1

О танках Т-34 и КВ и их экипажах

Мы хотим предложить нашим читателям блок информации по особенностям эксплуатации и боевого применения и танков Т-34 и КВ. Считаем, что изложенные сведения весьма интересны своей взвешенной оценкой боевых возможностей такого оружия, как Т-34 и КВ. Прослеживается, как танки первых серий, имевшие, как всякая новая техника «детские болезни», постепенно их изживают, а экипажи накапливают боевой опыт наиболее эффективного использования этих боевых машин . В этой связи хотели бы обратить внимание на ряд книг А.В.Исаева, которые сравнительно недавно вышли в свет: АНТИСУВОРОВ. Десять мифов второй мировой. Москва., «ЯУЗА», «ЭКСМО», 2004, АНТИСУВОРОВ. Большая ложь маленького человека. Москва., «ЯУЗА», «ЭКСМО», 2005 и конечно От Дубно до Ростова.АСТ, Издательство «Транзиткнига», Москва, 2004

Неуязвимые чудо-танки

В течение многих веков люди наделяли чудесными свойствами свое оружие. Появлялись легенды о всесокрушающих мечах, способных рассекать камни и никогда не ломаться. «Меч-кладенец» богатыря, «Эска-либур» короля Артура, «Дюрандаль» Роланда стали полноправными участниками легенд о могучих богатырях и благородных рыцарях. В век атомной бомбы легенды стали складывать о танках, ставших в ходе Второй мировой войны неизменными участниками сражений на всех театрах военных действий, от заснеженных полей и густых лесов нашей страны до африканской пустыни и джунглей Азии. Человеческая потребность в чудо-оружии реализовывалась в виде легенд о неуязвимых и сметающих все на своем пути танках, от которых бежали враги, попутно получая приказы от начальства не вступать с ними в открытый бой и смазывая ядом алебарды для коварного удара в спину благородному воину. Как и полагается выдающимся образцам вооружения, чудо-танки получали название или с намеком на благородное происхождение («королева поля боя»), или имена крупных хищников («тигр» и «пантера»), или назывались в честь выдающихся политических и военных деятелей своих стран («ИС» — «Иосиф Сталин»). Как и полагается великим воинам, чудо-танки могли пасть не в открытом бою с врагом, но стать жертвой интриг властолюбцев.

Легенда

В СССР песней о буревестнике были рассказы про действия танков «Т-34» и «KB» в начальный период войны. Характерный пример: «Немецкое командование, встретив новые советские танки и видя бессилие своих противотанковых средств, переложило борьбу с «KB» и «Т-34″ на плечи авиации, которая в то время господствовала в воздухе». Здесь очень ярко проглядывает мифологическая подоплека легенд о великих танках. Поразить Гераклов наших дней могли только небесные жители, метнув вниз с Олимпа молнию (бомбу с «певуна» — «Ю-87»). Простые смертные были против них бессильны.

Причиной поражений, конечно же, был недостаток чудо-танков, уничтожить которые было просто невозможно: «В воспоминаниях, относящихся к тому времени, бывший комиссар 104-й танковой дивизии Александр Софронович Давиденко свидетельствует: «Хочу отметить, что хорошо показали себя в боях наши тяжелые танки «KB», и это наводило на врага ужас. «KB» были неуязвимы, очень жаль, что их у нас было так мало. Вот пример: 30 июня вернулись с поля боя два танка «KB», у которых не было ни одной пробоины, но на одном из них мы насчитали 102 вмятины». Случаи с возвращением новых танков из боя с многочисленными вмятинами действительно имели место, здесь автор книги нисколько не лукавит. Другой вопрос, что не менее распространенным был куда более драматичный вариант развития событий. Теоретический тезис о том, что на новых танках могли оставаться только вмятины подтверждается сравнением технических характеристик немецких противотанковых пушек и бронирования «Т-34» и «KB».

Масла в огонь подлили данные «с той стороны». Один из наиболее авторитетных немецких источников, воспоминания бывшего командующего 2-й танковой группой Г. Гудериана повествовали об одной из первых встреч с «Т-34» так: «18-я танковая дивизия получила достаточно полное представление о силе русских, ибо они впервые применили свои танки «Т-34″, против которых наши пушки в то время были слишком слабы».

Настоящим хитом, кочующим из книги в книгу эпизодом стали бои под Мценском в октябре 1941 г., из которых сделали символ превосходства «Т-34» и «KB» над противником. Гейнц Гудериан написал об этих боях следующее: «Южнее Мценска 4-я танковая дивизия была атакована русскими танками, и ей пришлось пережить тяжелый момент. Впервые проявилось в резкой форме превосходство русских танков «Т-34″. Дивизия понесла значительные потери. Намеченное быстрое наступление на Тулу пришлось пока отложить». Наиболее красочный вид эта страшилка о всемогущих чудо-танках приобрела после нескольких переходов из уст в уста с добавлением соответствующих мифу завитушек и бантиков. Англо-американская историческая наука без задней мысли подхватила волну рассказов проигравших о том, кто им на самом деле мешал выиграть войну. Английский историк Алан Кларк в своей книге «План «Барбаросса» дал яркую и сочную картину событий под Мценском: «Вечером 11 октября, когда авангард 4-й танковой дивизии опасливо вступал в пылающий пригород Мценска, дивизия вытянулась на 15 миль по узкой дороге, где поддерживающая артиллерия и пехота находились почти за пределами радиосвязи. Для Катукова настал момент нанести следующий удар. Танки «Т-34» быстро двигались по замерзающей в сумерках земле, и их широкие гусеницы свободно несли их там, где немецкие «Т IV» застревали, садясь на бронированные днища. Русские стремительно и ожесточенно атаковали немецкую колонну, расчленив ее на куски, которые подверглись систематическому уничтожению. Стрелки 4-й дивизии, моральный дух которых был подорван при первом столкновении с Катуковым пятью днями ранее, снова увидели, как их снаряды отскакивают от наклонной брони русских танков. «Нет ничего страшнее, чем танковое сражение против превосходящих сил противника. Не по численности — это было неважно для нас, мы привыкли к этому. Но против более хороших машин — это ужасно… Вы гоняете двигатель, но он почти не слушается. Русские танки так проворны, на близких расстояниях они вскарабкаются по склону или преодолеют болото быстрее, чем вы повернете башню. И сквозь шум и грохот вы все время слышите лязг снарядов по броне. Когда они попадают в наш танк, часто слышишь оглушительный взрыв и рев горящего топлива, слишком громкий, благодарение богу, чтобы можно было расслышать предсмертные крики экипажа». 4-я танковая дивизия была фактически уничтожена, и оборона Тулы получила еще одну небольшую передышку. Но помимо тактической оценки, Гудериан сделал зловещий вывод: «Вплоть до этого момента мы имели преимущество по танкам. Отныне положение изменилось на обратное». Как и полагается мифологическим персонажам, танки «Т-34» летят, не касаясь земли, преодолевают склоны, болота с молниеносной быстротой, сея смерть и разрушение. Перемещение быстрее поворота башни — это чистой воды беллетристика: на поле боя, тем более на пересеченной местности, танки тех лет перемещались со скоростями не более 10-15 км/ч. Заметим также, что в этом описании танки воюют исключительно друг с другом, ни пехоты, ни артиллерии не просматривается. Хотя в общем случае «колонны» составлялись не только из танков, типовой тактикой ведения боевых действий немцев было создание «боевых групп» из частей танкового, мотопехотного полков, саперов и артиллерии. Исходным материалом для рассказов о боях под Мценском стал доклад командира 4-й танковой дивизии генерал-майора Виллибальда фон Лангемана унд Эрленкампа, составленный им по горячим следам событий. Несколько цитат: «После взятия Орла русские впервые применили свои тяжелые танки массированно в нескольких столкновениях, которые привели к тяжелым танковым боям, поскольку русские танки больше не позволяли выбивать себя артиллерийским огнем. В первый раз в восточной кампании обнаружилось абсолютное превосходство русских 26-тонных и 52-тонных танков над нашими «Pz.Kpfw.lll» и IV. Русские танки обычно использовали построение полукругом, открывая огонь из своих 7,62-см пушек с дистанции 1000 метров, выбрасывая чудовищную пробивную энергию с высокой точностью». И далее: «В дополнение к лучшему вооружению и броне, 26-тонный танк «кристи» («Т-34″) быстрее, более маневренный, его механизм поворота башни явно лучше. […] В ходе продвижения от Глебова к Минску мы не обнаружили ни одного русского танка, вышедшего из строя вследствие поломок». Надо сказать, что с момента начала восточной кампании у немецких танковых командиров было немало шансов увидеть в бою новые советские танки. Лангеману просто в какой-то степени повезло — его дивизия не сталкивалась со сколь-нибудь крупными массами «Т-34» и «KB». Хотя этого сомнительного счастья не избежали многие другие немецкие танковые соединения уже в первые дни этой самой «восточной кампании». Однако из описания боя прослеживаются непростительные ошибки Лангемана. Его дивизия встретила атаку катуковцев в колонне, не развернутая в боевые порядки. Такое могло случиться, только если командование дивизии расслабилось и отказалось от разведки и охранения. Нормально организованная по всем направлениям разведка могла своевременно предупредить танковую колонну о приближении советских танков. Учитывая, что колонна танковой дивизии — это не только и не столько танки, но артиллерия и пехота, организовать оборону с использованием адекватных противотанковых средств в лице 50-мм противотанковых пушек, 88-мм зениток и корпусных орудий не представляло особых сложностей. Но этого сделано не было, что привело к избиению немецких танков в походной колонне. Естественно, что признавать свои ошибки командование 4-й танковой дивизии не желало и предпочло свалить свои просчеты на великую и ужасную технику русских. Гудериан при этом не мог не поддержать доклад Лангемана, поскольку в неприятную историю попал его непосредственный подчиненный. Признать его ошибки означало получить пятно на собственную репутацию за промахи в кадровой политике. Круги по воде от единожды брошенного проспавшим удар советских танков немецким генералом камня разошлись весьма далеко. В сноске к вышеприведенному рассказу про бой под Мценском Алан Кларк пишет: «Гудериан вспоминал: «Я составил доклад о данной ситуации, которая для нас является новой, и направил его в группу армий. Я в понятных терминах охарактеризовал явное преимущество «Т-34» над нашим «Т-IV» и привел соответствующие заключения, которые должны были повлиять на наше будущее танкостроение. Я заключил призывом немедленно прислать комиссию на мой сектор фронта, которая состояла бы из представителей артиллерийско-технического управления, министерства вооружения, конструкторов танков и фирм — производителей танков… Они могли бы осмотреть подбитые танки на поле боя… и выслушать советы людей, которым приходилось ездить на них, относительно того, что должны учесть в конструкции новых танков. Я также просил об ускорении производства тяжелого противотанкового орудия с достаточной бронебойной мощностью против «Т-34″ [примечание автора: эта комиссия действительно была очень быстро организована и приехала в штаб Гудериана 20 ноября]». Требовать комиссию по танкам, конечно же, проще, чем разбирать собственные ошибки и промахи. По иронии судьбы, ровно за месяц до этого Гудериан утверждал буквально следующее: «…советский танк «Т-34″ является типичным примером отсталой большевистской технологии. Этот танк не может сравниться с лучшими образцами наших танков, изготовленных верными сынами рейха и неоднократно доказавшими свое преимущество…» — это письмо Гейнца Гудериана, прочитанное и зафиксированное в протокольной записи совещания руководства танковых войск в ставке Гитлера от 21 октября 1941 г. На этом совещании выдвигались требования к будущей «пантере». Танк разрабатывался под впечатлением столкновений с «Т-34», который был оценен, но без панических донесений и вызова комиссий как-то обошлось. Более того, тогда Г. Гудериан был в числе «горячих голов», отрицавших достоинства нового советского танка. После войны им был выбран простой путь — свалить свои неудачи на танковую промышленность Третьего рейха, которой он так восхищался в октябре 1941 г.

Первые бои с «Т-34»

На самом деле первые серьезные столкновения с «Т-34» и «KB» произошли уже в первые дни войны. Разница была только в том, что прошли они при нормальной работе разведки и отлаженном взаимодействии немецких танков с другими родами войск. Поэтому ошибок, подобных допущенным Лангеманом, его коллеги себе не позволяли, несмотря на то что в первые дни вторжения «Т-34» уж точно были как снег на голову. Немцы, конечно, располагали некоторыми сведениями о новых советских танках, но довольно расплывчатыми. В апреле 1941 г. немецкая разведка докладывала ТТХ нового советского тяжелого танка: вес — 46 т, скорость — 35 км/ч, вооружение — 76-мм пушка и три пулемета, бронирование 40 мм. Производитель — Ленинградский танковый завод. Тогда же были опубликованы и данные среднего танка «Т-32». Вес — 30 т, скорость — 45 км/ч, броня — 30 мм, вооружение — 45-мм пушка или 76-мм пушка и два пулемета. Производитель — Сталинградский танковый завод. Основной промах был, как мы видим, в оценке бронезащиты новых боевых машин Красной Армии.

Первый бой немецких танковых частей с «Т-34» состоялся уже в первый день войны. Передовой отряд 3-й танковой группы Г. Гота, 7-я танковая дивизия, не встретив серьезного сопротивления на границе, уже к полудню 22 июня дошла до переправ через Неман у города Алитус (Олита). Особенностью этой дивизии было оснащение танками чешского производства «38 (t)», вооруженными 37-мм пушкой. Таких танков было 167 штук, помимо них в дивизии было 53 «Pz.ll», 30 «Pz.IV» и 15 невооруженных командирских танков. Мосты у Алитуса были подготовлены к взрыву, но в ночь на 22 июня охрана получила приказ из штаба округа снять заряды. Не исключено, что настоящим автором этого «приказа» был «Бранденбург». Но так или иначе, передовым частям немцев удалось захватить и северный и южный мосты через Неман у Алитуса неповрежденными. У мостов они встретились с частями советской 5-й танковой дивизии. Главным козырем наших войск в этом бою были 50 новейших танков «Т-34», полученных дивизией в марте 1941 г. Помимо этого, соединение насчитывало 30 трехбашенных средних танков «Т-28» и 170 легких «БТ-7». Когда 20 танков «38 (t)» пересекли северный мост, 21 -й танк был подбит выстрелом «Т-34» из засады. Попытки подбить «Т-34» из 37-мм пушки чешского танка, разумеется, были безуспешными. Расширить плацдарм у северного моста и выбить окопанные «Т-34» немцам не удалось. Основная тяжесть боя легла на артиллерию 7-й дивизии, к тому же вечером на выручку подтянулись танки еще одной немецкой танковой дивизии — 20-й. Это позволило укрепить северный плацдарм и при поддержке огня тяжелой артиллерии развить с него наступление во фланг и тыл частям 5-й танковой дивизии, удерживающей позиции на южном плацдарме. Под угрозой окружения советские танкисты вынуждены были отойти.

Генерал-майор в отставке Хорст Орлов, служивший в июне 1941 г. в 7-й дивизии, вспоминал: «Танковое сражение у Алитуса между нами и танками 5-й дивизии русских было, пожалуй, самой тяжелой битвой дивизии за всю войну». Так, уже в первый же день войны состоялось знакомство немецких танкистов с танком «Т-34». Однако катастрофы не произошло. Просто потому, что в бою участвуют не только танки, но артиллерия до 10-см корпусных пушек включительно.

Еще один эпизод с участием «Т-34» в первые дни войны — это бои в районе небольшого городка Радзехув, буквально в нескольких десятках километров от границы. Разведка немцев в городке была идентифицирована как воздушный десант, против которого был направлен передовой отряд советской 10-й танковой дивизии С.Я. Огурцова в составе одного танкового и одного мотострелкового батальона. Не обнаружив никакого десанта в указанном районе, поздно вечером, в 22.00, передовой отряд вступил в соприкосновение с частями немцев в районе Корчина (18 км ближе к границе), вернулся назад и к исходу первого дня войны перешел к обороне на окраинах Радзехува. К тому моменту «десант» переопределили в передовой части немецких сухопутных войск и направили против него сводный отряд 32-й танковой и 81-й моторизованной дивизии 4-го механизированного корпуса впоследствии печально известного А.А. Власова. Отряд был составлен из двух танковых батальонов и одного мотострелкового батальона. 32-я танковая дивизия была хорошо укомплектована танками новых типов, как «Т-34», так и «KB», первых насчитывалось 173 штуки, вторых — 49. Со стороны немцев к городку выдвигалась боевая группа 11-й танковой дивизии Людвига Крювеля. Ядром боевой группы был 15-й танковый полк, усиленный мотопехотой и приданными зенитками полка люфтваффе «Герман Геринг». На 22 июня в 11-й танковой дивизии было 44 «Pz.ll», 24 «Pz.III» с 37-мм пушкой, 47 «Pz.III» с 50-мм пушкой, 20 «Pz.IV» и 8 командирских танков.В 5.15 утра 23 июня боевая группа дивизии Крювеля атаковала Радзехув. Прорвавшись при поддержке артиллерии в сам городок, немецкие

Во второй половине дня отряд 4-го механизированного корпуса под руководством подполковника Лысенко (погибшего в бою под Львовом несколькими днями спустя) атаковал городок. Местность южнее Радзехува образовывала своего рода естественный вал, и нашим танкистам нужно было преодолевать эту возвышенность и, переваливаясь через ее гребень, вести бой накоротке с немецкими танками и поддерживающей их артиллерией. Густав Шродек описывает вторую фазу боя как «собачью свалку» на короткой дистанции: «Первые снаряды свистят вокруг нас. Их недолеты все же слишком велики. Так как наши собственные пушки имеют лучшую эффективность на дистанции в 400 метров, мы должны сжать свои нервы и ждать приближения русских танков. Небольшая складка местности скрывает нас от первой волны атакующих. Когда они появляются, мы имеем лучшую позицию для стрельбы из всех возможных. Огонь поглощает все. […] Новые цели появляются постоянно. Они выцеливаются и уничтожаются. Русские поражены. Они посылают все больше танков из-за возвышенности, но те никак не могут прорвать наши порядки». Немецкие источники заявляют об уничтожении от 40 (Оскар Мюнцель, «Тактика танков») до 68 (Густав Шродек) танков в этом бою, но документы 10-й и 32-й танковых дивизий таких потерь не подтверждают. Отряд 4-го мехкорпуса потерял —- танков, заявив об уничтожении 18 танков противника. Среди немецких танкистов не обошлось без лау «премии Дарвина» — один из них пошел на поле i осматривать подбитые советские танки и был убит оставшимся в живых членом экипажа после открыя люка башни. Картина боя вполне очевидна: нек танкисты при поддержке 88-мм зениток заняли i ну на выгодном рубеже, что позволило провести^ единок с «Т-34» куда результативнее подопечных Лан-гемана. После боя 23 июня боевая группа 11-й танковой дивизии немцев сдала удержанные в дневном бою позиции у Радзехува 297-й пехотной дивизии и двинулась далее на восток. Зенитки остались в городке и в дальнейшем стали основной действующей силой обороны. В дальнейшем они позволили оборонявшимся уничтожить 9 танков «KB» за один бой 25 июня (9 — это число, подтвержденное советскими данными). Как мы видим, далеко не все танки «KB» возвращались из боев со 102 вмятинами. Отряд 4-го мехкорпуса вернулся обратно и в дальнейшем участвовал в боях под Львовом с горным корпусом Кюблера, не имевшим танков. Наконец, на третий день войны состоялся встречный бой между вооруженной чехословацкими танками «35 (t)» 6-й танковой дивизией XLI моторизованного корпуса генерала Рейнгардта и советской 2-й танковой дивизией 3-го механизированного корпуса (бой его 5-й дивизии у Алитуса я уже описывал выше). 6-я танковая дивизия Ландграфа была вооружена 47 «Pz.ll», 155 «Pz.35 (t)», 30 «Pz.lV» и 13 командирскими танками. Никто из них не мог теоретически противостоять «KB», которых в советской 2-й танковой дивизии было 30 штук (помимо этого, в соединении было 220 танков «БТ» и несколько десятков «Т-26»). Однако, помимо чешских танков, в немецкой дивизии были разнообразные артиллерийские орудия. Противотанковый батальон 6-й дивизии вооружался двенадцатью 50-мм противотанковыми пушками «ПАК-38» и двадцатью четырьмя 37-мм «ПАК-35/36». 50-мм противотанковая пушка могла в определенных условиях противостоять «Т-34» и «KB», но куда более сильным аргументом были четыре 10-см корпусные орудия «К18» в артиллерийском полку. Они были способны поразить любой советский танк до «ИС-2» включительно. Большинство дивизий раннего формирования получили эти орудия и с тем или иным успехом их применяли. Не стало исключением 24 июня, когда весь день шел встречный бой с «KB» 2-й танковой дивизии. Во второй половине дня в бой включились две приданных немецкой танковой дивизии из люфтваффе 88-мм зенитки. На следующее утро из 88-мм зенитки подбили вставший в засаду «KB», который не смогли уничтожить саперы и противотанкисты из 50-мм пушек в предыдущий день. В конечном итоге немцам удалось отбиться от трех десятков «KB», а затем перейти в наступление и совместно с 1 -й танковой дивизией, свернувшей с шауляйского шоссе, окружить и уничтожить 2-ю танковую дивизию. Кстати, не следует думать, что 50-мм пушки танков «Pz.Nl» с длиной ствола 42 калибра (а такими орудиями были вооружены все 100% танков этого типа в 1-й танковой дивизии) были совсем уж бесполезны против «KB». Немецкий 42-калиберный «штум-мель» («окурок») подкалиберным снарядом по таблицам пробивал борт «КВ-1» (толщиной 75 мм) с дистанции 180-200 м (по немецким памяткам), фактически (ре- зультаты полигонных испытаний у нас) с дистанции 300 м, а экранированный лоб «КВ-1» толщиной 105 мм с дистанции 40 м.

