Танковые дивизии СССР накануне войны

image_pdfimage_print

Главной ударной силой мехкорпусов были две танковые дивизии, входившие в их состав. Основным предназначением танковой дивизии был прорыв слабо укрепленной обороны противника, развитие наступления на большую глубину и действия в оперативной глубине — разгром резервов, нарушение управления и деморализация тыла, захват важных объектов. В оборонительных операциях ТД должны были наносить контрудары с целью уничтожения прорвавшегося противника. Эта задача перед войной считалась второстепенной и маловероятной. Поэтому в завязавшихся боях организовать и провести должным образом контрудары так и не удалось.

Организация танковой дивизии и ее штат целиком отвечали ее предназначению. Ввиду господства теории “войны малой кровью на чужой территории”, подразумевавшей захват господства в воздухе и наступление как основной вид боевых действий, танковые дивизии имели большую ударную мощь, но совершенно недостаточное (как показала война) количество средств ПВО, эвакуационной техники.

Формирование танковых дивизий началось в соответствии и по штатам, утвержденным Постановлением СНК СССР от 6 июля 1940 г. №1193-464с.

Дивизии полагалось: личного состава — 11343 человека, танков — 413 (из них: 105 КВ, 210 Т-34, 26 БТ-7, 18 Т-26, 54 химических), бронеавтомобилей — 91, орудий и миномётов (без 50-мм) — 58. В марте 1941 г. организация танкового полка танковой дивизии была изменена — количество тяжелых танков в нём уменьшилась с 52 до 31. Соответственно число танков в дивизии сократилось с 413 до 375. В мехкорпусе вместо 1108 танков стало 1031.

В 1940 г. было сформировано 18 танковых дивизий в составе мехкорпусов и две отдельные ТД (6-я — в ЗКВО и 9-я — в САВО).

Организационная структура танковых дивизий была следующей:

— управление дивизии;

— штабная рота;

— два танковых полка, каждый в составе:

— управление полка;

— комендантская рота;

— рота связи;

— разведывательная рота;

— саперная рота;

— ремонтная рота;

— полковой медицинский пункт;

— 4 танковых батальона:

— батальон тяжелых танков — 31 КВ;

— 2 батальона средних танков по 52 Т-34 в каждом;

— батальон химических танков.

— мотострелковый полк в составе:

— управление полка;

— комендантская рота;

— рота связи;

— разведывательная рота;

— саперная рота;

— пушечная артбатарея (4 76-мм пушки);

— 3 стрелковых батальона (в каждом 3 стрелковые роты и одна минометная рота — 6 82-мм минометов);

— полковой медицинский пункт.

— гаубичный артиллерийский полк в составе:

— управление полка;

— артиллерийский дивизион 122-мм гаубиц (3 батареи по 4 орудия);

— артиллерийский дивизион 152-мм гаубиц (3 батареи по 4 орудия);

— подразделения обеспечения.

— разведывательный батальон в составе:

— взвод управления;

— взвод связи;

— комендантский взвод;

— танковая рота;

— рота средних бронеавтомобилей;

— рота легких бронеавтомобилей;

— мотоциклетная рота;

— зенитная рота (4 37-мм пушки, 12 ДШК);

— артиллерийская батарея (6 пушек ДРП);

                               — саперный взвод;

— взвод ранцевых огнеметов.

— отдельный зенитно-артиллерийский дивизион (2 батареи 37-мм пушек, всего 8 37-мм пушек, 36 ДШК);

— отдельный батальон связи;

— моторизованный понтонно-мостовой батальон;

— автотранспортный батальон;

— ремонтно-восстановительный батальон;

— медико-санитарный батальон;

— рота регулирования;

— полевой хлебозавод;

— полевая почтовая станция;

— полевая касса Госбанка.

Танковая рота средних танков имела 17 машин (во взводе — 5 ), батальон — 52 танка. Батальон тяжелых танков насчитывал 31 танк (10 в роте, во взводе — 3).

