентрировалось 95 % (!) пистолетов-пулеметов всей 1-й ударной армии при неочевидной эффективности лыжбатов как таковых.

В составе 2-го Прибалтийского фрон­та (с 20 ноября 1943 г.), Волховского фронта 2-го формирования (со 2 февра­ля 1944 г.) и 2-го Прибалтийского фрон­та (с 16 февраля) войска армии участво­вали в Ленинградско-Новгородской стратегической наступательной опера­ции (14 января — 1 марта).

7 июля 1944 г. армия была перепод­чинена 3-му Прибалтийскому фронту. В его составе она участвовала в Псковско-Островской (17-31 июля), Тартус­кой (10 августа — 6 сентября) и Рижской (14 сентября — 22 октября) наступатель­ных операциях. 16 октября в составе 2-го Прибалтийского фронта блокировала группировку противника на Курляндском полуострове.

1 апреля 1945 г. армия была пере­подчинена Ленинградскому фронту.Расформирована армия в сентябре 1945 г.

Командующие армией:

  • генерал-лей­тенант Кузнецов В. И. (ноябрь 1941 г. — май 1942 г.);
  • генерал-лейтенант Рома­новский В. 3. (май — ноябрь 1942 г.);
  • ге­нерал-лейтенант Морозов В. И (ноябрь 1942 г. — февраль 1943 г.);
  • генерал-май­ор, с октября 1943 г. — генерал-лейте­нант Коротков Г. П. (февраль 1943 г. — апрель 1944 г.);
  • генерал-полковник Чибисов Н. Е. (апрель — май 1944 г.);
  • гене­рал-лейтенант Захватаев Н. Д. (май 1944 г. — февраль 1945 г.);
  • генерал-лей­тенант Разуваев В. Н. (февраль 1945 г. — до конца войны).

Члены Военного совета армии:

  • бри­гадный комиссар, с декабря 1942 г. — генерал-майор Колесников Д. Е. (ноябрь 1941 г. — февраль 1945 г.);
  • генерал-май­ор Гаршин В. П. (февраль 1945 г. — до конца войны).

Начальники штаба армии:

  • генерал-майор Захватаев Н. Д. (ноябрь 1941 г. — май 1942 г.);
  • полковник Фурсин И. Я. (май — сентябрь 1942 г.);
  • полковник Лукьянченко Г. С. (сентябрь — декабрь 1942 г.);
  • генерал-майор Корчиц В. В. (де­кабрь 1942 г. — апрель 1944 г.);
  • генерал-лейтенант Минюк Л. Ф. (апрель — ок­тябрь 1944 г.);
  • генерал-майор Ничушкин В. Н. (октябрь — декабрь 1944 г.);
  • генерал-майор Кондратьев А. К. (де­кабрь 1944 г. — до конца войны).