Эпизодов успешной борьбы немцев с «KB» и «Т-34» можно набрать отнюдь не меньше, если даже не больше, чем примеров возвращения из боя с сотней вмятин в броне. С первых дней войны вермахт сталкивался с новыми советскими танками, испытывал затруднения в борьбе с ними, но в конечном итоге эти проблемы решались. Проблема Лангемана под Мценском была в том, что он средства для борьбы с «Т-34» просто утратил вследствие забвения элементарных правил тактической безопасности. Другие как-то справлялись, а он был вынужден написать в своем отчете: «Ведение боя с русскими танками с 8,8-см зениткой или 10-см пушкой никогда не будет само по себе достаточным. Оба орудия тяжеловесны в сравнении с быстрыми танками и в большинстве случаев выявляются, берутся под обстрел и уничтожаются до выхода на огневую позицию. Однажды в бою с одним танком под Мценском две 8,8-см зенитки и одна 10-см пушка (все самое тяжелое вооружение, брошенное нами в бой) были расстреляны и раздавлены. Кроме того, эти гигантские, как ворота сарая, небронированные орудия представляют собой слишком большую мишень и легкодостижимую цель»1. Почему-то Крювелю под Радзехувом и Ландграфу под Рас-сеняем размеры орудий не помешали. Более того, в дневнике Гальдера можно найти запись, датированную 12июля 1941 г.: «Борьба с танками. […] Большинство самых тяжелых танков противника было подбито 105-мм пушками, меньше подбито 88-мм зенитными пушками». В данном случае «105-мм пушки», о которых говорит Франц Гальдер, это как раз те самые орудия, которые Лангеман столь «изящно» сравнивает с воротами сарая или коровника. Если своевременно обнаруживать приближение противника, то пушку не понадобится «выдвигать на позицию», с тем чтобы ее уничтожили до занятия этой позиции. «Кто предупрежден, тот вооружен» — даже крупногабаритные орудия, такие как 88-мм зенитка «Флак-36», вполне поддавались окапыванию.

Главное средство борьбы

Зенитки и корпусные пушки играли важную роль, но только в первых столкновениях с «Т-34» и «KB» летом 1941 г. Основным средством борьбы с новыми советскими танками в начальном периоде войны у немцев была 50-мм пушка «ПАК-38». Такое название орудие получило, так как разрабатывалось фирмой «Рейнме-талл-Борзиг» с 1938 г. На вооружение оно было принято в 1940 г., а не 1938 г. Бронебойный снаряд «ПАК-38» пробивал 78 мм гомогенной брони на дистанции 500 метров и позволял поражать танки «KB» и «Т-34» в благоприятных условиях. Основной проблемой было поражение лобовой брони танка «Т-34», от которой снаряды «ПАК-38» просто рикошетировали. Пробитие брони было возможно только при попадании под определенным углом вследствие движения танка по неровностям местности. Штатно орудия «ПАК-38» получили роты противотанковых орудий пехотных полков пехотных дивизий 1-й, 2-й, 5-й, 6-й, 7-й, 8-й и 11-й волн и горнострелковых дивизий. Новыми орудиями вооружался один из четырех взводов роты, роты состояли из 2 50-мм орудий «ПАК-38» в 4-м взводе и 9 37-мм орудий «ПАК-36/37» в 1-3 взводах1. Всего в пехотной дивизии такой органи- зации было соответственно шесть 50-мм и шестьдесят шесть 37-мм противотанковых пушек. В вермахте в целом на 1 июня 1941 г. было 1047 орудий этого типа. По мере увеличения производства «ПАК-38» эти пушки стали получать и противотанковые дивизионы {моторизованная часть, находящаяся в подчинении командира дивизии). В этом случае 50-мм противотанковыми орудиями перевооружалась одна из рот дивизиона. В итоге вместо тридцати шести 37-мм пушек противотанковый дивизион насчитывал двадцать четыре 37-мм и девять 50-мм противотанковых орудий. Несмотря на то что «ПАК-38» было не так уж много, они играли важную роль в борьбе с «Т-34» и «KB», все возраставшую в первый год войны. По данным НИИ-48, датированным 1942 г., попадания в «Т-34» распределялись по калибрам следующим образом. 54,3% попаданий приходилось на калибр 50 мм, 10% — 37 мм, 10,1% — 75 мм, 4,7% — 20 мм, 3,4% — 88 мм, 2,9% — 105 мм. Если считать только опасные попадания, то таковых 51,6% (от общего числа попаданий) калибра 50 мм, 7% — 37 мм, 7% — 88 мм, 2% — 105 мм. Большая часть попаданий — 81% — пришлись на корпус исследованных НИИ на рем-базах танков. Статистика также отразила весьма показательное соотношение между ракурсами, с которых поражались «Т-34». Больше всего попаданий было в борта корпуса (50,5%), на лоб корпуса приходилось более чем в два раза меньше попаданий (22,65%), и в башню попало всего 19,14% снарядов. Башня — это вращающаяся часть танка, и инженеры НИИ справедливо предположили, что разделение попаданий между лбом и бортами башни особого смысла не имеет. Цифры на самом деле весьма красноречивые. Половина попаданий, пришедшихся на борта корпуса, означают тактические просчеты в боевом применении исследуемых подбитых танков. Именно они были основной причиной поражений. При тактически’грамотном использовании танка он подставляет противнику преимущественно свой лоб. По опыту Второй мировой войны даже был выработан принцип дифференцированной защиты танков, когда вместо равномерной по периметру машины защиты танки получили резко усиленное бронирование лба корпуса и башни. Если не нарушаются базовые принципы тактики, большая часть снарядов пойдет именно в лобовую часть танка. В 1941 — 1942 гг. с тактикой применения танков были определенные проблемы.

Документы

До сих пор я цитировал в основном книги мемуарного или публицистического характера. Как в отечественной, так и в иностранной литературе этого типа можно найти высказывания о несокрушимости «KB» и «Т-34». Куда более скупыми на похвалы оказываются документы тех лет. Например, в отчете командира 10-й танковой дивизии 15-го механизированного корпуса Киевского особого военного округа по итогам боев июня-июля 1941 г. было сказано следующее:

«IV. Характеристика танков «KB» в «Т-34» В основном танки «KB» и «Т-34» имеют высокие боевые качества: крепкую броню и хорошее оружие. На поле боя танки «KB» приводили в смятение танки противника, и во всех случаях его танки отступали.

Бойцы и командиры дивизии о наших танках говорят как об очень надежных машинах. Наряду с этими качествами машины имеют следующие дефекты:

1. По танку «KB»

а) При попадании снаряда и крупнокалиберных пуль происходит заклинивание башни в погоне и заклинивание бронированных колпаков. б) Двигатель-дизель имеет малый запас мощности, вследствие чего мотор перегружается и перегревается.

в) Главные и бортовые фрикционы выходят из строя.

2. По танку «Т-34»

а) Броня машин и корпуса с дистанции 300-400 м пробивается 37-мм бронебойным снарядом. Отвесные листы бортов пробиваются 20-мм бронебойным снаря дом. При преодолении рвов вследствие низкой уста новки машины зарываются носом, сцепление с грунтом недостаточное из-за относительной гладкости траков.

б) При прямом попадании снаряда проваливается передний люк водителя.

в) Гусеница машины слабая — берет любой снаряд.

г) Главный и бортовые фрикционы выходят из строя»1.

Те же самые недостатки новых танков указал в своем отчете о боевых действиях соединения командир 7-й танковой дивизии Борзилов: «Лично преодолевал четыре противотанковых района машинами «KB» и «Т-34». В одной машине была выбита крышка люка механика-водителя, а в другой — яблоко «ТПД» (танкового пулемета Дегтярева. — А.И.). Надо отметить, что выводятся из строя главным образом орудия и пулеметы, в остальном машина «Т-34» прекрасно выдерживает удары 37-мм орудий, не говоря уже о «KB»2. Дивизия Борзи-лова входила в состав 6-го механизированного корпуса Западного фронта и в первые дни участвовала в контрударе конно-механизированной группы И.В. Болдина в районе Гродно.

Яблоко пулеметной установки досталось танку «Т-34» в практически неизменном виде от танков 1930-х гг. Рассчитывалась шаровая установка пулемета Дегтярева в свое время преимущественно для защиты от пуль и осколков. Надежной защиты от снарядов даже 37-мм калибра она не обеспечивала. Люк в лобовой броне, на введение которого пришлось пойти в целях ужимания бронированного объема танка, также стал одним из недостатков, преследовавших «Т-34» до самого конца его карьеры.

Точно такая же ахиллесова пята была у танка «KB». В указаниях на заклинивание башни танка «KB» от попаданий снарядов даже небольшого калибра командиры механизированных соединений Красной Армии 1941 г. на редкость единодушны. Например, слова командира 10-й танковой дивизии, воевавшей на Украине, повторяет командир 7-го механизированного корпуса Виноградов, воевавший в Белоруссии. В своем отчете о боевых действиях корпуса он пишет: «Техническим недостатком танка «KB» является напуск брони башни на корпус, что при прямых попаданиях снарядов заклинивает башню»1.

Было бы странно, если бы эти недостатки не отмечались и не использовались противником. Полковник Роте (в 1941 г. — офицер связи 3-го батальона 25-го танкового полка 7-й танковой дивизии) вспоминает первую встречу с танками «KB» в более спокойных выражениях, чем мы привыкли слышать: «Днем 7 июля Ютя рота была атакована восточнее Тилицы вражескими танками, включая первые три «КВ-2» со 150-мм орудиями. Два этих танка были уничтожены, а один завяз в болотистой почве. Я очень хорошо помню, как в штабе батальона мы слышали артиллерийскую стрельбу с разными промежутками и командир роты доложил о тяжелых советских танках неизвестного типа перед нашими позициями. Также вспоминается изданный в этот период приказ: стрелять из 37-мм пушек в основание башни танков для ее заклинивания. Поскольку бой был успешным и мы не понесли потерь, «КВ-2» не произвели впечатления на наши танковые экипажи. Конечно, появление «КВ-2» было сюрпризом. К счастью для нас, русские не использовали их с достаточной эффективностью»2.

Досталось «KB» и за медлительность. Доклад о боевых действиях механизированных корпусов Западного фронта говорит о них следующее: «Броню танков «KB» снаряды калибра даже 75 мм не пробивают. Однако танки «KB» маломаневренны и довольно легко выводятся из строя авиацией путем бомбежки и поливки фосфорной смесью»3.

Как мы видим, реакция танковых командиров на но- вые танки была сдержанной. Несмотря на в целом высокую оценку их технических характеристик, к ним прилагался целый ряд существенных недостатков, снижавших эффективность боевого применения «Т-34» и «KB». В целом новые танки были заложниками неблагоприятной оперативной обстановки первого периода войны. Внезапные прорывы немецких танковых дивизий вынуждали советское командование бросать свои танковые части и соединения в утомительные марши на перехват танковых клиньев. Фланговые удары советских танковых дивизий, а затем танковых бригад наталкивались на подготовленную противотанковую оборону. Кто-то просто попадал в окружение. Когда танковая часть с «Т-34» и «KB» обойдена прошедшей в сотне-другой километров танковой дивизией немцев, никак исправить ситуацию самые лучшие и совершенные танки не могут.

Все сломались?

Логическим продолжением легенды о неуязвимости «KB» и «Т-34» стал тезис «все сломались». То есть неуязвимые танки не доехали до боя и были в подавляющем своем большинстве брошены из-за поломок. А уж если доехали бы, то, несомненно, разорвали бы тонкобронные «панцеры» в клочья. Одновременно такая теория стала средством «спасения лица» — быть побежденными бездушными механизмами несколько почетнее, чем потерпеть поражение в открытом бою. С другой стороны, это было перекладыванием вины с непосредственных участников боев на промышленность и комиссаров с «маузерами», заставлявших мехкорпу-са наматывать на гусеницы сотни километров в маршах до вступления в бой. Однако если мы обратимся к документам соединений, то, например, в упоминавшейся выше 10-й танковой дивизии распределение потерь «Т-34» по их причинам было следующим. В графе «Разбито и сгорело на поле боя» числилось двадцать «Т-34», один танк вышел из строя при выполнении боевой задачи и остался на территории, занятой противником, три танка не вернулись с экипажами с поля боя после атаки, один «Т-34» был уничтожен на сборном пункте аварийных машин (то есть он скорее всего был подбит в бою, но не сгорел) в связи с невозможностью эвакуировать при отходе, шесть танков было оставлено при отходе по техническим неисправностям и невозможности восстановить и эвакуировать, и, наконец, один танк застрял с невозможностью извлечь и эвакуировать. Таким образом, из 32 потерянных дивизией танков «Т-34» почти две трети были боевыми потерями. Конечно, соотношение «подбили»/»броси-ли» варьировалось от соединения к соединению, но в целом около половины потерь было вследствие успешного поражения противником «неуязвимых» танков. Небоевые потери были на вполне адекватном для отступающей армии уровне. Во всяком случае, немецкие танковые части в 1943-1945 гг. также теряли немало техники вследствие невозможности ее эвакуировать и технических неисправностей.

Ответный ход

Столкнувшись с новыми советскими танками, немецкое командование стало лихорадочно искать временные решения проблемы. Наиболее массовым из них стала переделка французского полевого орудия в противотанковую пушку. Тело трофейного 75-мм французского орудия обр. 1897 г. накладывалось на лафет «ПАК-38» и получало дульный тормоз-«перечницу». Если быть точным, то это было даже не орудие, а своего рода тяжелый гранатомет: боекомплект предусматривал только наличие кумулятивного и осколочно-фугасного снаряда. Стальные бронебойные снаряды для этой пушки попросту не производились и имелись в незначительных количествах из запасов 75-мм снарядов польской армии. Разумеется, такой гипертрофированный гранатомет был половинчатым решением: никаких реальных преимуществ достигнуто не было. Гарантии поражения советских танков в лоб «ПАК-97/38» не давала и использовалась преимущественно для стрельбы в борт, так же как и ее прародитель — «ПАК-38». В ходе первого боевого применения этих пушек на Восточном фронте в июле 1942 г. в 9-й армии В. Моде-ля ими были подбиты исключительно в борт три «KB», один «Т-34», один «БТ-7» и два «Т-26». Во всех случаях дистанция стрельбы лежала в диапазоне 180-250 метров. По итогам первых боев был сделан следующий вывод: «Доверие к 75-мм французской противотанковой пушке еще не завоевано, так как эта пушка не дает большого эффекта против лобовой брони мощных танков (см. таблицы для 75-мм противотанковой пушки обр. 97/38 и 97/40). Стрельба из этой пушки снарядами кумулятивного действия не дает решающего эффекта. 75-мм французская противотанковая пушка может быть использована лишь для обстрела борта и кормы танков. […] Недостаком при стрельбе кумулятивными снарядами из этой пушки является незначительная начальная скорость, порядка 450 м/сек, что приводит к необходимости большого упреждения при стрельбе по танкам, идущим с курсовым углом 90°». Одним словом, задача была сведена к предыдущей, то есть к «ПАК-38», причем в ухудшенном варианте — усложнился расчет упреждения из-за низкой начальной скорости снаряда. Необходимо заметить, что кумулятивные снаряды играли важную роль в танковых войсках вермахта. Они были впервые применены осенью 1941 г. и с тех пор стали единственным боеприпасом для 75-мм пушки с длиной ствола 24 калибра танка «Pz.IV», Это был единственный боеприпас для орудия «четверки», способный поразить «Т-34» и «KB». При этом, как ни странно, на кумулятивные боеприпасы приходилась заметная доля пораженных танков при небольшом числе машин, способных применять именно эти боеприпасы. Возьмем в качестве примера 3-ю танковую дивизию, действовавшую в мае 1942 г. под Харьковом. Ill танковый батальон 6-го танкового полка дивизии насчитывал 5 танков «Pz.ll», 25 танков «Pz.lll» с 50-мм 42-калиберным орудием, 9 танков «Pz.lll» с 50-мм орудием длиной ствола 60 калибров и 6 «Pz.IV» с 75-мм орудием длиной ствола 24 калибра. В период с 12 по 22 мая батальон добился следующих результатов:

5 танков «KB» подбиты кумулятивными снарядами, но лишь обездвижены, поскольку сквозных пробитий брони достигнуто не было.

36 танков «Т-34» выведены из строя, причем 24 танка поражены 75-мм кумулятивными снарядами, а 12 — бронебойными калибра 50-мм к орудию танка «Pz.lll» в 60 калибров.

16 танков «БТ» уничтожены снарядами 50-мм пушек, 12 из них — 60-калиберной и 4 штуки — 42-калиберной.

5 танков «Мк.И» («матильда») выведены из строя, из них 2 кумулятивными снарядами и 3 — 50-мм снарядами из 60-калиберного орудия.

Мы видим, что всего шесть танков «Pz.IV» стали едва ли не основным средством борьбы с «KB» и «Т-34» в батальоне 3-й танковой дивизии вследствие оснащения их орудий кумулятивными боеприпасами. Ведущую роль здесь скорее всего играла выучка танкистов, воевавших на этих машинах.

Действительно эффективным средством борьбы с советскими танками стали 75-мм противотанковые пушки с кинетическими бронебойными и подкалибер-ными снарядами — «ПАК-40» и «ПАК-41». Вторая выпускалась в небольших количествах и просуществовала недолго, а «ПАК-40» вскоре стала основой противотанковой обороны пехотных и танковых дивизий вермахта. 75-мм противотанковые пушки были способны по-. ражать «Т-34» с дистанции порядка 1200 м. Но и эти орудия оказались не лишены весьма существенных недостатков. Первое боевое применение показало, что «кругового обстрела можно потребовать только от 37-мм противотанковой пушки, 50-мм противотанковой пушки обр. 1938 г. и от противотанковых пушек на самоход* ных установках. В то же время поворот тяжелой проти- вотанковой пушки для стрельбы в новом направлении совершенно невозможен после того, как эта пушка сделала несколько выстрелов. Сошники настолько глубоко зарываются в землю, что вытащить 75-мм противотанковую пушку было возможно лишь при помощи тягача. Отсюда угол горизонтального обстрела тяжелой противотанковой пушки, как правило, не будет превышать 60 градусов». И далее в том же духе: «Опыт показывает, что своевременно повернуть тяжелые противотанковые пушки в сторону фланга после нескольких выстрелов невозможно, в особенности на мягком грунте». Я процитировал «Отчет о боевом опыте за время с 6 по 11 июля 1942 г.», который подписал командир 88-го противотанкового дивизиона майор Рудольф 17 июля 1942 г. Созданием «Т-34» и «KB» СССР добился не чудо-оружия, но вынудил противника использовать для борьбы с ним тяжелые, малоподвижные орудия,.уязви- мые для ударов артиллерии, штурмовиков и обходных маневров танков. Легкую 37-мм «ПАК-35/36» можно было легко разворачивать на любое направление. 50-мм «ПАК-38» уже намного тяжелее, а «ПАК-40» забивалась в грунт после первых выстрелов намертво, напрочь лишаясь маневра.