Нумерация частей в танковых дивизиях была проще, чем в моторизованных и стрелковых дивизиях. Номера танковых полков шли по порядку (за небольшим исключением) и соответствовали номеру дивизии умноженному на 2 и № умноженному на 2 минус 1 (например — в 47-й ТД — 93-й и 94-й ТП). Исключение: 16-я ТД — 31-й и 149-й ТП. 23-я ТД — 45-й и 144-й ТП, 24-я ТД — 48-й и 49-й ТП, 25-я ТД — 50-й и 113-й ТП, 27-я ТД — 54-й и 140-й ТП, 29-я ТД — 57-й и 59-й ТП, 31-я ТД — 46-й и 148-й ТП.

Номера мотострелкового полка, артиллерийского полка, зенитно-артиллерийского дивизиона, разведывательного батальона, понтонно-мостового, медико-санитарного, автотранспортного, ремонтно-восстановительного батальонов и батальона связи, роты регулирования и полевого хлебозавода совпадали с номером дивизии. Полевые почтовые станции и кассы Госбанка имели свою систему нумерации.

В танковых дивизиях, сформированных из мехкорпусов внутренних округов, система нумерации была нарушена — номера полков поменялись, и не имела былой стройности.

Вот состав 1-й Краснознаменной танковой дивизии: 1-й, 2-й ТП, 1-й МСП, 1-й ГАП, 1-й ОЗАДН, 1-й разведбат, 1-й понтонный батальон, 1-й отдельный батальон связи, 1-й медсанбат, 1-й автотранспортный батальон, 1-й ремонтно-восстановительный батальон, 1-я рота регулирования, 1-й полевой хлебозавод, 63-я полевая почтовая станция, 204-я полевая касса Госбанка.

Штатный состав танковой дивизии РККА в 1941 г. составлял 10942 человек, в том числе 1288 человек командно-начальствующего состава, 2331 человек младшего комсостава, 7323 рядовых.

Вооружение дивизии состояло из:

— 375 танков (63 тяжелых, 210 средних, 26 БТ, 22 Т-26, 54 химических);

— 95 бронеавтомобилей (56 БА-10 и 39 БА-20);

— 12 122-мм гаубиц;

— 12 152-мм гаубиц;

— 4 76-мм полковых пушек;

— 12 37-мм автоматических зенитных орудия;

— 18 82-мм батальонных минометов;

— 27 50-мм ротных минометов;

— 1360 автомашин;

— 84 тракторов;

— 380 мотоциклов;

— 122 ручных пулеметов;

— 390 пистолет-пулеметов;

— 1528 самозарядных винтовок.

События начала войны показали, что слабым местом танковых дивизий был недостаток зенитных и противотанковых средств, бронетранспортеров (их вообще не было), хотя все остальное вооружение было на уровне лучших образцов вермахта или даже превосходило его.

Тяжелые танки в КОВО, ЗОВО и ПрибОВО были представлены 48 Т-35 (все в составе 34-й ТД), 516 КВ-1 и КВ-2  (последних в 41-й ТД имелось к началу войны 31, но все они оставались без боекомплекта). Парк средних танков в западных округах в 1940-1941 гг. пополнился 1070 “тридцатьчетверками”. Наиболее распространенными оставались легкие БТ-5 и БТ-7 (около 3500 штук) и наиболее массовый в РККА Т-26, как и его огнеметные модификации (всего около 9500 машин). Для ведения разведки предназначались плавающие Т-37, Т-38, Т-40 и бронеавтомобили БА-20 и БА-10, которыми оснащались разведывательные батальоны и разведроты танковых дивизий.

В германской армии ничего подобного советским тяжелым танкам не было.

Для буксировки артиллерийских орудий в ТД использовались: 45-мм и 76-мм пушек — легкие артиллерийские тягачи Т-20 “Комсомолец”; 122-мм и 152-мм гаубиц — средние артиллерийские тягачи “Коминтерн”. Они выпускались с 1935 г. и к началу войны в РККА имелось 1712 машин этого типа. Применялись транспортные гусеничные тракторы СТЗ-5 (СТЗ-НАТИ-2ТВ). Кроме них использовались транспортные трактора “Сталинец-2”, производство которых началось с конца 1940 г. В каждой танковой дивизии по штату должно было быть 84 тягача и трактора. Фактически их было гораздо меньше — к примеру в 19-й ТД — 52, а во многих дивизиях дело обстояло еще хуже — в 41 ТД — 15, 20 ТД — 38, 35 ТД — 7, 40 ТД — 5. Процент укомплектованности тягачами танковых дивизий мехкорпусов 5-й армии КОВО составлял 26,1%. Кроме того, очень часто использовались и сельскохозяйственные тракторы, так как специальной техники не хватало.