Надрывные рассказы о всемогущих танках сыграли в конечном итоге отрицательную роль. Они возвышали технику, но принижали людей. За вкусной и питательной наживкой: «Русские создали супертанки» — следовал жесткий стальной крючок: «Эти идиоты не смогли их толком применить и отступали до Москвы». Рассказы о малом числе новых танков были не слишком убедительны в силу того, что численность немецкого танкового парка была вполне сравнима с числом «Т-34» и «KB» в западных округах. Проблема гораздо глубже, чем может показаться на первый взгляд. Средства для борьбы с хорошо защищенными танками всегда найдутся. Это утверждение верно как для «KB» и «Т-34», так и для «тигра», «пантеры» или «Фердинанда» (о которых подробнее — ниже). Всегда есть зенитные орудия с высокой начальной скоростью снаряда и тяжелые корпусные пушки. Наконец, танк всегда можно подкараулить, когда он подставит борт, и выстрелить в упор из штатной противотанковой пушки. Решение задачи обеспечения устойчивости танка на поле боя «в лоб», то есть только бронированием, было ущербным. Более прагматичным был комплексный подход, когда перед танком с умеренной бронезащитой просто выбивалась противотанковая артиллерия, способная его поразить. Основным средством борьбы с противотанковыми пуин ками в годы Второй мировой войны была гаубичная ари тиллерия и авиация. При отлаженном взаимодействий с другими родами войск противотанковые пушки про* тивника в массе своей выбивались во время артиллеЗ мые для ударов артиллерии, штурмовиков и обходных маневров танков. Легкую 37-мм «ПАК-35/36» можно было легко разворачивать на любое направление. 50-мм «ПАК-38» уже намного тяжелее, а «ПАК-40» забивалась в грунт после первых выстрелов намертво, напрочь лишаясь маневра.

Надрывные рассказы о всемогущих танках сыграли в конечном итоге отрицательную роль. Они возвышали технику, но принижали людей. За вкусной и питательной наживкой: «Русские создали супертанки» — следовал жесткий стальной крючок: «Эти идиоты не смогли их толком применить и отступали до Москвы». Рассказы о малом числе новых танков были не слишком убедительны в силу того, что численность немецкого танкового парка была вполне сравнима с числом «Т-34» и «KB» в западных округах. Проблема гораздо глубже, чем может показаться на первый взгляд. Средства для борьбы с хорошо защищенными танками всегда найдутся. Это утверждение верно как для «KB» и «Т-34», так и для «тигра», «пантеры» или «фердинанда» (о которых подробнее — ниже). Всегда есть зенитные орудия с высокой начальной скоростью снаряда и тяжелые корпусные пушки. Наконец, танк всегда можно подкараулить, когда он подставит борт, и выстрелить в упор из штатной противотанковой пушки. Решение задачи обеспечения устойчивости танка на поле боя «в лоб», то есть только бронированием, было ущербным. Более прагматичным был комплексный подход, когда перед танком с умеренной бронезащитой просто выбивалась противотанковая артиллерия, способная его поразить. Основным средством борьбы с противотанковыми пушками в годы Второй мировой войны была гаубичная артиллерия и авиация. При отлаженном взаимодействий с другими родами войск противотанковые пушки противника в массе своей выбивались во время артилле* рийской и авиационной подготовки танковой атаки. Именно поэтому советские танковые войска вполне успешно наступали в 1943-1945 гг., несмотря на насыщение вермахта 75-мм противотанковыми пушками. Уже в 1943 г. калибр 75 мм занял лидирующее положение среди средств поражения советских танков. В Орловской операции июля 1943 г. 75-мм танковые и противотанковые пушки дали уже 40,5% попаданий против 23% — 50-мм и 26% — 88-мм. В дальнейшем эта тенденция сохранилась, иногда число попаданий от 75-мм снарядов достигало 69,2% попаданий (1-й Белорусский фронт, Висло-Одерская и Берлинская операции). Задача создания хорошего танка во Второй мировой войне формулировалась на самом деле не в форме «Оставаться на пьедестале чудо-оружия». Танк «Т-34» вывел борьбу противотанковой артиллерии с танками в новую плоскость, и эта борьба могла уже вестись вне зависимости от возможностей «тридцатьчетверки» держать удары «ПАК-40» на всех дистанциях боя. Утяжеление противотанковых орудий, уменьшение их числа в дивизии вермахта позволяли во взаимодействии с другими родами войск успешно преодолевать противотанковую оборону. Несли они при этом вполне адекватные решаемым задачам потери. Выжившие после артиллерийской подготовки и забиваемые намертво в грунт орудия вскоре себя обнаруживали и подавлялись артиллерией или огнем самих танков.

Дизель и пожар

Еще одной легендой отечественной истории танкостроения является повесть о пожаробезопасном дизеле. Весьма характерный пассаж из книги Д.С. Ибрагимова, уже цитировавшегося выше:

«- Дизель экономичнее, он расходует меньше топ- лива на единицу мощности. Главное же — применение тяжелого дизельного топлива вместо авиабензина уменьшает опасность пожара в танке, — говорили приверженцы дизеля.

— Но… новый двигатель еще только проходит стен довые испытания, и лишь предполагается опробовать его в танке. А как он себя поведет в нем — бабушка на двое сказала, — возражали скептики.

— Все без исключения иностранные танки имеют бензиновые моторы. Целесообразно ли для наших тан ков вводить особый сорт горючего? Это затрудняет снабжение войск, машины не смогут заправляться бензином со складов, захваченных у противника… — возражали противники дизеля.

В разгар спора конструктор Николай Кучеренко на заводском дворе использовал не самый научный, зато наглядный пример преимущества нового топлива. Он брал зажженный факел и подносил его к ведру с бензином — ведро мгновенно охватывалось пламенем»1. Действительно, на «Т-34» и «KB» применили дизель-мотор, но при этом расположили топливные баки в боевом отделении. Соответственно при поражении танка танкистов поливало дождичком из соляра. Дизельное топливо трудно загоралось, но если уж загоралось, то потушить его было тяжело. Танкисты с «Т-34» иной раз получали из-за этого более тяжелые ожоги, чем воевавшие на бензиновых «Т-60» и «Т-70». Проблема была в том, что в случае бензина горят в первую очередь его пары, а между пламенем и кожей образуется своего рода «подушка». Напротив, в случае с дизельным топливом горит уже само топливо. Народная смекалка подсказывала механикам-водителям «трид-чатьчетверок» расходовать в первую очередь топливо из передних баков. Но тут другая беда: при попадании в танк кумулятивного снаряда пустой бак, наполненный парами соляра, детонировал, да так, что вырывал 45-мм лобовой лист брони. В реальности простых и ясных ответов на вопрос «как лучше?» не было. Лучше поставить дизель и расположить баки в боевом отделении или поставить бензиновый мотор и изолировать баки в корме, в моторном отсеке (как на «Pz.HI»), куда попадают, по статистике, единицы процентов снарядов и который отделен от боевого отделения противопожарной перегородкой. Тезис о недальновидных или неумных инженерах той или иной страны всегда стоит воспринимать с большой остророжностью. Немцы не применяли дизельных двигателей на танках в частности потому, что дизельное топливо интенсивно потребляло кригсмарине. Дизельные двигатели стояли как на подводных лодках, так и на крупных надводных кораблях. Но главным фактором было другое. В отличие от бензина, дизельное топливо получали из натурального сырья, которое в Третьем рейхе было дефицитом. Соответственно выбор двигателя для танка диктовался целым рядом вполне объективных причин. Чтобы не быть голословным, приведу мнение советских инженеров НИИБТ Полигона:

«Применение немцами и на новом танке, выпущенном в 1942 г., карбюраторного двигателя, а не дизеля может быть объяснено:

а) спецификой топливного баланса Германии, в ко тором основную роль играют синтетические бензины, бензолы и спиртовые смести, непригодные для сжига ния в дизелях;

б) преимуществом карбюраторного двигателя над дизельным по таким важным для танка показателям, как минимально возможные для данной мощности га- бариты, надежность запуска в зимнее время и простота изготовления;

в) весьма значительным в боевых условиях процен том пожаров танков с дизелями и отсутствием у них в этом отношении значительных преимуществ перед карбюраторными двигателями, особенно при грамот ной конструкции последних и наличии надежных авто матических огнетушителей;

г) коротким сроком работы танковых двигателей из-за крайне низкой живучести танков в боевых усло виях, из-за чего стоимость бензина, сэкономленного в случае применения на танке дизеля, не успевает оп равдать необходимого для изготовления дизеля повы шенного расхода легированных сталей и высококвали фицированного труда, не менее дефицитных в военное время, чем жидкое топливо».

Думаю, прежде всего в глаза бросается: «весьма значительным в боевых условиях процентом пожаров танков с дизелями». Несмотря на опыты с факелом в соляре, дело обстояло именно так. По статистическим данным октября 1942 г., дизельные «Т-34» горели немного чаще, чем бензиновые «Т-70» (23% против 19%).

Но в целом, как мы видим, выбор между карбюраторным и дизельным двигателем был не столь очевидным, как это обычно представляется. Добавлю к сказанному инженерами ГБТУ несколько слов. Разница в стоимости дизеля и бензинового двигателя (по крайней мере в СССР) была весьма существенной. Если бензиновый танковый мотор «М-17Т» стоил 17 тысяч рублей, то дизель «В-2″ в начале своего производства обходился государству в сумму свыше 100 тысяч рублей. » то есть был более чем в пять раз дороже. Причина этого в технологической сложности дизеля, о чем, собственно, и написали специалисты ГБТУ. В этом кроется причина осторожного отношения к дизельным двигателям в других странах — участницах Второй мировой войны. Остальные страны дизельные танки делали, но в небольших масштабах. Например, «шерманы» с двумя дизелями поставлялись по ленд-лизу в СССР, а в США шли только в корпус морской пехоты.

Недостаток природного сырья и, как следствие, зависимость от заводов синтетического горючего не оставляли немецким танкостроителям выбора. При этом ими предпринимался целый ряд шагов, направленных на повышение живучести танка. Даже в том случае, когда баки все же оказывались в боевом отделении машины («Pz.Kpfw.IV», «королевский тигр»), они располагались на полу и бронировались от осколков. Так или иначе, львиная доля топлива выносилась в корму танка, попадания в которую были менее вероятны. Тем самым обеспечивалась удовлетворительная пожаробезопасность немецких танков.

Произошедший в последний предвоенный год в СССР переход на танковые дизельные двигатели имел как свои достоинства, так и свои недостатки. Экономический фактор высокой стоимости дизеля при этом был не самым главным. Основной проблемой было то, что двигатель «В-2» к началу войны был еще «сырым». До 1943 г. «В-2» был не в состоянии длительное время работать под большой нагрузкой. Следствием этого |. было то, что общий ресурс «В-2» не превышал 100 моточасов на стенде, а на танке проседал до 40-70 часов. Для сравнения, немецкие бензиновые «майбахи» отрабатывали в танке по 300-400 часов, отечественные «ГАЗ-203» (спаренные агрегаты танка «Т-70») и дви- «М-17Т» поздних серий — до 300 часов. Двига тель «М-17Т», который широко использовался в отечественном танкостроении в предвоенные годы (он стоял на танках «БТ-5», «БТ-7», «Т-28», «Т-35»), пережил аналогичный период «детских болезней» в начале 30-х годов. В начале 30-х ресурс «М-17Т» не превышал 100 часов. После нескольких лет совершенствования конструкции и технологии производства ресурс вышел на приемлемый уровень — 300 часов. Но в этот момент был осуществлен переход на «В-2» и своего рода шаг назад, к 100 часам моторесурса. С этой точки зрения переход на дизель, несмотря на сомнительную научность экспериментов с ведром и факелом, представляется шагом неочевидной целесообразности.

Источник: Алексей Исаев. АНТИСУВОРОВ. Десять мифов второй мировой. Москва., «ЯУЗА», «ЭКСМО», 2004.




Алексей Исаев. Инструмент «блицкрига»

Внушительные успехи танковых войск Германии в период «блицкригов» 1939-1942 годов уже много лет остаются одной из загадок Второй мировой войны. Целые государства рассыпались, словно карточные домики, под ударами танковых клиньев. Серые танки с «балочными крестами» на бортах и мотоциклисты на «Цундапах» и «БМВ» врывались в города в глубоком тылу, когда по их улицам еще ходили трамваи. Брошенные автомашины с распахнутыми дверями, скособочившиеся в кюветах танки, унылые колонны военнопленных в униформе разных стран — эти хорошо известные по фото- и кинохронике картины сопровождали путь немецких танковых войск на протяжении почти трех лет войны. Слово «панцер» (танк), как и «штука» (пикирующий бомбардировщик), стало символом успехов Германии в начальном периоде войны.

Первой загадкой этого являются качества танков. Все широко известные успехи были достигнуты с не самой совершенной материальной частью. Немецкие танки в большинстве случаев уступали по формальным параметрам толщины [355] брони, калибра орудия танкам противника. Во Франции в 1940 году противником немецких танкистов были машины Сомуа S-35 и B1bis, превосходившие наиболее совершенные на тот момент немецкие танки Pz.III, Pz.IV по бронированию и возможностям орудия. В СССР в 1941-1942 годах танковые войска Красной Армии имели на вооружении значительное количество Т-34 и КВ, обладавших над немецкими танками подавляющим превосходством по измеряемым в миллиметрах и километрах величинах — ведь значительную часть танкового парка Вермахта в период самых громких побед 1939-1941 годов составляли легкие танки Pz.I и Pz.II.

Второй загадкой является отсутствие количественного превосходства, которое могло бы хотя бы теоретически компенсировать недостатки техники. Например, 1 мая 1940 г. в составе германской армии было 1077 Pz.1, 1092 Pz.II, 143 Pz.35(t), 238 Pz.38(t), 381 Pz.III, 290 Pz.IV и 244 вооруженных только макетами орудий и пулеметами командирских танков. Французская армия имела 1207 легких танков R-35, 695 легких танков Н-35 и Н-39, примерно по 200 танкеток АМС-35 и AMR-35, 90 легких FCM-36, 210 средних D1 и D2, 243 средних Сомуа S-35, 314 тяжелых В1 различных модификаций.

Понимание очевидного факта качественного и количественного превосходства танков противников Вермахта привело к продолжению поиска ключевых для результатов операций различий в плоскости техники. Одной из попыток объяснить эффективность «панцерваффе» является, например, пропаганда мифа о радиофикации боевых машин. Якобы немецкие танки были поголовно радиофицированы и поэтому могли эффективнее вести танковый бой. Реально радиостанции в том понимании, которое вкладывают в этот термин сторонники данной версии, то есть приемопередатчики, были лишь у командиров подразделений — от взвода и выше. По штату февраля 1941 года в легкой танковой роте танкового батальона немецкой танковой дивизии приемопередатчики Fu.5 устанавливались на трех Pz.II и пяти Pz.III, а на двух Pz.II и двенадцати Pz.III ставились только приемники Fu.2. В роте средних танков приемопередатчики имели пять Pz.IV и три Pz.II, а два Pz.II и [356] девять Pz.IV — только приемники.(См.: Jentz T. Panzertrappen. The complete guide to the creation and combat employment of Germany’s tank force. 1939-1942. Schiffer Military History. 1996. P. 274.) На Pz.I приемопередатчики Fu.5 вообще не ставились, за исключением специальных командирских klPz.Bef.Wg.I.

Кстати, радиофикация танковых войск РККА в 1941 году была не такой уж плохой. Например, в 19-й танковой дивизии 22-го механизированного корпуса, столкнувшейся с танкистами Э. фон Макензена 24 июня 1941 года под Бойницей, имелось 47 танков Т-26 однобашенных радийных, 75 Т-26 однобашенных линейных, 6 танков БТ-7 линейных, 6 БТ-7 радийных, 14 танков БТ-5 линейных, 3 БТ-5 радийных, 5 БТ-2 пулеметных (без радиостанций)(ЦАМО. Ф. 3018, on. 1, д. 11, л. 189, данные на 10 июня 1941 г.). Если мы возьмем брутто-цифры по всем западным округам, то на 22 июня в них числилось 1993 танка Т-26 однобашенных линейных, 1528 Т-26 однобашенных радийных, 1499 танков БТ-7 линейных, 1212 БТ-7 радийных ( Боевой и численный состав БС СССР в период Великой Отчественной войны. Статистический сборник № 1. М.: Институт военной истории МО РФ, 1994. С. 133). Да, у немцев было больше полевых радиостанций, но доля танков с приемопередатчиками была выше в механизированных корпусах РККА. Разницы в радиофикации, переходящей из количества в качество, не наблюдается.

Еще одна получившая хождение теория гласит, что танковые войска Франции и СССР были побеждены не в бою, а техническими или организационными проблемами. Приводятся цифры потерь вследствие выхода из строя двигателя, элементов трансмиссии, демонстрируются фотографии брошенных вследствие отсутствия топлива или поломок танков. Говорят: «Вот если бы они доехали до немцев, то уж неминуемо их разгромили!» Однако этот тезис не подтверждается статистикой потерь. В частности, механизированные корпуса РККА по крайней мере половину машин (как: Т-34 и КБ, так [357] и БТ и Т-26) потеряли в бою. Исключения из этого правила встречаются как в одну (потери Т-35, потери КВ-2 в продиравшейся по Припятским болотам 41-й танковой дивизии), так и в другую сторону (избиение легких танков 5-го и 7-го механизированных корпусов под Лепелем).

Потери по техническим причинам были неизменным спутником неблагоприятной стратегической обстановки. Для сравнения можно привести данные по боевой деятельности соединений, почти постоянно подчинявшихся корпусу фон Макензена, 14-й танковой дивизии в период неудач Вермахта осенью 1943 года. В октябре 1943 года дивизия прибыла на Восточный фронт из Франции, где проходила пополнение и переформирование. Соединение действовало в схожих с мехкорпусами 1941 года условиях, вело маневренные оборонительные бои севернее Кривого Рога. Дивизия вступила в бой 28 октября в составе 49 танков Pz.IV, 44 САУ StuG.III, 7 огнеметных (Flamm) танков, 9 командирских машин и вела боевые действия в составе все той же 1-й танковой армии, которой подчинялся корпус фон Макензена в течение всего повествования «От Буга до Кавказа». Осенью 1943 года дивизии повезло меньше. Всего за шестнадцать дней боев сгорели 9 танков Pz.IV, 6 танков этого типа требовали заводского ремонта вследствие боевых повреждении, 6 «четверок» были оставлены поврежденными на территории противника вследствие поломок, 7 машин вышли из строя вследствие длительных маршей и были брошены из-за отсутствия возможностей отбуксировать их в тыл. Схожую картину демонстрировали САУ «Штурмгешюц». 12 самоходок сгорело в бою, одна — подбита и требовала заводского ремонта, 6 «штугов» были оставлены на территории противника вследствие боевых повреждений, 4 — оставлены вследствие поломок, 2 — из-за невозможности отбуксировать в тыл после выхода из строя на марше.

Общий неблагоприятный ход боевых действий неизбежно повышает уровень небоевых потерь. Все это не мешает существовать примерам, когда советские танки доезжали до цели и проигрывали в открытом бою. Это, во-первых, город Рассеняй в Прибалтике в первые дни войны, когда [358] оснащенная танками 35(t) чехословацкого производства 6-я танковая дивизия XXXXI моторизованного корпуса генерала Рейнгардта, к которой позднее присоединилась 1-я танковая дивизия того же корпуса, окружили и уничтожили 2-ю танковую дивизию советского 3-го механизированного корпуса. Это произошло несмотря на то, что советская дивизия имела на вооружении почти полсотни КВ-1 и КВ-2, Второй пример — это Алитус, где 7-я танковая дивизия, опять же оснащенная танками 38(t) чехословацкого производства, в первый день войны в боях за мосты на Немане заставила отступить 5-ю танковую дивизию 3-го механизированного корпуса, оснащенную 50 Т-34, 30 трехбашенными средними танками Т-28 и 170 легкими танками БТ-7. Третий пример — Радзехув на Украине, где боевая группа 11-й танковой дивизии немцев 23 июня 1941 года смогла успешно провести бой против передовых отрядов 10-й танковой дивизии 15-го механизированного корпуса и 32-й танковой дивизии 4-го механизированного корпуса. Потери передового отряда 10-й танковой дивизии составили 20 танков БТ и 6 танков Т-34. Четвертый пример — все та же 11-я танковая дивизия, которая вполне успешно вела встречное сражение с двумя танковыми дивизиями 2-го механизированного корпуса к северу от Умани в 20-х числах июля 1941 года. Наконец, 13-я танковая дивизия корпуса Э. фон Макензена после прорыва «линии Сталина» сумела почти полностью уничтожить батальон Т-34, только что прибывший с завода и включенный в состав 40-й танковой дивизии 19-го механизированного корпуса

Если французские и советские танки теоретически могли «не доехать» до наступающих немецких танковых дивизий, то столкновение с противотанковой артиллерией было неизбежно. Скорострельные противотанковые пушки, появившиеся в больших количествах в 1930-х годах, заставили изрядно потускнеть образ танка как чудо-оружия, сложившийся в Первую мировую войну. Приземистая, легко перемещаемая силами расчета 25-47-мм пушка с полуавтоматическим затвором могла выпускать по десятку бронебойных снарядов в минуту. Защищенные противопульной броней танки становились для [359] таких орудий легкой жертвой. Комкор Д Г. Павлов, опираясь на опыт войны в Испании, обескураженно писал, что одна противотанковая пушка может вывести из строя сразу несколько танков, оставаясь для них неуязвимой. Этот неутешительный вывод подтвердили и конфликты с Японией и Финляндией в 1939-1940 годах. Однако немецкие танковые войска, казалось, безболезненно преодолевали оборону с 37-мм и 47-мм скорострельными противотанковыми пушками.

Одним словом, у немцев в руках был некий механизм, который позволял эффективно проводить крупномасштабные операции с сокрушительными результатами против численно и качественно превосходящего их по танкам противника. Что же это был за механизм?

Чтобы разобраться в этом, понадобится небольшой экскурс в историю танка. Стилистика применения этого вида вооружений, характерная для Вермахта, была вовсе не очевидна на заре появления танков, в Первую мировую войну. Тогда это было средство сопровождения пехоты, танки должны были ехать рядом с солдатами и уничтожать мешающие их продвижению пулеметы. Позднее появилась еще задача уничтожения артиллерийских позиций. Но в любом случае деятельность танков ограничивалась непосредственной организацией прорыва фронта противника. Вопрос развития тактического прорыва в оперативный оставался открытым. Так, под Камбрэ в 1917 году в прорыв должна была войти… канадская конница! Старым добрым лошадям предстояло развивать успех стальных чудовищ нового времени.

Эта тенденция сохранилась и в межвоенный период. Танки нацеливались прежде всего на поражение фронта противника на всю его глубину. Глубина эта, впрочем, ограничивалась 10-12 километрами. Одни танки должны были поддерживать наступающих пехотинцев, другие — прорываться до позиций артиллерии и уничтожать их, прекращая град снарядов, сыплющийся на идущих в атаку солдат. По страницам учебников кочевали тактические приемы атаки артиллерийских батарей и подавления пулеметов. Еще одной задачей танков должна была стать борьба с себе подобными, то есть [360] отражение танковых контратак противника в ходе прорыва фронта его обороны.

В целом можно сказать, что танки рассматривались как механизм преодоления позиционного кризиса Первой мировой войны на тактическом уровне. Вопрос развития тактического прорыва в оперативный подробно не разрабатывался. Проще говоря, особая роль танков после взлома обороны противника не просматривалась. В какой-то мере принципиально новую функцию пытались возложить на танки де Голль и Фуллер, но их идеи «профессиональных» моторизованных армий были довольно слабо проработаны и отклика не получили. В частности, они противопоставляли механизированную армию профессионалов миллионам рекрутов, вершивших историю на полях Первой мировой войны — хотя, как показала практика, танки и рекруты друг с другом вполне гармонично сочетаются. Более того, даже полностью моторизованные «профессиональные армии» не могли обходиться без поддержки десятков пехотных дивизий.

Синтез идеи полностью моторизованной армии и миллионной армии пехотинцев был осуществлен в Германии. В середине 1930-х годов у немцев был разработан принципиально новый организационно-штатный механизм использования танков. После прихода Гитлера к власти началось бурное развитие всех видов вооруженных сил Германии — словно распрямилась пружина, сжатая за годы формального исполнения Версальского договора. Одним из важных этапов стало строительство танковых войск. 12 октября 1934 года в Германии была завершена разработка схемы организации первой танковой дивизии Вермахта. На этой схеме впервые появились элементы, ставшие характерными чертами дивизий, дошедших до Дюнкерка и Кавказа. Она должна была состоять из двух танковых полков, полка мотопехоты, батальона мотоциклистов, разведывательного батальона, батальона истребителей танков, артиллерийского полка, тыловых и вспомогательных частей.

18 января 1935 года инспектор моторизованных войск генерал Лутц выпустил приказ на формирование трех [361] танковых дивизий. Этот день можно условно считать датой рождения нового механизма ведения войны. Соединения нового типа должны были быть сформированы к 1 октября 1935 года. По штату дивизия должна была насчитывать 12 953 человека, 4025 колесных машин и 418 танков. Появилось вооруженное танками самостоятельное соединение, способное вести бой в отрыве от своих войск в глубине обороны противника. Самостоятельность действий обеспечивалась сочетанием в одном соединении танков, артиллерии, средств разведки и связи, Дивизии должны были комплектоваться жалкими Pz.I с двумя пулеметами, но на свет появилось сооружение, способное на нечто большее, чем просто взлом обороны противника. Вместо Pz.I могли быть хоть автомашины, зашитые фанерой под танки. Произвести танки и наполнить форму соответствующим содержанием было уже делом техники и времени. Главное — новаторская идея использования танковых войск — уже было в наличии.

В чем же была суть новшества? Создание организационной структуры, включающей танки, моторизованную пехоту, артиллерию, инженерные части и части связи, позволяло не только осуществлять прорыв обороны противника, но и развивать его вглубь, отрываясь от основной массы своих войск на десятки километров. Танковое соединение становилось в значительной мере автономным и самодостаточным. Это позволяло ему вести бой с резервами противника, захватывать важные пункты в тылу самостоятельно, не ожидая подхода пехотных дивизий и сопровождающих их полков артиллерии. Взорванный мост на своем пути танковая дивизия могла восстановить с помощью моторизованного понтонного батальона или даже сборного металлического моста. Саперные части дивизии могли снять минные поля, разрушить заграждения. Артиллерия позволяла на равных вести артиллерийскую дуэль с встретившимися на пути резервами противника. Наконец, пехота могла помочь удерживать захваченный в глубине обороны пункт, препятствуя отходу окружаемых корпусов и дивизий или подготавливая плацдарм для дальнейшего наступления.[362]

Танковые соединения теперь не просто должны были взломать фронт обороны противника быстрее, чем он подтянет достаточно резервов для «запечатывания» прорыва,- они должны были сотрясти всю систему обороны, став средством проведения операции с решительными целями. Превосходство танковых дивизий в подвижности над основной массой войск должно было обеспечить смыкание танковых «клещей» за спиной окружаемых армий быстрее, чем те смогут отойти назад. Старая идея немецкой военной школы, так называемые «канны»,- сражение на окружение охватом войск противника ударами по сходящимся направлениям — получила новое средство для своей практической реализации. Теперь классический «кессельшлахт» (буквально — «котельная битва», операция на окружение) станет визитной карточкой Вермахта, повторяясь на разных театрах военных действий по схожей схеме.

Танки становились стратегическим средством борьбы. Теперь появилась возможность реализации на практике «философского камня» военного искусства, проведение молниеносной войны против сильного противника. Окружив и уничтожив с помощью нового инструмента крупную группировку противника, немцы тем самым вынуждали его латать пробитый фронт, растягивать войска и расходовать резервы, чтобы оказаться жертвами новых «кессельшлахтов».

В сентябре 1939 года история дала нам уникальный шанс обкатать еще сырой механизм на заведомо слабом противнике — Польше. В 1939 году организационная структура танковой дивизии Вермахта еще окончательно не сложилась. Наиболее распространенной организацией была двухполковая танковая дивизия. Она состояла из танковой бригады (два танковых полка по два батальона каждый, около 300 танков, 3300 человек личного состава), моторизованной пехотной бригады (моторизованный пехотный полк, примерно 2000 человек) и мотоциклетного батальона (850 человек). Общая численность личного состава дивизии была примерно 11 800 человек. Артиллерия дивизии состояла из шестнадцати 105-мм легких полевых гаубиц leFH18, восьми 150-мм тяжелых [363] полевых гаубиц sFH18, четырех 105-мм пушек К18, восьми 75-мм легких пехотных орудий, 48 противотанковых пушек.

Такую организацию имели пять немецких танковых дивизий, с 1-й по 5-ю. Помимо этого в вермахте была именная танковая дивизия «Кемпф» и 10-я танковая дивизия, имевшая один танковый полк двухбатальонного состава. Промежуточное положение между этими двумя полюсами занимала 1-я легкая дивизия, состоявшая из трех танковых батальонов. Наконец, последней формой организации танковых войск вермахта были так; называемые легкие дивизии, имевшие всего один батальон танков. Соответственно боевая сила их была достаточно скромной — например, в 4-й легкой дивизии имелось 34 Pz.I, 23 Pz.II и пять командирских танков.

Первые бои показали недостатки организации танковых дивизий — например, беспомощность «панцерваффе» в самостоятельных действиях у Варшавы. По итогам кампании была начата реорганизация немецких танковых войск, продолжавшаяся с октября 1939 по май 1940 года. Организация была упорядочена, теперь не осталось никаких «легких» дивизий, а танковые войска Вермахта были представлены десятью танковыми дивизиями. Шесть из них были четырехбатальонного состава (1-5 и 10-я), три — трехбатальонного (6-8), одна — двухбатальонного (9-я). После разгрома Франции последовала новая реорганизация, в результате которой немецкие танковые войска приобрели тот вид, в котором они фигурируют на первых страницах «От Буга до Кавказа».

Число танковых дивизий Вермахта в результате этой, наиболее важной реорганизации, было удвоено. Удвоение числа дивизий происходило путем дробления существующих дивизий и создания на базе высвобождающихся танковых полков новых дивизий. Теперь во всех танковых дивизиях Вермахта был один танковый полк двух- или трехбатальонного состава вместо двух. В значительной степени это была замена количества качеством. Танковый батальон немецкой танковой дивизии состоял из одной средней и двух легких танковых рот. Перед французской кампанией рота средних танков по штату от 21 февраля 1940 г. состояла из восьми танков Pz.IV, [364] шести Pz.II и одного командирского танка на шасси Рz.1. Штат K.StN.11751 от 1 февраля 1941 года (1 KStN. (Kriegsstacrkenachweisung) — штаты военного времени (нем.)). предусматривал в составе роты средних танков 14 танков Pz.IV и 5 Pz.II. Фактически во всех танковых дивизиях к началу «Барбароссы» отсутствовал 3-й взвод в роте, и она насчитывала 10 Pz.IV.

Еще более радикальные изменения постигли легкие танковые роты. Перед французской кампанией в составе рот этого типа было всего семь Pz.III, восемь Pz.II, четыре Pz.I и один командирский танк на шасси Pz.I. Штат февраля 1941 года предусматривал уже семнадцать танков Pz.III и пять Pz.II. То есть ударные возможности танковой роты возрастали почти вдвое.

Уменьшение общего числа батальонов в дивизии компенсировалась количественным и качественным наращиванием ударных возможностей танковых рот батальонов. Фактор латания «тришкиного кафтана», разумеется, здесь тоже присутствовал. Оптимальной структурой все же был бы трехбатальонный танковый полк. Так что идеальная танковая дивизия была в Вермахте в июне 1941 года единственной — 3-я танковая дивизия XXIV моторизованного корпуса 2-й танковой группы Г. Гудериана, Ее танковый полк состоял из трех батальонов и насчитывал 58 танков Pz.II, 29 танков Pz.III с 37-мм пушками, 81 танк Pz.III с 50-мм пушками, 32 танка Pz.IV и 15 командирских машин. Командовал дивизией Вальтер Модель, впоследствии ставший одним из видных немецких полководцев Второй мировой воины, прославившийся обороной ржевского выступа и восстановлением фронта группы армий «Центр» после катастрофы «Багратиона» в 1944 году. Дивизии, вооруженные танками чехословацкого производства 35(t) и 38(t), остались трехбатальонными — но это уже была не оптимизация, а компенсация невысоких характеристик техники ее числом. Однако в группу армий «Юг» — и соответственно, в корпус Э. фон Макензена в 1941 году ни одна трехбатальонная дивизия не попала. Все его подопечные были сформированы [365] осенью 1940 года и имели танковый полк двухбатальонного состава.

Впрочем, не танки были «изюминкой» структуры соединения. Немецкая танковая дивизия 1941 года (общая численность личного состава 13 700 человек) включала в себя танковых полк: (около 2600 человек), мотопехотную бригаду из двух моторизованны:х полков по два батальона каждый (около 6000 человек), мотоциклетный батальон (1078 человек)» разведывательный батальон и артиллерийский полк трехдивизионного (вместо двухдивизионного в 1940 году) состава. Соответственно, на два или три танковых батальона приходилось четыре мотопехотных и один мотоциклетный батальон. Артиллерия танковой дивизии состояла из двадцати четырех 105-мм легких полевых гаубиц leFH18, двенадцати 150-мм тяжелых полевых гаубиц sFH18, четырех 150-мм тяжелых пехотных орудий sIG-33 (по два в каждом мотопехотном полку), двадцати 75-мм пехотных орудий lelG18 и тридцати 81 -мм минометов. Иногда четыре 150-мм тяжелых гаубицы заменяли 105-мм пушками К18, способными поразить любой советский танк до КВ включительно.

Основной задачей гаубичной артиллерии дивизии было поражение артиллерии противника — в первую очередь, противотанковой. Соответственно проблема противостояния танков со сравнительно тонкой броней и скорострельной 37- 47-мм пушки решалась ударом по последней тяжелыми снарядами 105-мм и 150-мм гаубиц. Огонь артиллерии подавлял систему противотанковой обороны, а танки уже добивали отдельные уцелевшие под шквалом огня орудия. Собственно противотанковая артиллерия танковой дивизии Вермахта была представлена сорока восемью орудиями двух типов — 37-мм Pak-35/Зб и 50-мм Рак-38. Последние были новейшим образцом противотанковой артиллерии Вермахта, способным бороться с Т-34 и КВ. Однако их было еще немного, и основную массу противотанковой артиллерии танковой дивизии Вермахта составляли 37-мм Pak-35/Зб. Помимо собственных средств борьбы с танками противника, дивизия, как правило, располагала приданными зенитками, формально [366] подчинявшимися Люфтваффе. Как 20-мм и 37-мм автоматические пушки, так: и широко известные 88-мм зенитки Flak36 подразделений Люфтваффе широко применялись для борьбы с танками. Помимо использования по своему прямому назначению (против танков), противотанковые пушки использовались немцами для сопровождения танковой атаки. Орудия занимали статичные позиции на переднем крае и после перехода танков в атаку вели огонь по проявляющим себя противотанковым орудиям и пулеметам противника. Расчеты противотанковых пушек обладали куда лучшим обзором, чем танкисты в раскачивающемся на ухабах тесном танке, и могли резко повысить эффективность действий подразделения в целом.

Очередная реорганизация привела немецкие танковые войска к своего рода «золотому сечению» организационной структуры. После двух успешных кампаний немцы подобрали соотношение между танками и мотопехотой, оптимальное для эффективного использования боевых машин соединения и обеспечения его хорошей управляемости. Сильный артиллерийский удар обеспечивал танковой дивизии Вермахта уверенное ведение артиллерийской дуэли как в наступлении, так: и в обороне. Советские механизированные корпуса, несмотря на ряд важных шагов по реорганизации танковых войск РККА, существенно отставали по балансировке компонентов механизированного соединения, были перегружены танками, недогружены пехотой и уступали по возможностям артиллерийского удара. Все это обусловило в целом худшие результаты действий танковых соединений РККА по сравнению с Вермахтом в сходной обстановке или друг против друга.

Вместе с тем по некоторым параметрам танковые дивизии 1941 года были еще далеки от идеала. Наиболее острой была нехватка бронетранспортеров для пехоты. Полугусеничные БТР Sd.Kfz.25l, известные также как БТР «Ганомаг», танковые дивизии Вермахта 1941 года имели в незначительном количестве. В лучшем случае ими оснащалась рота пехотинцев. В случае с корпусом Э. фон Макензена 14-я дивизия корпуса вообще не имела БТРов, все пехотинцы перемещались на [367] марше в автомашинах, а в бою — на своих двоих. В 13-й танковой дивизии «Ганомаги» были только в 1-й роте 66-го мотопехотного полка.

Не всем свежесформированным соединениям удалось получить «убийцы KB», 10-см корпусные пушки К18. В 1-й танковой группе, которой принадлежал корпус Э. фон Макензена, только одна дивизия — 11-я танковая XXXXVIII моторизованного корпуса — имела на вооружении орудия этого типа. У остальных, включая обе дивизии корпуса фон Макензена, в артиллерийском полку были только 150-мм тяжелые гаубицы.

Еще одной слабой стороной немецких танковых войск 1941 года были моторизованные дивизии, совершенно не имевшие танков. В состав корпуса фон Макензена в разные периоды 1941 года включались две дивизии этого типа, 25-я и 60-я моторизованные. В отличие от обычных пехотных дивизий они имели два, а не три полка пехоты, которые, однако, были полностью моторизованными. Артиллерийский полк моторизованных дивизий был трехдивизионного состава, в отличие от четырех дивизионов в обычной пехотной дивизии, но орудия в нем буксировались скоростными полугусеничными тягачами.

Эффективное использование всех компонентов подвижных соединений Вермахта обеспечивалось формированием из их частей так называемых боевых групп (Kampfgruppe). Боевая группа представляла собой временное соединение из частей различных родов войск, входящих в дивизию. Ядром боевой группы становился танковый или пехотный полк, которому придавались дивизионы артиллерийского полка, батареи противотанкового дивизиона, роты саперного батальона. Часто боевая группа получала в свое распоряжение средства усиления, приданные дивизии из корпуса. Возглавлял боевую группу командир полка, а в случае танковых частей — командир пехотной бригады или танкового полка. На выходе получалась. достаточно компактная и подвижная группа, сочетавшая в себе все огневые средства дивизии и корпусные средства усиления от 88-мм зениток до 240-мм мортир включительно. Тем [368] самым автоматически решался вопрос взаимодействия войск, распоряжения артиллеристам и саперам отдавал сам командир боевой группы, без подачи заявок командиру дивизии или корпуса.

Еще одним характерным приемом действий германских войск является использование разведывательного батальона танковых и пехотных соединений в качестве самостоятельной моторизованной части. Помимо основных функций «глаз» дивизии, разведывательному батальону ставились задачи по захвату и удержанию тех или иных объектов. Это было характерно также для пехотных соединений, большая часть солдат которых двигалась пешком, а разведчики и истребительно-противотанковый батальон имели броневики и автотранспорт. Однако в сравнении с тремя бронеавтомобилями разведбата пехотной дивизии разведчики танковой дивизии обладали куда большими возможностями.

Штатная численность разведывательного батальона немецкой танковой дивизии составляла 407 человек, что примерно соответствовало батальону пехоты. Вооружение разведывательного отряда составляли двадцать пять бронеавтомобилей, три 37-мм противотанковых пушки, одиннадцать противотанковых ружей, два 75-мм легких пехотных орудия. Бронеавтомобили распределялись следующим образом. Один Sd.Kfz 247 (командирский бронеавтомобиль без вооружения) — в штабе роты бронеавтомобилей батальона. Один Sd.Kfz 263 (вось-миколесный бронеавтомобиль с одним 7,92-мм пулеметом и мощной радиостанцией) и четыре Sd.Krz 223 (четырехколесный бронеавтомобиль с 7,92-мм пулеметом и радиостанцией среднего радиуса действия) — во взводе связи роты. Три Sd.Kfz 231 (восьмиколесный БА с 20-мм пушкой), три Sd.Kfe 232 (восьмиколесный БА с 20-мм пушкой) находились в первом (тяжелом) взводе роты бронеавтомобилей. Наконец, четыре Sd.Kfz 222 (четырехколесный БА с 20-мм пушкой) и десять Sd.Kfz 221 (четырехколесный БА с 7,92-мм пулеметом) распределялись по второму и третьему (легким) взводам роты бронеавтомобилей разведывательного батальона Как четырехколесные, так и восьмиколесные бронеавтомобили были [369] полноприводными и обладали неплохой проходимостью, что позволяло их использовать не только на шоссе, В целом paзведывательный батальон был сильным и способным к самостоятельным действиям подразделением танковой дивизии; своего рода готовой боевой группой. Именно бронеавтомобили 13-й танковой дивизии корпуса фон Макензена первыми вышли к предместьям Киева в июле 1941 года. Одна из бронемашин Sd.Kfz231 дивизии стала трофеем защитников города.

Еще одним компонентом организационной структуры танковой дивизии, своего рода легкой кавалерией нового времени, были мотоциклисты. Помимо мотоциклов на разных уровнях соединения в качестве связной машины, в дивизии был мотоциклетный батальон. Батальон насчитывал 1078 человек личного состава, девять противотанковых ружей, пятьдесят восемь ручных пулеметов, четырнадцать станковых пулеметов, девять 50-мм и шесть 81-мм минометов, три 37-мм противотанковых и два 75-мм легких пехотных орудия. Транспортные средства батальона включали 137 автомашин, 196 мотоциклов с коляской и 71 — без коляски. По сути своей это был мотострелковый батальон на мотоциклах То есть вместо грузовиков в мотоциклетном батальоне пехотинцы усаживались на мотоциклы и в общем случае вели бой в пешем порядке, используя мотоциклы лишь как транспорт. Соответственно каждое отделение пехоты из девяти человек перевозилось на трех мотоциклах с коляской и вооружалось одним ручным пулеметом, шестью карабинами и одним пистолетом-пулеметом (у командира отделения).

Для чего же городили этот огород, воспроизводя структур мотопехотной роты в облегченном варианте и на транспортном средстве сомнительной проходимости? Делалось это во имя скорости мотоциклов, превышающей таковую у колонны грузовиков. Это позволяло в определенных условиях (прорыв фронта и отсутствие какое-то время организованного сопротивления в тылу) выбрасывать вперед мотоциклетный батальон и захватывать с его помощью переправы и узлы коммуникаций.[370]

В условиях маневренной войны, когда идет гонка за захват и удержание того или иного важного пункта, выдвижение мотоциклистов могло сыграть важную роль — например, захват города или переправы до выхода к нему с целью занятия обороны оперативных резервов противника. Последние будут вынуждены вместо копания окопов и ожидания атаки танковой дивизии вести невыгодный для себя наступательный бой с тысячью пехотинцев с тяжелым оружием. Также мотоциклисты были частым источником паники в тылу противника, способствуя принятию неверных решений и напрасным маневрам резервами.

После того как мы осветили эволюцию организации механизированных соединений Вермахта, пришло время сделать шаг наверх по лестнице организационных структур и рассмотреть возможности моторизованного корпуса — соединения, которым собственно и командовал Э. фон Макензен. На 22 июня 1941 г. в состав корпуса входили:

o 14-я танковая дивизия (14. Panzer-Division);

o 44-я и 298-я пехотные дивизии (44,298. Infanterie-Division);

191-й батальон САУ «Штурмгешюц» (191. Sturmgeschutz Abt.);

II батарея 60-го дивизиона 100-мм пушек (II./60 10cm Kanonen-Abt. (mot));

II батарея 63-го дивизиона тяжелых гаубиц (II./63 schwere Feldhaubitzen-Abt. (mot));

607,735 и 857-й дивизионы 210-мм мортир (607, 735, 857.21cm Morser-Abt. (mot));

I батарея 814-го дивизиона 240-мм гаубиц (I./814.24cm Haubitzen-Abt. (mot));

731, 800-й дивизионы 15-см пушек (731, 800. 15cm Kanonen-Abt. (mot.));

627-й моторизованный саперный батальон (627. Pionier-Btl. (mot));

260-й саперный батальон, на лошадях (260. Pionier-Btl. (besp.));[371]

109-й и 110-й строительные батальоны (109, 110. Ваu-Btl.);

o 54-й полк реактивных минометов (54. Nebelwerfer-Rgt.(d)(mot));

o 652-й моторизованный батальон истребителей танков (652. Panzerjager Abt. (3.7cm mot));

o 603-й батальон легких зениток (603. leichte Flak Btl.(mot));

Мы видим целую массу подразделений, напрямую не связанных с танками. Если подсчитать только танки, то корпус фон Макензена покажется лилипутом. На 22 июня 1941 года в 14-й танковой дивизии было 45 танков Pz.II, 15 танков PzJII с 37-мм пушкой, 56 танков Pz.III с 50-мм пушкой, 20 танков Pz.IV и 11 вооруженных только пулеметами командирских танков. Позднее к 14-й танковой дивизии присоединилась 13-я танковая дивизия. Ее танковый парк также не поражал, воображение. На 22 июня в составе дивизии насчитывалось 45 танков Pz.II, 27 танков Pz.III с 37-мм пушкой, 44 танка Pz.III с 50-мм пушкой, 20 танков Pz.IV и 13 командирских машин (Jentz Т. Op. tit P. 192.).

Казалось бы, эту весьма немногочисленную группу танков можно остановить без особого труда. Но реально за спиной у этих танков стояла крупная масса артиллерии до 240-мм калибра включительно, множество пехотинцев, противотанковых орудий, пулеметов и минометов. После прорыва фронта все это устремлялось за тремя сотнями танков в глубь вражеской обороны, сокрушая резервы и отбивая контратаки механизированных корпусов.

Вся дивизионная артиллерия нарезалась на части и придавалась вышеупомянутым боевым группам. Вот как выглядела боевая группа 14-й танковой дивизии 3-го моторизованного корпуса Э. фон Макензена в боях у Луцка 28 июня 1941 года. Называлась она по имени командира — «кампфгруппой Штемпеля», состояла же из 108-го мотопехотного полка собственно [372] 14-й танковой дивизии (без 2-го дивизиона), штаба 4-го артиллерийского полка дивизии с 3-м дивизионом 4-го артполка (без 1-й батареи), 1-й батареи 4-го артполка, 1-й батареи 607-го мортирного дивизиона (приданная из корпуса часть, 210-мм мортиры), 1-й батареи 60-го артиллерийского дивизиона (приданная корпусная часть, 100-мм пушки К18), 1-й роты 4-го батальона истребителей танков из 14-й танковой дивизии, 36-го танкового полка 14-й танковой дивизии (без 1-й усиленной роты) со 2-й ротой 13-го моторизованного саперного батальона, части моторизованного батальона связи и 2-го взвода 4-й саперной роты 14-й танковой дивизии. Таким образом, даже на тактическом уровне, при ведении боя лишь частью дивизии, она могла использовать мощные и подвижные средства борьбы корпусного звена.

Помимо артиллерии общего назначения, корпусу придавались отдельные противотанковые батальоны. Они комплектовались как самоходными орудиями, так и буксируемыми автомашинами 37-мм пушками Рак 35/36. Корпусу Э. фон Макензена придавался 652-й моторизованный батальон истребителей танков. Штатная численность батальона составляла 36 орудий.

Еще одним специфическим видом артиллерии корпусного уровня были отдельные батальоны САУ «Штурмгешютц». Эти САУ выполняли у немцев те же функции, что и танки непосредственной поддержки пехоты у союзников. Корпусу Э. фон Макензена был придан один такой батальон, 191-й. По штату от 18 апреля 1941 года батальон «Штурмгешюцев» разбивался на три роты (батареи). Каждая батарея, в свою очередь, состояла из трех взводов — по две САУ StuGIII и по одному бронированному транспортировщику боеприпасов Sd.Kfe.252 в каждом. Кроме того, одна машина была в составе штаба батареи. Итого штатная численность батальона составляла 21 САУ. Приземистые, хорошо бронированные самоходки были сильным противником. Они могли сбивать огневые точки, мешающие продвижению пехоты, подбираться вплотную к амбразурам ДОТов, бороться с танками. Как правило, батальон «Штурмгешюцев», придававшийся армейскому [373] корпусу. внутри корпуса распределялся между дивизиями — в среднем по батарее на дивизию, действующую в первом эшелоне.

Разумеется, у созданного немцами инструмента были свои недостатки. Необходимость везти за танками топливо, боеприпасы, пехоту, ремонтные средства привела к включению вего штат множества грузовых и специальных автомашин. Это привязывало механизированные соединения Вермахта к крупным автомагистралям. В большинстве крупных и успешные операций у ударов моторизованных и танковых корпусов имелись оси, опирающиеся на то или иное шоссе. Немцы называли такие шоссе «Panzerstrasse» — «танковая дорога» или, на авиационный манер, «Rollbann» (рулежная дорожка). На этих дорогах запрещалось перемещение гужевого транспорта и маршевых колонн пехоты. Они резервировались только для передвижения транспорта моторизованных соединений.

Тактически предполагались объединения под управлением моторизованного корпуса танковых, моторизованных и пехотных дивизий. При кажущейся нелепости сочетания под одним командованием «коня и трепетной лани» в лице моторизованных и насыщенных лошадями пехотных дивизии в этом был вполне простой и очевидный смысл. Движение моторизованного корпуса происходило пошагово. Сначала все дивизии корпуса вставали плечом к плечу, максимально суживая фронт каждого соединения. Атака крупной массой на узких участках приводила к прорыву. После прорыва фронта вперед продвигались танковые дивизии, захватывали тот или иной рубеж или плацдарм и занимали там оборону. Тем временем за танковыми дивизиями пешим порядком двигалась пехота, занимая позиции на флангах, тем самым защищая корпус от фланговых ударов обороняющегося.

Под танковые контратаки подставлялись более прочные и менее ценные пехотные дивизии. Продвижение последних происходило по проселочным дорогам, параллельным «панцерштрассе», являющейся осью наступления. После того как пехота подходила достаточно близко, танковые и моторизованные дивизии продолжали продвижение вперед. В тексте мемуаров «От Буга до Кавказа» довольно часто встречается [374] упоминание о смене танковых дивизий пехотой, с целью высвобождения подвижных соединений для дальнейших прорывов.

Теперь необходимо сказать несколько слов о том, как все эти приемы использовались на практике. Большую часть кампании 1941 года III моторизованный корпус Э. фон Макензена находился на левом фланге немецкого наступления и был вынужден отражать многочисленные контратаки советских войск. Наиболее примечательной его акцией на этом поприще был прорыв к Киеву и удержание Житомирского шоссе до подхода пехоты. После прорыва фронта перед немецкими танкистами часто оказывалась пустота, в которой можно было двигаться совершенно беспрепятственно. Но в данной ситуации сдерживающим фактором была необходимость защиты флангов до подхода своей пехоты. Нормальным отрывом от пехоты считались 30- 50 км. Отрыв на 50-70 км, как правило, (на восточном фронте) приводил к трудностям в снабжении вследствие перехвата коммуникаций. Полоса 30-50 км была, в общем-то, максимальным фронтом, который был способен удержать моторизованный корпус. При этом в условиях растянутого фронта сплошная линия траншей не создавалась, оборона строилась на базе нескольких опорных пунктов с круговой обороной, пространство между которыми простреливалось из пулеметов и орудий.

Вообще нужно сказать, что возможность ведения боя в условиях окружения считалась специфической особенностью боевого применения танковых войск. В условиях глубоких прорывов неизбежно складывалась угроза тылу боевых групп дивизий со стороны обойденных, но не потерявших боеспособность частей противника. Поэтому одним из приемов ведения операций был так называемый «Еж» (Igel), когда боевая группа танковой дивизии организовывала круговую оборону занятого населенного пункта, узла дорог или плацдарма.

Второй типичный вариант боевого использования танковых соединений Вермахта — удержание внутреннего фронта окружения. В 1941 году такую задачу корпусу Э. фон Макензена пришлось выполнить только один раз — в октябре [375] под Мелитополем. В общем же случае это была типичная для немецких танковых войск задача. Прорвавшись в глубину обороны, танковые корпуса занимали оборону фронтом к окруженным Как правило, для этого использовались водные рубежи, позволявшие эффективно обороняться на широком фронте. Для окружения 3-й и 10-й армий Западного фронта в июне 1941 года в Белоруссии таким рубежом стала река Зельвянка. Под Уманью, где в начале августа 1941 года были окружены 6-я и 12-я армии, немецкая 11-я танковая дивизия преградила советским войскам путь на восток обороной на реке Синюхе.

Часто при окружении крупных группировок немцы предпочитали облегчать задачу танкистов и помимо глубокого охвата танковыми клиньями осуществлять окружение с меньшим замахом при помощи пехоты. Тем самым отсекалась часть войск, которая могла бы ударить по стоящим на внутреннем фасе «котла» моторизованным корпусам. Корпус Макензена под Мелитополем действовал по наиболее простой схеме, выполняя роль наковальни, на которую наступающий с запада XXXXIX горный корпус Кюблера отбрасывал войска советских 9-й и 18-й армий. Впрочем, в октябре 1941 года немецкие танковые войска были уже значительно ослаблены и уже являлись скорее не наковальней, а ситом, через которое горные егеря «продавливали» части двух советских армий. В итоге значительной части войск 9-й и 18-й армий удалось прорваться к своим — даже несмотря на отсутствие каких-либо попыток деблокировать их извне.

В мае 1942 года под Харьковом бои вели еще не полностью пришедшие в себя дивизии. 16-я танковая дивизия получила новые танки, из 89 боевых машин в двух танковых батальонах дивизии 25 танков Pz.III были вооружены 60-калиберной 50-мм пушкой. Поступили в дивизию и БТР «Ганомаг», ими теперь были вооружены две роты, сведенные под командование батальонного штаба. Соединение наконец-то получило 10-см пушки. Однако в 16-й танковой дивизии после зимних боев осталось всего два батальона пехоты — семь рот, включая две на БТР «Ганомаг». Это существенно уменьшало ее возможности. [376]

Лето 1942 года было своего рода расцветом танковых соединений Вермахта. Перед летним наступлением была проведена реорганизация, в результате которой выделенные для участия в операции «Блау» дивизии получили третий танковый батальон, а моторизованные дивизии — один танковый батальон. Так моторизованные дивизии Вермахта наконец-то получили танки. 60-я моторизованная дивизия в период второго сражения III танкового корпуса за Ростов уже получила 160-й танковый батальон, переформированный из 1-го батальона 18-го танкового полка 18-й танковой дивизии. На 7 июля 1942 года он насчитывал 17 танков Pz.II, 35 танков Pz.III с 50-мм 60-калиберным орудием, 4 танка Pz.IV с длинноствольным 75-мм орудием и один командирский танк.

По аналогичной схеме реорганизовывались и другие подвижные соединения, принявшие участие в описанных Э. фон Макензеном боях.. Все они получили батальоны танков из дивизий на пассивных участках фронта. 16-я танковая дивизия получила третий батальон в свой танковый полк за счет переформирования 2-го батальона 10-го танкового полка 8-й танковой дивизии. 14-я танковая дивизия стала трехбатальонной за счет 1 -го батальона 7-го танкового полка 10-й танковой дивизии, 13-я танковая дивизия — из 3-го батальона 29-го танкового полка 12-й танковой дивизии.

Тем самым танковые дивизии, предназначенные для использования в летней кампании 1942 года, получили оптимальную организационную структуру.

Было оптимизировано также вооружение мотопехоты. Если ранее пехота танковых и моторизованных дивизий отличалась в основном тем, что перемещалась на марше на автомобилях, то в 1942 году мотопехота получила дополнительные огневые возможности. Теперь по введенному в ноябре 1941 года штату K.StN.l 114 каждое отделение мотопехоты из десяти пехотинцев и одного унтер-офицера получило два ручных пулемета MG-34 — вместо одного в обычной пехоте. Вместе с тем мотопехотный взвод был облегчен, он имел три отделения пехоты вместо четырех в пехотных взводах. Это позволяло перемещать взвод на пяти легких грузовиках Kfz.70 (Krupp [377] «Protze» L2H143, Steyer 1500A, Horch-108, Horch-801, Мег des-Benz L1500A).

Причины такой экономии вполне прозрачны: во взводе мотопехоты имелось отделение «бездельников» — водителей грузовиков, которые формально не участвовали в бою. Но нехватка активных штыков компенсировалась наращиванием. огневой мощи на уровне роты. В мотопехотной роте был введен взвод тяжелого оружия из трех отделений, двух пулеметных (по два станковых МГ-34) и одного минометного (два 81 -мм миномета). Таким образом, рота мотопехоты (5 офицеров, 38 унтер-офицеров и 185 солдат) вооружалась четырьмя станковыми, восемнадцатью ручными пулеметами и двумя 81-мм минометами.

Для сравнения — рота обычной пехоты вооружалась только двенадцатью ручными пулеметами и одним-тремя 50-мм минометами. То есть у пехотинцев подвижных соединений оказалось почти вдвое больше пулеметов, чем в ротах пехотных дивизий.

Еще больше пулеметов было в ротах мотопехоты на БТР «Ганомаг» — за счет наличия пулеметов собственно на БТРах. Каждый взвод мотопехоты по штату ICStN.1114 получал три БТРа, по одному на отделение. Еще четыре «Ганомага» было во взводе тяжелого оружия. Всего в роте мотопехоты на БТР было тридцать четыре ручных и четыре станковых пулемета, два 81-мм миномета на 5 офицеров, 38 унтер-офицеров и 169 солдат. Такое насыщение автоматическим оружием было следствием анализа боевого опыта прошлых кампаний, когда захватить тот или иной объект удавалось почти без боя, а вот оборона его от контратак Красной Армии оказывалась сложной задачей при растянутом фронте вставших в оборону танковых дивизий.

Вместе с тем летом 1942 года танковый парк дивизий Вермахта оставался неоднородным. В период сражения под. Купянском ветеран танкового корпуса Э. фон Макензена, 14-я танковая дивизия, состояла из трех танковых батальонов, которые на 20 июня 1942 года насчитывали: 14 танков Pz.II, 41 танк Pz.III с 50-мм короткоствольным орудием, 19 [380] танков Pz.III с 50-мм 60-калиберным орудием, 20 танков Pz.IV с 24-калиберным 75-мм «окурком», 4 танка Pz.IV с 75-мм длинноствольным орудием и 4 командирских танка. 1б-я танковая дивизия в начале второго сражения за Ростов 1 июля 1941 года насчитывала 13 танков Pz.II, 39 танков Pz.HI с 50-мм короткоствольным орудием, 18 танков Pz.HI с 50-мм 60-калиберным орудием, 15 танков Pz.IV с 24-калиберным 75-мм орудием, 12 танков Pz.IV с 43-калиберным 75-мм орудием и 3 командирских танка. На тот же день 1 июля 1942 года 22-я танковая дивизия (тогда еще двухбатальонная) насчитывала 28 танков Pz.II, 114 танков Pz.38(t), 12 танков Pz.III с 50-мм 60-калиберным орудием, 11 танков Pz.IV с 24-калиберным 75-мм орудием и 11 танков Pz.IV с 43-калиберным 75-мм орудием. Спустя год после начала войны немецкие танковые дивизии хотя бы частично вооружились танками, способными вести бой с Т-34 и КВ. Это было своего рода ответом на увеличение доли танков этих типов в танковых войсках Красной Армии.

В 1934-1940 годах в Германии была создана весьма совершенная организационная структура танковых войск, позволявшая динамично проводить операции огромного масштаба и значимости. Моторизованные (танковые) корпуса Вермахта, одним из которых командовал Э. фон Макензен, стали опорой «блицкрига». Поэтому в поисках причин успехов Германии в начальном периоде войны нужно обратить свой взгляд именно на них, а не на мифические и реальные недостатки собственной армии. В руках у противника был своего рода «меч-кладенец», симметричного ответа которому не удавалось найти довольно долго. Эквивалентом немецких танковых корпусов в СССР стали танковые армии, первое успешное выступление которых относится к периоду Сталинградской битвы. К осени 1943 года организационная структура танковых армий была окончательно сбалансирована, и они стали инструментом успешных наступательных операций Красной Армии 1943-1944 годов.

Алексей Исаев

Источник: От Буга до Кавказа. Герман Гейер. IX армейский корпус в Восточном походе 1941 года. Эберхард Макензен. От Буга до Кавказа. III танковый корпус в компании против Советской России 1941-1942 годов. АСТ издательство. Транзиткнига., Москва, 2004.




Организация аппарата и войск НКВД

Аппарат НКВД

Кроме частей регулярной армии, в войне активное участие принимали части войск НКВД. В 1940 году в структуру НКВД СССР под руководством Л. П. Берии входили:

  1. Руководство наркомата с несколькими секретариатами.
    1. ГУГБ с отделами:
      • охраны руководящих партийных и советских работников (24 отделения);
      • секретно-политическим (12 отделений);
      • контрразведывательным (19 отделений);
      • особым (12 отделений);
      • иностранным (17 отделений);
      • шифровальным (8 отделений).
      • Главное экономическое управление с 6 отделами по основным отраслям народного хозяйства (промышленность, сельское хозяйство, оборонные отрасли, Госзнак и т.д.). Главное транспортное управление с 3 отделами.
    2. Главное Управление пограничных и внутренних войск НКВД. В соответствии с постановлением СНК СССР от 2 февраля 1939 года оно было разделено на 6 управлений:
      • Главное управление пограничных войск;
      • Главное управление войск по охране железнодорожных сооружений;
      • Главное управление по охране особо важных предприятий промышленности;
      • Главное управление конвойных войск;
      • Главное управление военного снабжения;
      • Главное военно-строительное управление.
  2. Главное архивное управление
  3. Главное управление пожарной охраны
  4. Главное управление шоссейных дорог
  5. Главное управление лагерей (ГУЛАГ)
  6. Главное тюремное управление
  7. Центральный отдел актов гражданского состояния
  8. Управление коменданта Московского Кремля
  9. Управление по делам военнопленных и интернированных
  10. Главное управление рабоче-крестьянской милиции:
    1. Отдел уголовного розыска
    2. Отдел БХСС
    3. Отдел наружной службы
    4. Политический отдел
    5. Отдел гаи
    6. Отдел железнодорожной милиции
    7. Паспортный стол
    8. Отдел местной противовоздушной обороны
    9. Научно-технический отдел
    10. Отдел по борьбе с бандитизмом (создан в апреле 1941 г., В октябре 41-го стал самостоятельным отделом НКВД СССР, а затем — управлением).

Кроме того, в составе НКВД СССР имелось 5 специальных отделов, ведавших учетом, статистикой, связью, техникой и т.п. Штаты центрального аппарата НКВД СССР возросли к 1940 году почти в четыре раза по сравнению с 1934 годом и превысили 30 000 человек.

В феврале 1941 года органы государственной безопасности были выделены из системы НКВД СССР. Был образован Народный Комиссариат Государственной Безопасности СССР. Данный наркомат состоял из:

  1. Разведуправления
  2. Контрразведывательного управления
  3. Секретно-политического управления
  4. Следственной части (на правах управления)
  5. Управления коменданта Московского кремля, в состав которого входило пять отделов
  6. Отдела кадров
  7. Секретариата
  8. Административно-хозяйственного и финансового отдела.

 

В июле 1941 года Наркоматы государственной безопасности и внутренних дел были вновь объединены в НКВД СССР. Однако в апреле 1943 года происходит новое разделение НКВД СССР на два наркомата — НКВД СССР и НКГБ СССР и на Управление контрразведки РККА "СМЕРШ".

В годы Великой Отечественной войны основные звенья системы органов внутренних дел не претерпели существенных изменений. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 22 июня 1941 года "О военном положении" было установлено, что в местностях, объявленных на военном положении, функции органов государственной власти в области охраны, обеспечения общественного порядка и государственной безопасности передавались военным советам фронтов, армий, военных округов, а там, где они отсутствовали — высшему командованию войсковых соединений. В соответствии с этим органы внутренних дел переходили в полное подчинение военного командования.

Войска НКВД

Составные части войск НКВД СССР (1938 г.) Численность, чел.
Пограничные войска 117 468
Внутренние войска, в том числе: 148 269
  • Части оперативного назначения
  • Конвойные части
  • Части по охране железных дорог
  • Части по охране объектов промышленности
  • Зенитно-артиллерийские и зенитно-пулеметные подразделения и части ПВО
25 120
28 800
50 200
41 149
3 000
Военные училища 13 238
Военные склады 1 851
Всего 280 826

Сопоставим такие данные. В 1853 году, т.е. в царское время, внутренняя стража России составляла 145 000 человек. В 1938 году, т.е. через 85 лет, внутренние войска Советского государства имели в своем составе 148 269 человек. Таким образом, эти показатели, несмотря на смену политических режимов, практически не изменились. Эти данные опровергают многие публикации о том, что численность внутренних войск в 30-е годы в СССР в связи с репрессиями значительно увеличилась.

2 февраля 1939 года СНК СССР принимает постановление, в соответствии с которым Главное управление пограничных и внутренних войск НКВД СССР было разделено на шесть главных управлений. В связи с этим была учреждена должность заместителя народного комиссара внутренних дел СССР по войскам. С 1939 по 1958 год на этой должности находились генерал армии И. И. Масленников, генерал-полковники А. Н. Аполлонов и С. Н. Переверткин.

Проведенная в 1939 году реорганизация способствовала конкретизации руководства войсками. Вместе с этим она явно страдала гигантоманией, привела к созданию довольно громоздкого центрального аппарата. В последующие годы количество войсковых управлений в составе НКВД-МВД СССР сократилось. Уже в феврале 1941 года Главное управление войск по охране железнодорожных сооружений и Главное управление войск по охране особо важных предприятий промышленности были объединены в одно Главное управление. С целью численного сокращения аппарата в это же время Главное управление конвойных войск переформировывается в Управление конвойных войск.

После осуществленной реорганизации все составные части войск НКВД продолжали укрепляться. Усиливаются части оперативного предназначения, особенно в приграничных военных округах, где число оперативных полков доводится до двенадцати.

В 1939-1940 годах внутренние войска вместе с пограничниками участвовали в войне с Финляндией. В целях обеспечения быстрейшего продвижения частей Красной Армии и создания нормальных условий для работы тыла совместным приказом наркомов обороны СССР и внутренних дел СССР от 26 декабря 1939 года было сформировано 7 полков НКВД СССР и один запасной полк общей численностью по 1500 человек каждый, которые выполняли задачи по охране тыла. Руководство боевыми действиями полков НКВД осуществляли выделяемые Народным комиссариатом внутренних дел помощники командующих армиями по охране тыла. Указанные полки формировались на базе пограничных частей с включением в них и подразделений внутренних войск.

О порядке использования полков НКВД Главком направил в войска директиву о том, чтобы полки НКВД "ни в коем случае не бросать в бой на помощь передовым частям пехоты", а использовать только лишь для защиты войсковых тылов и дорог к ним от обходов и разрушения со стороны противника.

Великая Отечественная война внесла существенные изменения в службу внутренних войск. Так, в Брестской крепости, наряду с другими частями, до войны дислоцировался и 132-й отдельный конвойный батальон войск НКВД. С началом боев, его бойцы и командиры стали частицей этого бессмертного гарнизона, мужественно оборонявшего крепость до последней возможности. На стенах казармы именно этой части неизвестный герой оставил надпись: "Я умираю, но не сдаюсь! Прощай Родина! 20 июля 1941 года". Славной страницей боевой истории внутренних войск является участие в героической обороне Ленинграда. На дальних и ближних подступах к городу вели сражения 1-я, 20-я, 21-я, 22-я, 23-я дивизии войск НКВД, куда входили части пограничных и внутренних войск.

Дивизии НКВД по структуре были аналогичны армейским стрелковым дивизиям. К началу войны было сформировано 6 дивизий и еще 9 проходили формирование. Однако до начала войны они так и не были целиком укомплектованы. В конце войны численность войск НКВД резко увеличилась. Всего было 53 дивизии и 28 бригад НКВД, не считая пограничных войск. В какой-то мере войска НКВД соответствовали немецким войска СС, так как представляли автономное образование и выполняли аналогичные функции. Но в отличие от войск СС войска НКВД редко сражались на передовой и не имели тяжелого вооружения.

Источники:
"Лубянка. ВЧК-КГБ". Сборник документов, 1997.



Минометные части

Отправной точкой рождения отдельных минометных частей стало принятие на вооружение в 1938 году 120-мм минометов, на их основе были сформированы первые отдельные минометные батальоны и к июню 1941 уже существовало 8 таких батальонов следующей структуры:

Штаб (30 чел.)
3 минометных батареи (каждая по 90 чел.) 12 120-мм минометов
Автотранспортная рота (50 чел.)
Всего: 36 120-мм минометов

Отличительной чертой такого минбата была полная моторизация, каждый минометный расчет обеспечивался грузовиком. В течении 1941 г. было сформировано еще 11 таких батальонов. И хотя на продолжении 1942 года на различных фронтах формировались минбаты, вскоре отдельно они перестали существовать.

В январе 1942 г. были созданы части нового уровня — минометные полки. Первоначально они выглядели так:

Штаб
Средний минометный батальон
 4 минометных батареи
  4 82-мм миномета
Тяжелый минометный батальон
 4 минометных батареи
  4 120-мм миномета
Всего: 800 чел., 16 82-мм миномета, 16 120-мм миномета, 273 лошади, 116 повозок, 14 автомобилей

Это были не моторизованные части. Сочетание минометов различных калибров на практике оказалось не очень удачным и 19.04.1942 были утверждены новые штаты минполков, моторизованного и на конной тяге:

Штаб
3 минометных батальона
 3 минометных батареи
  4 120-мм миномета
Всего: 848 чел., 36 120-мм миномета, 135 автомобилей

Штаб
5 минометных батарей
 4 120-мм миномета
Всего: 477 чел., 20 120-мм минометов, 252 лошади, 91 повозка, 7 автомобилей

Производство минометов было достаточно дешевым и простым, поэтому в течении 1942 было сформировано 209 полков этих штатов — 52 смешанных, 126 на конной тяге и 31 моторизованный.

В 1943 году много полков на конной тяге были переформированы в моторизованные, а также дополнительно созданы 21 моторизованный и 9 на конной тяге.

В середине 1943 года моторизованные минполки подверглись сокращению: один батальон убрали, но увеличили количество минометов в батарее до 6 (2 взвода по 3 миномета). Количество минометов осталось прежним, но личный состав сократился до 597 чел.

Другим видом минометных частей были миноемтные бригады, формировавшиеся с 1942 года в составе артиллерийских дивизий. В некоторых ВО существовали временные минбр, используемые для подготовки личного состава минометных полков.

Первая отдельная минбр появилась только в апреле 1943. Она представляла собой:

Штаб
4 минометных полка
 38 120-мм миномета
Всего: 144 120-мм миномета

К концу 1943 года уже существовало 11 таких бригад, хотя к концу 1944 их количество сократилось до 6, ввиду передачи части бригад в состав новых артиллерийских дивизий.

В последствии были созданы тяжелые минометные бригады, вооруженные новыми 160-мм минометами. Две из таких бригад были созданы в 1944 и две в начале 1945 года. Отдельная тяжелая минометная бригада соответствовала по структуре аналогичной в составе поздних артдивизий:

Штаб
4 минометных батальона
 8 160-мм миномета
Всего: 32 160-мм миномета

Одной из разновидностей минометных частей были горные минометные полки. Первые четыре из них были сформированы в ноябре-декабре 1942 и еще девять в 1943-44 гг. (переформированием существующих минп на конной тяге). Горный минометный полк имел следующую структуру:

Штаб
5 минометных батарей (каждая по 86 чел.)
 4 107-мм миномета
 
Всего: 540 чел., 20 170-мм минометов, 12 автомобилей, около 300 лошадей.

В середине 1944 года эти полки были переформированы на новую структуру:

Штаб
2 минометных батальона
 3 минометных батареи
  4 107-мм миномета
Всего: 24 107-мм миномета




Спутник Партизана 1942г.

Спутник Партизана 1942г.

КАК ФАШИСТЫ ПЫТАЮТСЯ БОРОТЬСЯ С ПАРТИЗАНАМИ

Партизаны заставляют немецких оккупантов быть все время настороже. Они не дают гитлеровским мерзавцам покоя ни днем, ми ночью, создают для них невыносимые условия. Вечный страх внезапного нападения партизан преследует немцев во всех временно захваченных ими районах. Немецкое командование вынуждено выставлять охрану и разрабатывать карательные меры против партизан.

Ты должен знать, как пытаются, фашисты бороться с партизанскими отрядами. Это поможет тебе избежать опасности лучше обманывать врага и уничтожать его.

Занятая территория разбивается немцами на отдельные участки, которые отводятся дивизиям. Дивизии имеют специально назначенные резервы для немедленной выброски против партизан.

Партизаны должны знать границы участков этих дивизий, а также особенности в способах борьбы с партизанами каждой дивизии. Надо знать места расположения и силу специальных резервов и постоянно учитывать это в своих действиях.

Немецкие оккупанты обращают, прежде всего, внимание на охрану своих коммуникаций — шоссейных и железных дорог. В прифронтовых районах эта охрана особенно сильна: на каждые 100 километров дороги выделяется один батальон. Конечно, в зависимости от количества и значимости искусственных сооружений вдоль дороги, а также от особенностей местности численность войск может быть изменена. Из состава батальона выделяются для несения постоянной службы охраны по два человека на каждый километр. Остальной состав предназначается для патрулирования и образования резервов. Отдельным ротам отводятся свои участки охраны. Здесь роты выставляют полевые заставы, по 10-12 человек каждая. Командиры батальонов и рот располагаются обычно при резервных подразделениях, посредине своих участков. Полевые заставы и резервные подразделения устраивают опорные пункты, окруженные проволокой, обычно на хорошо простреливаемой местности. Для переброски резервов применяются автомашины, различные виды дрезин и поезда с вагонами, приспособленные и для ведения огня.

Отдельные объекты охраняются постами. Численность поста зависит от размеров и значимости объекта. Ночью посты, как правило, удваиваются, и часовые выставляются не только под мостами, но и на сваях. Удваиваются посты и на плохо простреливаемых участках местности.

Вдоль дорог разъезжают немецкие патрули часто на мотоциклах. Днем они захватывают довольно широкую полосу, по несколько километров, в обе стороны от дороги. При наличии достаточно крупных сил эта полоса доходит иногда до 20 километров; при этом немцы проверяют и все попадающиеся населенные пункты. Ночью патрулирование ведется только по самой дороге. Чтобы получить более удобную зону для обстрела и лишить партизан укрытий, немцы часто сжигают хутора расположенные вплотную к железной дороге.

Партизаны должны знать расположение и численность немецких войск, охраняющих участки дорог, а также наличие в их распоряжении транспортных средств. Подготавливая операцию, необходимо рассчитать, с какой быстротой может прибыть в то или иное место резервное подразделение противника. Необходимо также знать, где удобнее всего разрушить в районе намечаемых действий проволочную связь между немецкими подразделениями, выследить патрули и часовых и устроить засады для бесшумного снятия их.

Для борьбы с партизанами немцы посылают в тот или иной район специальные войска. В большинстве населенных пунктов этого района располагаются гарнизоны от роты и выше.

О расположении партизанского отряда немцы стремятся узнать обычно при помощи своих тайных шпионов. Иногда это бывают солдаты, переодетые в гражданское платье. Затем немцы намечают места для засад. Эти засады занимаются передовыми отрядами, как правило, ночью. А днем совершается марш основных сил карательных войск к линии засад. По дороге немцы осматривают населенные пункты, отдельные дворы и строения. Такое густое насыщение района войсками противника должно явиться для партизан признаком подготовляемой против них операции. И пока войска противника будут изучать местность и население, партизаны могут уйти на некоторое время из этого района. Если обстановка и соотношение сил позволяют принять бой, то необходимо заранее оборудовать позиции для короткого сопротивления вражеским войскам, с тем чтобы перейти затем самим в наступление и разгромить фашистов. При этом партизаны должны устраивать засады по сторонам движения противника, чтобы взять его под фланговый огонь. Во всех случаях должны быть заранее намечены сигналы к отходу, пути отхода и место сбора партизан.

Предпринимая карательные экспедиции, немцы обычно не ведут войсковой разведки и особенно разведки боем, так как, по их мнению, она предупреждает партизан о готовящейся операции. В таких случаях немецкие войска имеют на марше лишь ближнее охранение.

Чтобы избежать, внезапного столкновения непосредственно с главными силами противника, партизанский отряд должен принимать необходимые меры предосторожности: высылать подальше от себя своих разведчиков и иметь усиленное непосредственное охраннике.

Для выявления немецких шпионов и солдат, переодетых в гражданское платье, партизаны должны опрашивать встречающихся по пути лиц.

Тактика немцев заключается обычно в следующем. Они стремятся окружить партизанский отряд и нападают на него большей частью в последние часы ночи или на рассвете. Если отряд располагается почему-либо в населенном пункте, то немцы открывают внезапный огонь зажигательными огнеприпасами или сигнальными патронами по соломенным крышам, стремясь вызвать пожар. Потом обычно открывается минометный огонь. А затем следует атака немецких ударных отрядов со всех сторон. При этом немцы всегда выделяют резерв и круговое охранение. Отдельные немецкие отряды поддерживают между собой связь сигнальными ракетами и телефоном. Телефонная линия прокладывается по мере продвижения вперед.

Атаку населенного пункта немцы проводят иногда внезапно с помощью моторизованной и кавалерийской части. При этом моторизованная часть прорывается через населенный пункт до следующей окраины, а кавалерийские подразделения окружают его со всех сторон. Проверку всего населения ведут обычно кавалеристы.

Все это партизаны обязаны учитывать, когда всего им приходится располагаться в населенных пунктах. Надо особенно усиливать разведку и охранение и не выпускать в другие селения жителей, — среди них могут быть доносчики. Вдоль дорог к населенному пункту следует расположить засады, а если есть возможность, то и минировать важнейшие подступы. Заранее должны быть определены наиболее удобные пути отхода на случай вражеского нападения и сборный пункт. Каждый партизан в отряде должен их знать.

Боевые фашистские единицы, которые чаще всего вступают в бой с партизанами, — это рота и взвод. Вооружены они тяжелыми пулеметами и гранатометами. Передвигаются большей частью на велосипедах, мотоциклах и автомашинах. Когда партизаны располагаются на островах болот с неудобными подступами, немцы широко применяют гранатометы. Мелкие подразделения фашистов берут с собой розыскных собак. Имея это в виду, партизаны в пунктах своего расположения должны создавать земляные и по возможности деревоземляные сооружения для укрытия от вражеского обстрела гранатами. Необходимо также засыпать собственные следы специальным составом, чтобы затруднить розыск с помощью собак. В лесистой местности, кроме наблюдателей на земле, партизаны должны иметь еще и наблюдателей на деревьях.

В операциях против партизан немцы признают единственную форму боя — наступление. Переход к обороне они считают крайне нежелательным. Если наступление оказалось неудачным, они прекращают бой и отступают. Поэтому партизаны должны всегда энергично навязывать противнику свою инициативу. Но если нападение накоротке не дало сразу успеха, партизаны должны быстро оторваться от противника и уйти по возможности в неизвестном для него направлении.

После выхода из боя партизаны должны привести себя в порядок и временно отойти в другой район. Для этого необходимо иметь в различных местах аварийные запасы продуктов, достаточные хотя бы на время перехода в другой район. Каждый партизанский отряд должен также поддерживать связь с соседними отрядами, чтобы получить помощь и питание на время вынужденного ухода из своего района действий.

Немцы предпринимают также большие экспедиции для очистки от партизан определенных районов. В таких случаях на марш выступает подразделение не менее батальона. Батальону обычно дается полоса до 20 километров по обе стороны дороги. Суточный переход составляет примерно 15 километров. Разведка не ведется, чтобы не предупредить партизан, но ближнее охранение всегда имеется. В пути производятся проверка населенных пунктов и обыск отдельных зданий. При наличии достаточного времени фашисты останавливаются на 2-З дня в каждой большой деревне для проведения работы с населением.

Всякими жестокими мерами, запугиванием мирных жителей, а иногда и подкупом фашисты пытаются выведать что-нибудь о партизанах. В то время, когда главные силы немцев делают привал или остановку, подвижные отряды возвращаются в пройденные деревни, чтобы узнать, как реагируют партизаны и местное население на проведенные там фашистами мероприятия.

Даже посылая в карательные экспедиции целые батальоны, немцы считают прочесывание крупных лесных массивов невозможным, так как это требует очень больших сил и сопряжено с опасностью. Фашисты боятся больших лесов.

Ведя систематическую тщательную разведку, партизаны легко могут обнаружить подобного рода операции и иметь, достаточно времени, чтобы предпринять ответные действия. Если сил у партизан достаточно, они нападают на отдельные немецкие подразделения и уничтожают их. В этом случае необходимо подготовить заранее засады. Или же принимается решение отойти на время из этого района.

Для обнаружения партизанских отрядов немцы применяют авиацию. Их самолеты медленно и низко летают над местностью, тщательно просматривают ее, следят за движением по дорогам, за кострами, дымами и пр. Партизаны должны тщательно маскировать свое движение, пользуясь складками местности, растительностью и темнотой ночи; не допускать разведения открытого огня, а иметь очаги в земле; не допускать большого дыма, а для введения немцев в заблуждение жечь открыто костры в стороне от расположения отряда. Каждый партизан должен соблюдать маскировки от воздушного наблюдения (смотри раздел Маскировка) и уметь поражать фашистские самолеты ружейно-пулеметным огнем (смотри раздел Как бороться с воздушным врагом).

Мы дали здесь лишь некоторые общие правила, которыми руководствуются фашисты в борьбе с партизанскими отрядами. Но в отдельных немецких дивизиях могут быть созданы свои особенные приемы и порядки несения охранной службы. Партизаны должны внимательно изучать их, вовремя разгадывать новую тактику врага, чтобы разить и уничтожать гитлеровских мерзавцев.

ПОМНИ ОСНОВНЫЕ ПРАВИЛА ПАРТИЗАНСКОЙ РАЗВЕДКИ

Ты все видишь, а тебя никто не видит. Обнаружишь врагу себя — значит, обнаружишь весь отряд. Действуй скрытно.

Помни: ты в тылу у врага, твой отряд близко. Враг может не дать тебе оторваться от него; тогда погубишь весь отряд.

Ценность разведки — это точное выполнение поставленной задачи. Начатое наблюдение или слежку за противником доводи всегда до конца. Все сведения проверяй по возможности лично. Только правдивый доклад о разведке может принести отряду пользу.

В разведку лучше не брать винтовку или другое хорошо заметное и громоздкое оружие. Положи в карман пистолет, а под одежду спрячь гранаты. Если же винтовку все же взять необходимо, неси ее в руке, будь каждую минуту готов к бою.

Если встретишь по пути неизвестного человека, будь крайне осторожен: он может предать тебя врагу. Расспрашивай его осторожно; вопросы, наиболее важные для тебя, задавай попутно, исподволь. Разойдясь с встречным, сверни с основного маршрута и выходи на него лишь после того, как убедишься, что никто за тобой не следит.

Пользуйся в разведке помощью местных жителей, если имеешь среди них преданных друзей, помогающих партизанам. Местный житель скорее добудет сведения о противнике, особенно о расположившемся в населенном пункте.

Если придется вступить в бой с противником, старайся всегда его уничтожить. Обыщи трупы фашистов, отбери все документы, личную переписку. Если не сможешь унести оружие с собой, спрячь его где-нибудь в укромном месте. Осмотри в районе столкновения местность — нет ли поблизости выброшенных противником пакетов или документов. Вражеские трупы замаскируй, следы боя по возможности уничтожь: этим затруднишь фашистам розыски своих солдат и преследование тебя. Если врага уничтожить не можешь, постарайся оторваться от него. Не отходи прямо к отряду, а маневрами скрой истинное направление своего отхода, запутай врага. Столкновений с крупными силами противника избегай. Заметив их приближение, спрячься и ничем не выдавай своего присутствия. Пропустив врага, сообщи о нем в отряд, а потом выполняй поставленную перед тобой задачу.

В разведке можешь неожиданно натолкнуться на группу неизвестных лиц. Не теряйся, действуй решительно. Обеспечь сначала себе полную безопасность. Прикажи поднять им руки или сложить оружие. А сам оружие держи наготове, особенно гранату. Не подходи к ним близко, пока не убедишься, что тебе ничто не угрожает. Враг коварен и хитер, он переодевается в любую одежду, даже в форму Красной Армии.

Ходи незаметно. Не оставляй после себя следов. Не ступай на места с мокрой землей: здесь хорошо отпечатаются твои следы. Обойди это место обочиной. Помни, что рано утром на росистой траве остаются следы. Избегай также ходить по густой непримятой траве. Не пересекай лесные поляны посередине, а старайся двигаться то опушке леса.

Помни: для розыска партизан фашисты пользуются служебными собаками. Прими все меры к тому, чтобы после тебя осталось, возможно меньше следов.

В РАЗВЕДКЕ ТЫ ДОЛЖЕН УЗНАТЬ

О противнике. Где он находится, в каком количестве, как расположены его силы, к каким действиям он готовится. Где расположен неприятельский штаб, запасы горючего и продовольствия, где размещены офицеры.

О местности. Как можно подойти скрытно к противнику. В каком состоянии находятся дороги, мосты и т. д. Какие боевые средства выгоднее здесь использовать.

О населении района. Политические настроения жителей. Как они относятся к фашистским захватчикам. Где найти верных людей, помогающих партизанам.

КОГДА ИДТИ В РАЗВЕДКУ

Самое лучшее время — перед рассветом. Тогда в лагере врага часовые и дозорные утомлены больше всего, внимание их притупилось наблюдать им труднее. Ночь туман, непогода — верные помощники разведчика.

ХОДИ НЕСЛЫШНО

Ставь ногу на всю ступню, а не на пятку. Такой твой шаг не слышен. На твердом грунте поставь на землю прежде носок, а потом плавно опусти каблук. На мягком грунте наоборот: прежде опусти пятку, а потом тихо и спокойно наступай на всю ступню. По траве ходи, как по твердому грунту. Поднимай при этом ногу выше травы, иначе она будет шуршать

Ходи неслышно. Так ступай: 1) на мягком грунте; 2) на твердом грунте; З) по траве.

НЕ ЧИХАЙ И НЕ КАШЛЯЙ ГРОМКО

Если в разведке тебе захотелось чихнуть, потри сильно переносицу. Не сможешь удержаться — быстро сними головной убор, уткни в него лицо и тогда только чихай. Кашляй тоже только в фуражку.

РАЗВЕДКА ОВРАГА

Подойди сначала к оврагу и проверь, нет ли на его краю противника. Осмотри сверху склоны оврага. Затем спустись вниз, осмотри дно оврага и, наконец, его противоположный край.

РАЗВЕДКА СЕЛЕНИЯ

При разведке селения хорошо прибегнуть к помощи какого-нибудь знакомого верного человека, живущего в этом селении. Если такого человека нет, партизан должен идти сам.

Подходи к селению осторожно. Убедись, что там нет противника.

К строениям подходи не с фасада, а с той стороны, где находятся хозяйственные постройки, дворы, сады, огороды.

Входи в дом, имей наготове ручную гранату. Дверь за собой плотно не закрывай. Во дворе оставь дозорного.

Если в доме есть люди, вызови сначала хозяина и опроси его. Всегда, становись так, чтобы тебя не обстреляли из окон или дверей.

Из населенного пункта выходи в противоположную сторону твоего дальнейшего движения.

РАЗВЕДКА ДОРОГИ

О дороге надо знать следующее: если она не вымощена и не асфальтирована то какой ее грунт — песчаный или твердый; ширина ее — в шагах; где находятся мосты, каковы они — деревянные, железные, каменные; исправны ли мосты; каковы их размеры; по какой местности пролегает дорога — по открытой, закрытой, по сухой или болотистой; какие вражеские части проходят по дороге — пехота, конница, автоколонна, танки.

РАЗВЕДКА РЕКИ

Подойдя к реке, осмотри берега — крутые они или отлогие, закрытые или открытые. Определи дно — песчаное, каменистое, илистое. Заметь, где есть мосты, какие они и какой величины. Узнай, где есть броды, какой они ширины.

Ширину реки измерь так. Стань у реки лицом к противоположному берегу (А) и заметь там какой-нибудь предмет, например дерево (Б). Повернись направо и отсчитай вдоль берега 60 шагов. Поставь на последнем шаге какую-нибудь примету — вбей в землю палку (В). Пройди по тому же направлению еще 50 шагов (Г). Затем сделай еще раз поворот направо и отсчитывай шаги, оглядываясь на палку и дерево. Когда увидишь их на одной прямой линии, остановись (Д) Расстояние от последнего поворота до этой остановки (Г-Д) и будет равно ширине реки.

Глубину реки определишь, забрасывая с моста или лодки веревку с камнем.

Скорость течения измерь так. Вбей вдоль берега вниз по течению три колышка в шести шагах один от другого. Пусти на воду подле первого колышка небольшой кусок дерева. Где окажется этот кусок дерева через 10 секунд? Если он не дойдет даже до второго колышка — течение слабое; пройдет мимо второго — течение среднее; а минует и третий — течение быстрое.

При переходе через речку старайся не оставлять следов, особенно там, где пролегает тропа к броду.

РАЗВЕДКА БОЛОТА

О болоте надо знать, проходимо ли оно. По болоту пройти можно:

  • если болото покрывают густые травы вперемежку с осокой (в сухое время можно даже проехать);
  • если на болоте видна поросль сосны;
  • если болото покрыто сплошной порослью мха и толстым слоем (до ЗО см) очесов — старого, разложившегося мха (выдерживает нагрузку и продвижение машин на гусеничном ходу).

По болоту пройти трудно:

  • если на болоте среди мха попадаются частые лужицы застойной воды (надо пробираться в одиночку по мшистым полоскам и грядам, поросшим невысокими кустами);
  • если на болоте растет пушица — трава, на которой после цветения остаются, подобно одуванчикам, головки пуха;
  • если болото поросло густым кустарником, ивой, ольхой, елью или березой.

По болоту пройти почти невозможно:

  • если болото покрыто камышом;
  • если по болоту плавает травяной покров.

По замерзшему болоту пройти легко. Определи палкой толщину снегового покрова. Слой льда пробей железным стержнем и измерь толщину пробитого слоя.

Быстро и хорошо промерзают травяные болота, лед на них образует сплошную крепкую корку. Мшистые болота со слоем очеса замерзают медленнее, чем травяные; лед на них легко трескается и проваливается. Мшистые болота, поросшие кустарником, лучше проходимы. Кочковатые болота промерзают неравномерно. Плохо замерзают болота, покрытые порослью ивняка и ольшаника. Окраины болот замерзают хуже всего.

УМЕЙ РАСПОЗНАВАТЬ ВРАГА.

Разведчик должен знать основные признаки, по которым можно определить присутствие противника, расположение его вспомогательных служб и т. п.

Населенный пункт занят противником, если около пункта отрыты окопы, поставлены проволочные заграждения, подвешены телефонно-телеграфные провода. Оживленное движение, лай собак, ржание лошадей — все это свидетельствует, что пункт занят войсковой частью. Если в деревне мертвая тишина и не видно ни одного человека, это тоже подозрительно: здесь может быть вражеская засада.

Вражеский штаб располагается обычно в отдельных домах — в школе, клубе, в особняках, в зданиях МТС, в доме бывшего сельсовета, правления колхоза и т. п. Пункты сбора донесений фашисты выносят обычно в сторону, чтобы не создавать около штаба скопления пеших и конных посыльных, мотоциклистов и машин связи.

Признаки штаба:

1) густая линия телефонно-телеграфных проводов; многие из них цветные и в толстой резиновой изоляции; провода подвешены на столбах и деревьях или проложены по земле и сходятся с разных сторон к расположению штаба;

2) большое количество вражеских офицеров, находящихся в этом районе;

3) расположение в окрестностях радиостанций пунктов сбора донесений, легковых и специальных штабных машин, которые фашисты маскируют в кустах, среди деревьев, в сараях и под навесами.

Чем крупнее штаб, тем больше этих признаков. Постоянное движение посыльных, мотоциклов, машин указывает на близость пункта сбора донесений. Ищи в этом районе и войсковой штаб противника.

Полевая радиостанция — видна антенна или радиомачты; слышно равномерное гудение двигателя и генератора; заметно движение связных, доставляющих на станцию радиограммы.

Аэродром противника: 1) действующий — можно определить по шуму моторов, по взлетам и приземлениям самолетов на каком-нибудь одном месте, по сигнальным ракетам и огням, по расположению вблизи зенитных пулеметов и орудий; 2) запасной — можно определить по заготовленным посадочным площадкам, по всевозможным сооружениям — землянкам, бензохранилищам, ремонтным навесам и т. п.; запасной аэродром обычно охраняется часовыми.

Химические средства — см. в разделе Защита от химического нападения.

УМЕЙ ЧИТАТЬ СЛЕДЫ

Прошедший человек или группа людей часто оставляют после себя разные приметы. По ним узнаешь, кто здесь проходил. Если найдешь обрывок газеты на чужом языке, папиросный окурок с незнакомым клеймом, консервную банку с иностранной этикеткой, утерянную пуговицу от иностранного обмундирования, знай: здесь проходил враг. Но какой род войск? Об этом узнаешь по следам на земле. Читай их.

Пехота — ровно утоптанная земля. Чем больше пройдет пехоты, тем лучше утоптана земля. Если пехота идет без дороги, она протопчет узкую тропку: люди идут гуськом, редко по два или по три человека (и густом лесу пеший человек ломает ветки на высоте своего роста).

Конница — кованые копыта лошадей оставляют ясные следы. Виден будет конский помет. (В лесу конница ломает ветки на высоте головы всадника. Там, где лошадь была привязана к дереву, увидишь обглоданную кору.)

Обоз — оставляет следы от колес; повозки идут гуськом по одной.

Артиллерия — ход колес у орудий шире, чем у повозок, а след глубже.

Автомобили — оставляют отпечатки шин, особенно хорошо заметные на сырой земле.

Танки — оставляют отпечатки гусениц. Очень легко читать следы зимой. Они хорошо отпечатываются на снежном покрове.

КАКОВЫ СИЛЫ ВРАГА?

Силы врага можно определить по глубине походных колонн различных родов войск.

Пехота. Рота растягивается до 200 метров; батальон — до 1 километра; полк — до 4? километров.

Конница. Эскадрон занимает в глубину 150-200 метров; полк — до З километров.

Артиллерия. Батарея занимает З00-400 метров; дивизион конной тяги — до 1 километра; дивизион механической тяги — 2? километра; полк конной тяги — 4? километра; полк механической тяги — 12 километров.

Автоброневой взвод растягивается на 700 метров; дивизион — до 2? километров.

Танки. Рота занимает 1 километр; танковый батальон до З километров.

ЧТО СОБИРАЕТСЯ ДЕЛАТЬ ПРОТИВНИК?

Признаки наступления. У противника появились новые войска, орудия, танки. К железнодорожным станциям подходят составы, идут усиленные разгрузки, а в тыл противника уходят порожняки. Противник спешно чинит дороги, ремонтирует мосты, прокладывает новые пути. Исправляются подходы к реке, собираются лодки, паромы, бревна, идет валка деревьев, вяжутся плоты — это, значит, подготовляется переправа.

Признаки отступления. О подготовке к отступлению всегда знают местные жители. Это подтвердил опыт всех войн. Запасы продовольствия и горючего отвозятся в тыл. Враг портит дороги, взрывает мосты, уничтожает переправы. Неприятельские связисты снимают телефонные линии. Из тыла противник подтягивает порожняк автомобильного, гужевого и железнодорожного транспорта, а в — тыл направляет груженые обозы и поезда.

ДЕРЖИ СВЯЗЬ СО СВОИМИ

В разведке всегда могут быть случаи, когда надо быстро передать своему отряду важное донесение. Если нет посыльного, пользуйся звуковыми и световыми сигналами.

Уходя в разведку, договорись с командиром отряда, что будет означать каждый звуковой сигнал: резкий свист, стук палки по дереву, подражание пению птицы или лаю собаки, выстрелы с равными промежутками и т. п. Всегда помни, что эти сигналы слышит и противник. Поэтому будь осторожен. Звуковые сигналы лучше применять ночью, в туман, метель. Сигналы можно передавать движениями рук.

Запомни основные из этих сигналов.

Сигнализация руками.

1. Внимание. Поднять руку вверх на высоту головы.

2. Вижу, слышу (отзыв). Поднять обе руки вверх на высоту головы и опустить их.

З. Повтори (не понял). Поднять обе руки вверх на высоту головы и размахивать ими накрест перед лицом.

4. Ко мне (сбор).Поднять руку вверх покружить над головой и энергично опустить ее вниз.

 

5. Развернись (расчленение и развертывание подразделения) Несколько раз развести руки в стороны.

6. Стой (ложись, прекратить огонь). Поднять руку вверх и быстро опустить (повторять до исполнения).

 

7. Продолжай движение (вперед в новом направлении). Поднять одну руку на высоту головы, другой сделать несколько энергичных махов и остановить ее в направлении движения.

8. Открыть огонь. Вытянуть обе руки в стороны на высоте плеч и держать так до исполнения.

9. Подать патроны. Поднять руку над головой и размахивать ею в стороны.

10. Вправо, влево, вперед, назад (в желаемом направлении). Поднять руку над головой и опустить ее несколько раз до высоты плеч в желаемом направлении.

11. Вижу противника. Вытянуть руку горизонтально в сторону и держать так до отзыва (см. положение 2-е).

12. Путь свободен. Поднять руку в сторону на высоте плеча и несколько раз опустить ее вниз.

ПОИСК

Разведка с целью захвата пленных, «языка» называется поиском.

Если у тебя есть время, изучи заранее порядок несения службы у противника: где расставляются секреты и караулы, в какие часы происходит их смена, по каким дорогам ходят вражеские посыльные, где живут офицеры. И т. д.

Знай наиболее удобные места, где можно захватить пленного: 1) лесные тропинки и дороги, по которым двигаются вражеские связисты и посыльные; 2) окраины населенных пунктов, куда вражеские солдаты ходят для рубки дров; речки, где фашисты купаются и куда водят лошадей на водопой; 3) на биваках противника — тропинки к кухням и коновязям, к ровикам, куда вражеские солдаты ходят для отправления естественных надобностей, и т. п.

Лучшее время для поиска — темная ночь.

Отправляясь в поиск, осмотри внимательно свое оружие. Захвати гранаты и кинжал. Ранец или вещевой мешок не бери. Если ночь лунная, хорошо закрасить блестящие части оружия — закоптить или замазать глиной.

Успех поиска заключается во внезапности. Разведчики или поисковая группа незаметно подбираются к неприятелю и смелым неожиданным налетом выполняют свою задачу.

Бросок на врага делай без криков «ура». Старайся действовать бесшумно, только холодным оружием — штыком или кинжалом. Лишь, в крайнем случае, прибегай к ручным гранатам или огнестрельному оружию: если враг спрятался в дом, оказался в большом числе или пытается убежать.

При действиях поисковой группы одна часть товарищей захватывает пленных, а другая находится в дозоре, охраняет своих и прикрывает их отход с пленными.

Лучше всего захватить в плен офицера или посыльного с донесением в неприятельский штаб. Исчезай с пленными так же быстро и бесшумно, как и появился.

МАСКИРОВКА

Умей на любой местности, днем и ночью, во всякое время года замаскировать себя так, чтобы быть незаметным для врага. Запомни несколько простейших, но верных способов самомаскировки.

МАСКИРОВКА ОТ ВОЗДУШНОГО ВРАГА

Как только заметишь приближение неприятельского самолета, быстро оглядись вокруг, нет ли поблизости каких-нибудь зданий или деревьев, отбрасывающих тень. Сейчас же постарайся спрятаться в тень, и ты сделаешься незаметным для воздушного врага. Чтобы еще лучше укрыться, прижмись к стене или к дереву.

Это называется маскировкой тенью. Она применяется и для маскировки от наземного наблюдения, как днем, так и в лунные ночи, когда человеческая фигура отбрасывает тень, которая усиливает опасность быть замеченным.

Eсли самолет застал тебя врасплох или спрятаться в тень некуда, присядь на корточки либо ложись совсем на землю. Помни основное: надвигайся, когда самолет над тобой. Движущийся человек своим мельканием среди неподвижных предметов легко заметен с воздуха. Если можешь, накинь на себя что-нибудь, чтобы очертания твоей фигуры перестали быть отчетливыми для воздушного врага.

ПРИСПОСОБЛЯЙСЯ К МЕСТНОСТИ

Один из наиболее важных способов маскировки — это приспособление к местности. Научись пользоваться любой складкой местности и любым местным предметом как природным щитом, прикрывающим тебя от противника.

Приспособление к местности: слева — правильное, справа — неправильное.

Каждый бугорок, кочка, яма, канава, впадина или воронка от снаряда и бомбы могут служить тебе хорошим укрытием от вражеского наблюдения. Точно так же и различные предметы, встречающиеся на местности: дерево, куст, пень, большой камень, изгородь или плетень вблизи селений скроют тебя от вражеского наблюдателя.

Запомни основные правила применения к местности:

По каким путям двигаться. Остерегайся ходить по дорогам, где враг легко может заметить тебя. Даже ночью наезженная и утоптанная дорога выделяется белой лентой, и твоя темная фигура на ней сразу бросится в глаза неприятелю. Двигайся лесом, по оврагам, канавам и лощинам.

Как укрываться в пути и на остановках. В лесу укрывайся за стволами деревьев в их тени. Лесные поляны лучше обходи, а просеки переползай. Вдоль лесной дороги передвигайся короткими перебежками от дерева к дереву, укрываясь в их тени. Не выходи на самый край леса, а наблюдай за врагом из глубины, укрываясь в кустарнике или за стволом дерева. Влезая на дерево, устраивайся так, чтобы за тобой была стена густых ветвей. Никогда не располагайся на выделяющемся дереве с редкими ветвями. Не становись и не садись в развилке ствола: так твоя фигура будет хорошо заметна даже ночью на более светлом фоне неба. Но если дерево повалено, то удобнее расположиться лежа как раз в развилке ствола, у его резкого изгиба или около расщепленного конца.

Избегай укрываться за одиноко растущим деревом: это хороший ориентир для вражеского наблюдателя, но если тебе все же пришлось остановиться у отдельного дерева или на опушке на виду у врага, старайся стоять так, как растет дерево: если ствол корявый или наклонный также должен изогнуться и ты.

При остановках в лесу располагайся между стволами толстых деревьев. Даже в яркий солнечный день они легко скроют тебя от вражеского наблюдения.

В мелколесье на виду у неприятеля передвигайся, согнувшись или ползком, так как движение во весь рост создает мелькание, очень заметное со стороны.

Двигаясь по оврагу, держись теневой стороны, плотно прижимаясь к краю оврага.

По канаве двигайся в рост только там, где она достаточно глубока, чтобы полностью скрыть тебя. Там же, где канава становится менее глубокой, продвигайся, обязательно пригнувшись, а то и на четвереньках или ползком, пока не доберешься опять до более глубокого места. Прежде чем выглянуть из канавы, проследи, чтобы за твоей головой обязательно был куст, высокая трава или возвышение, а не чистое небо. На фоне чистого неба твоя голова будет отчетливо вырисовываться, и враг сразу тебя заметит.

На равнине, в поле укрывайся, лежа за кустом, бугорком или кочкой. Выглядывай из-за бугорка, куста или камня так, чтобы не обнаружить себя врагу. А для этого никогда не смотри поверх куста, бугорка или камня, а всегда сбоку, с теневой стороны. Выдвигай голову постепенно, потому что резкое движение легко может быть замечено неприятелем.

Располагаясь на опушке около пня или в поле возле копны сена, тесно прижимайся к этому предмету с теневой стороны и не отрывайся от его контура.

Оказавшись на открытой поляне, передвигайся ползком или короткими быстрыми перебежками, пока не доберешься до каких-нибудь естественных укрытий.

Возле изгородей располагайся сбоку столба; около деревьев — у их корней; в штабелях строительного мусора и насыпях — у их подошвы. Укрываясь за местными предметами неправильной формы, ты должен изогнуться или скорчиться так, чтобы целиком слиться с очертаниями предмета. Не выдавай себя резким движением.

В горной местности располагайся в тени от скал и растительности; укрывайся среди нагромождения камней и кустов. Не выдвигайся на гребень горы, где твоя фигура сделается хорошо заметной на фоне неба.

Двигаясь через хлебное поле, в густых зарослях камыша или в высокой траве, иди пригнувшись. Осторожно и медленно раздвигай колосья, не шурши ими. При этом хорошо согласовать свои движения с порывами ветра, который дает «волну» на колосьях: двигаясь вместе с этой волной, ты не выдашь себя неприятельскому наблюдателю. Пользуйся всяким посторонним шумом, чтобы ускорить свое неслышное продвижение вперед.

В населенном пункте укрывайся за заборами или за стенами домов со стороны, не имеющей окон.

Укрывшись за какой-либо забор, уже не высовывайся из-за него, а наблюдай за врагом через узкую щель или же сам сделай смотровое отверстие. На постройках, развалинах и пожарищах укрывайся за бревнами и кучами стройматериала, за фундаментами или обломками разрушенных зданий, под горелыми досками и стропилами. При этом также старайся всюду скрываться в тени, где ты будешь еще менее заметен.

Если войдешь в дом, заберешься на чердак или влезешь на крышу, то и там соблюдай правила маскировки.

Никогда не высовывайся из окна комнаты или чердака, а наблюдай из глубины, маскируясь внутренней темнотой.

Находясь на крыше, укрывайся за дымовые трубы; выглядывай из-за них только сбоку, с теневой стороны.

Ночью для наблюдения выгоднее располагаться в низинах, где ты будешь незаметен для врага и в то же время сам будешь всех хорошо видеть используй сначала все средства применения к местности. Но если их недостаточно, прибегни тогда к искусственной маскировке.

ИСКУССТВЕННАЯ МАСКИРОВКА

В разное время года под руками прямо на местности легко отыскать немало верных средств для искусственной маскировки. Научись правильно использовать наиболее надежные из них. Вот они:

Летом можно широко пользоваться для самомаскировки ветками деревьев и кустов, камышами, высокой болотной осокой, копнами скошенного хлеба в поле и т. д.

Среди зеленых кустов маскируйся зеленью.

 

Чтобы хорошо замаскировать себя в кустарнике или в траве, укрывайся ветками того же кустарника или травой. Нарви ветки и соедини их в искусственный куст. Держа его одной рукой перед собою, ты можешь незаметно передвигаться ползком. На пшеничном поле укрой себя пучком колосьев. На болоте покройся болотной осокой и осторожно продвигайся вперед.

На каждой местности твоя фигура должна сливаться с окружающим фоном. В зеленых лесах и кустарниках маскируйся зеленью. На пожелтевшем поле или на песке старайся замаскировать себя соломой или рогожей

ПРОСТЕЙШАЯ МАСКИРОВОЧНАЯ НАКИДКА

Очень простым и хорошим маскировочным средством является мочальная бахрома.
Сделай широкую пушистую бахрому из мочала и прикрой ею головной убор и плечи. Уже одного этого будет достаточно, чтобы стать незаметным для врага на местности с желтоватой окраской. Из мочала, закрепленного на веревочной сетке, можно сделать целый халат.

Вместо мочала можно пользоваться и кусками материи. Летом нашей пестрые лоскутья на какую-нибудь сеть или покрывало. В этой накидке твоя фигура издали будет сливаться с окружающим фоном.

Накидку можно изготовить также из соломы, листьев кукурузы, камыша, сена. Связывай их шпагатом или лыком.

ПОД ОГНЕМ ВРАГА

Собираясь сделать перебежку под огнем противника, выбери себе заранее на местности ближайшее укрытие: бугорок, кустик, камень, яму, канаву или воронку от снаряда и бомбы. Поднимайся из-за своего первого укрытия медленно, чтобы резким выскакиванием не привлечь к себе внимания врага. Однако, встав уже на ноги, перебегай как можно быстрее. Затем камнем падай на землю. При этом всегда старайся залечь в З-4 метрах в стороне от намеченного нового укрытия. А потом переползай незаметно к нему. Если же сразу спрячешься за укрытие, то враг заметит это место и может поразить тебя выстрелом, как только ты вновь поднимешься.

На пшеничном поле маскируйся пучком колосьев.

Во время самой перебежки не размахивай руками: это сделает тебя легко заметным со стороны. При остановке тотчас же прикрой голову листьями, травой или ветками. Не забудь, что торчащая голова сразу выдаст тебя, особенно заметны движения головы в стороны.

Старайся чаще менять огневую позицию. Это один из лучших приемов маскировки своего местоположения.

Чем ближе подходишь к врагу, тем короче и быстрее делай перебежку. Если даже окажешься на совсем открытом месте, то стремительными перебежками (не более З-5 секунд каждая) ты избегнешь поражения прицельным выстрелом.

Враг менее чем за 6 секунд не успеет в тебя прицелиться и выстрелить.

Приблизившись к врагу на расстояние около 30 метров, ты уже сумеешь поразить его ручной гранатой или же стремительным броском взять его в штыки.

МАСКИРОВКА ЗИМОЙ

Зимой, на снегу, лучшее средство для маскировки — белый цвет. Поэтому в зимнее время можно хорошо замаскировать себя, надев белый халат. Такой халат можно сделать из простыни, скатерти, занавески и т. п. В белом халате зимой ты сделаешься совершенно незаметным для врага, если не будешь производить резких движений. Поэтому старайся двигаться медленно. Чаще останавливайся и оставайся некоторое время неподвижным.

Двигаясь зимой по ровному снежному полю в белом халате, останешься незаметным, если даже выпрямишься во весь рост. Другое дело, когда за спиной у тебя зеленая опушка, бора или вообще какой-либо темный фон. В этих случаях лучше всего двигаться ползком, прокладывая себе дорогу в снегу головой. Можешь также заранее разрыть в снегу неглубокие канавы и передвигаться по ним, пригнувшись к уровню снежного покрова.

Если нет белых халатов, очень удобно, забросав друг друга снегом, замаскироваться на месте для незаметного наблюдения за неприятелем.

УНИЧТОЖАЙ ТАНКИ ВРАГА!

 

В БОРЬБЕ С ТАНКАМИ ПОМНИ:

Смелому танк не страшен. Чем смелее встречаешь вражескую машину, тем легче ее уничтожить. Ищи сам фашистские танки и истребляй их.

Источником движения танка является мотор. Выведи мотор из строя — и танк дальше не пойдет.

Мотор работает на бензине. Не дай подвести вовремя к танку бензин — и танк будет стоять без движения.

Если бензин у танка еще не израсходован, старайся воспламенить бензин — и танк сгорит.

Башня танка вращается, а оружие в башне перемещается в вертикальном направлении. Старайся заклинить башню и оружие танка. Тогда из него враг не сможет вести прицельный огонь.

Воздух для охлаждения мотора поступает в танк через специальные щели. Все подвижные соединения и лючки танка также имеют щели и неплотности. Если через эти щели залить внутрь танка горючую жидкость, танк загорится.

Для наблюдения из танка имеются смотровые щели и приборы с люками. Залепляй эти щели грязью, стреляй в них из любого оружия, чтобы заклинить лики. Для повышения проходимости танк имеет гусеничный ход. Старайся перебить гусеницу танка или ведущее колесо.

Как только покажется экипаж танка, бей чем сподручней: пулей, гранатой, штыком.

В ЧЕМ ТАНК СЛАБ:

Экипаж танка плохо слышит из-за грохота своей машины.

Экипаж танка плохо видит, так как наблюдать через смотровые щели и приборы наблюдения трудно, особенно при движении.

Стрелять прицельным огнем из двигающегося танка трудно из-за качки и тряски. Наиболее действенный огонь возможен лишь с 400 метров. Для повышения меткости своего огня танк вынужден делать короткие остановки.

УЯЗВИМЫЕ МЕСТА ФАШИСТСКИХ ТАНКОВ:

  • Ходовая часть — гусеницы и ведущие колеса;
  • Смотровые щели;
  • Днище и крыша;
  • Моторное отделение.

 

Наноси по ним главный удар. Внимательно разгляди рисунок и запомни, куда нужно стрелять или бросать гранаты и бутылки с горючей жидкостью, чтобы вывести танк из строя.

ПРИГОТОВЬСЯ ВСТРЕТИТЬ ТАНК

Чем раньше ты заметишь танк, тем легче будет его уничтожить.

Днем надейся больше на глаза, чем на слух. Ночью шум работающего мотора танка при тихой погоде слышен на расстоянии до 900 метров, при ветре в сторону танка — до 460 метров, а при ветре со стороны танка — до 1? километров. Шум двигающегося танка слышен еще дальше.

Вот появился танк. Не суетись, не перебегай с места на место, тщательно маскируйся и применяйся к местности, чтобы сделаться незаметным. Спрячься в канаву, яму, окоп, снарядную воронку, в крайнем случае — за бугорок или куст.

Приготовься встретить танк и уничтожить его любым доступным тебе средством. Узнавай сам, где находятся фашистские танки, подкрадывайся к ним незаметно и уничтожай.

ПУЛЕЙ ПО ТАНКУ

Стреляя из винтовки или обычного пулемета калибром в 7,62 миллиметра, можно вывести из строя танкетки, легкие танки, а также бронеавтомобили противника.

Открывай огонь с расстояния в 100-300 метров. Стреляй по смотровым щелям танка: меткий огонь по ним поразит команду танка брызгами свинца.

Особо меткие стрелки (снайперы) стреляют по приборам наблюдения и вооружению танка.

Из пулеметов крупного калибра веди огонь по расположению бензиновых баков и по бортам танка, где, как правило, броня тоньше, чем лобовая.

Если танк тяжелый и у него очень толстая броня, стреляй — из крупнокалиберного пулемета по смотровым щелям, приборам наблюдения и вооружению.

С ГРАНАТОЙ ПРОТИВ ТАНКА

Истребляй фашистские танки ручными гранатами, бросая их с расстояния в 25-30 метров. Лучшее средство в этом случае — противотанковая граната. Метай ее из укрытия. Целься в гусеницу, ведущие колеса, крышу моторной группы, крышу башни. Нет у тебя специальной противотанковой гранаты — бросай заранее подготовленные связки гранат.

Связку сделай так. Пять гранат, заряженных и поставленных на предохранительный взвод, крепко свяжи бечевкой, проводом, проволокой: четыре гранаты рукоятками в одну сторону, а пятую — в противоположную. Возьми связку за рукоятку пятой гранаты и бросай ее в танк. Эта граната рвется первой и взрывает всю связку. Можно сделать связку из трех гранат образца 1933 года. Для этого сними с них оборонительные чехлы и отвинти от двух гранат рукоятки, а за рукоятку третьей гранаты бросай всю связку.

Бросив гранаты, пригнись в своем укрытии.

Связка из пяти гранат.

Хорошим средством борьбы с танками являются также противотанковые ружья и винтовочная противотанковая граната.

Если есть возможность, подбирайся к танкам ближе, подкладывай к уязвимым местам заряды взрывчатых веществ или противотанковые мины и уничтожай фашистские машины взрывом.

ГОРЮЧАЯ СМЕСЬ №1 и №3

Простое и верное средство истребления танков бутылка с горючей смесью №1 или №3. Она огнеопасна. Обращайся с ней так:

  1. Подготовь бутылку для броска: сорви бумагу с концов спичек со стороны бутылки.
  2. Зажги спички на бутылке.
  3. Бросай бутылку в танк.

     

Слева — бутылка с жидкостью КС; посредине — бутылка с горючей смесью; справа — самодельная бутылка с бензином

 

САМОВОСПЛАМЕНЯЮЩАЯСЯ ЖИДКОСТЬ КС

Грозным оружием против танка является также бутылка с жидкостью КС. Ее не нужно поджигать; когда бутылка разобьется, жидкость сама воспламенится.

Будь осторожен в обращении с такой бутылкой.

БУТЫЛКА С БЕНЗИНОМ

Бутылку с бензином можешь приготовить сам. Делай это так:

  1. Налей в бутылку бензин любого сорта или смесь — половина бензина и половина керосина.
  2. Бутылку не доливай на 8-9 сантиметров до пробки, так как при нагревании бензин расширяется.
  3. Плотно закупорь горловину бутылки пробкой.
  4. Смочи бензином паклю, вату или тряпку и крепко привяжи этот фитиль вместе со спичками к нижней части бутылки. Лучше всего привязывать паклю и спички изоляционной лентой, а если ее нет, то шпагатом.
  5. Когда танк подойдет к тебе на 15-20 метров, зажги спичечной коробкой или теркой спички на бутылке и бросай ее.

Бросай бутылку в уязвимые места танка — в моторную часть или в смотровые щели. (Мотор у танка обычно помещается сзади.)

ЗАВАЛЫ

На лесной дороге устраивай завалы.

Подпили несколько деревьев на одной стороне дороги и несколько деревьев на другой. Оставляй их при этом недопиленными на одну четверть, чтобы они были связаны с пнями. Высота пней — 50-80 сантиметров. Вяли подпиленные деревья поперек дороги, лучше вперекрест друг к другу, вершинами в сторону противника. Делай завалы в глубину на 15 метров. А сам жди в засаде. Уничтожай остановившиеся танки всеми доступными тебе средствами.

При наличии противотанковых мин и фугасов завалы минируй: это не даст возможности растаскивать завалы. Если экипаж выйдет из танка для растаскивания завала, уничтожай его пулей и гранатой.

Танки противника попытаются обойти завалы. Устрой на обходе ловушку, минные заграждения.

ЛОВУШКА ДЛЯ ТАНКА

Вырой в земле котлован глубиной около трех метров.

Ширина котлована по верху — 5,5 метра; внизу — 1,5 метра. Сверху надо устроить покрытие. Положи в качестве опоры для покрытия четыре нетолстых бревна (прогоны) — два по краям котлована и два посредине. Поверх прогонов уложи тонкие жерди, ветки и забросай небольшим слоем земли. Покрытие должно выдерживать тяжесть человека, повозки, но обрушиваться под вражеским танком. Сверху все тщательно замаскируй: убери лишнюю землю, заровняй почву, положи дерн, зимой засыпь снегом.

Ловушка для танка

Сам находись недалеко от ловушки. Провалившийся в ловушку танк уничтожай гранатой или бутылкой. Выходящий из танка экипаж расстреливай.

ЗИМНИЕ ПРЕПЯТСТВИЯ

Снежные валы. Зимой в борьбе с вражескими танками применяй снежные валы. Устраивай их при наличии снежного покрова не менее 25 сантиметров. Высота вала — 1,5 метра, длина — 4 метра. Танк, наскочивший на такое препятствие, садится на свое дно, и гусеницы его начинают пробуксовывать. Лучше всего делать валы в оттепель. Чтобы задержать снег на валу, используй хворост и солому, утыкая ими снежный покров. Располагай такие валы на передних скатах, в низинах, на опушке лесов и в кустарнике. Хорошо устраивать не менее двух-трех валов, особенно около дорог.

Целесообразно сочетать снежный вал с лесными завалами и минами. Мины старайся установить наклонно на твердом основании. Тогда они взрываются под всем корпусом танка.

Обледенение. Скаты круче 15 градусов поливай водой; получится ледяная горка, на которой танк будет буксовать. Обледенять можно при температуре минус 5 градусов, а лучше всего производить поливку в сильные морозы. Обледенение устраивай перед снежными валами по берегам рек и ручьев.

Проруби. На реках и озерах устраивай проруби. Ширина проруби — 4 метра, длина — 5-6 метров. Прорубь перекрой сверху жердями, ветками и все засыпь снегом. Такая прорубь долго не замерзнет и незаметна для движущегося танка. Это надежная ловушка для танков. Расстояние между ловушками — 2-2,5 метра.

ИСТРЕБИТЕЛЬНАЯ ГРУППА

Боритесь с танками группами в 4-6 человек. Двое-трое бросают по машине из укрытий бутылки или гранаты. Остальные расстреливают выпрыгивающий из машины экипаж.

При засаде в лесу часть истребительной группы хорошо расположить на деревьях. При засаде в узких местах, где машины не смогут свернуть с дороги, уничтожай сначала переднюю и заднюю машины. Получится «пробка». Тогда легче уничтожить остальные.

БОРЬБА С БРОНЕМАШИНАМИ

В борьбе с вражескими бронемашинами применяют те же средства, что и против танка. Бросай гранаты, под днище машины в задние, ведущие колеса, на сетку башни. Бутылку с горючей смесью кидай на переднюю часть автомобиля: там находится мотор. Помни: у бронеавтомобилей броня в среднем не толще 10 миллиметров; она пробивается и бронебойными пулями из винтовок и пулеметов. Открывай огонь с расстояния не более ЗОО метров. В тяжелый четырехосный бронеавтомобиль веди огонь по смотровым щелям с близкого расстояния.

При встрече с вражеской грузовой машиной стреляй в водителя, кидай бутылку в радиатор или в кабину водителя, гранату бросай под колеса. Если в кузове сидит много неприятельских солдат, лучше всего бросить противотанковую гранату, чтобы никто из них не ушел.

С ПРОВОЛОКОЙ ПРОТИВ МОТОЦИКЛА

Вражеского мотоциклиста лучше всего сбить, протянув поперек его пути проволоку. Выбери на лесной дороге крепкое дерево. Привяжи к нему один конец проволоки на высоте 1 метра. Перекинь проволоку через дорогу и встань у какого-нибудь дерева напротив первого.

Как только заслышишь приближение вражеского мотоциклиста, натяни проволоку, обмотай ее свободный конец несколько раз вокруг дерева, а сам ложись в засаду. Мотоциклист налетит на проволоку и упадет с машины. Тут его и уничтожай или бери в плен.

Фашистский мотоциклист налетает на проволоку.




Построение обороны танкового корпуса по опыту войнык 1945 г

Построение обороны танкового корпуса по опыту войны
к 1945 г (24 кб - История войн и военного искусства)

Построение обороны танкового корпуса по опыту войнык 1945 г




Построение артиллерийского наступления по опыту ВОВ

Построение артиллерийского наступления по опыту ВОВ
1942-1943 гг (113 кб - История войн и военного искусства)

Построение артиллерийского наступления по опыту ВОВ




Развитие артиллерийской противотанковой обороны в годы ВОВ

Развитие артиллерийской противотанковой обороны в годы ВОВ 
1942-1943 гг (159 кб - История войн и военного искусства)

Развитие артиллерийской противотанковой обороны в годы ВОВ




Построение тк для ввода в прорыв

Построение тк для ввода в прорыв
1942-1943 гг (57 кб - История войн и военного искусства)

Построение тк для ввода в прорыв




Варианты ввода тк (мк) в сражение

Варианты ввода тк (мк) в сражение
1942-1943 гг (86 кб - История войн и военного искусства)

Варианты ввода тк (мк) в сражение