Что же касается пригодности имевшихся тягачей как эвакуационного средства, то даже лучший из них — “Коминтерн” мог буксировать лишь 12-тонный груз и годился, в лучшем случае, для вывоза легких танков.

Автомобильный парк танковых дивизий был очень пестрым. Штабы мехкорпусов и дивизий, входившие в их состав, использовали штабные автобусы ГАЗ-03-30 и ГАЗ-05-193 (на шасси ГАЗ-ААА), легковые автомобили ГАЗ-М1, ГАЗ-11-73 и другие. Для транспортировки грузов и личного состава использовались: полуторатонные грузовики ГАЗ-АА; трехосные грузовые автомобили повышенной проходимости ГАЗ-ААА, грузоподъемностью 1,5-2 т. Они служили в качестве шасси для бронеавтомобилей, радиостанций, зенитных установок; трехосные грузовики ЗИС-6, которые также применялись в качестве артиллерийских тягачей и шасси для специальных машин; трехтонные грузовики ЗИС-5; пятитонные ЯАЗ.

Штатная численность автопарка танковых дивизий составляла 1360 автомашин. Но их тоже не хватало, поэтому количество автомобилей колебалось от 157 в 40-й ТД до 682 в 41-й ТД. Средняя укомплектованность танковых дивизий 9, 19, 22 мехкорпусов составляла 27% от штатной, а мотодивизий 24%.

Для ведения разведки, связи и патрульной службы широко применялись мотоциклы, представленные следующими образцами: Л-300, ПМЗ-А-750, ТИЗ-АМ-600, Иж-7, Иж-8 и Иж-9.

Каждая танковая дивизия должна была иметь по штату 380 мотоциклов. Однако в реальности картина была другой. 35, 40, 41 ТД вообще не имели мотоциклов, в 19 и 20 ТД их было по 10 машин, в 43 ТД — 18. Общий процент укомплектованности составлял всего 1,7 от штатного. Не лучше дело обстояло и в мотодивизиях — при штатном количестве 159 мотоциклов, 213, 215 МД их совсем не имели, в 131 МД имелось 17. Процент укомплектованности составлял 3,5. К тому же имевшиеся мотоциклы порядком послужили и находились в плохом техническом состоянии. Вот свидетельство командира 43-го разведбатальона 43-й ТД В.С.Архипова: “К началу июня 1941 г. 43-й разведбатальон был почти полностью сформирован. Ждали только новые мотоциклы. В мотоциклетной роте машины были старые и разных марок , да и тех очень мало, так что большая часть бойцов перевозилась на грузовиках”. Это создавало большие трудности при ведении разведки и организации связи.

Понтонно-мостовой батальон оснащался парком Н2П (принят на вооружение в 1934 г., грузоподъемность 60 т).

В качестве средств связи использовались общевойсковые радиостанции 5АК, монтируемые на шасси автомобиля. Дальность действия в телеграфном режиме — 50 км на стоянке и 30 км на ходу, в телефонном — 15 км. Перед войной в войска начали поступать радиостанции РБ (дальность в телеграфном режиме — 10 км, телефонном — 7 км), РРУ и другие. Наиболее распространенной танковой радиостанцией была 71ТК (дальность действия в телеграфном режиме — 50 км на стоянке, 30 км на ходу, в телефонном 15 км). В конце 30-х гг. на танки и БА стали устанавливать радиостанции 9Р (дальность на стоянке — 25 км, на ходу — 18 км), 10Р (40-25 км), РСМК (100-40 км). В проводной связи использовались телефонные аппараты УНА-Ф-31, УНА-И-31.

Средства связи были одним из слабых мест мехкорпусов. Как и в корпусах образца 1939 г., основными оставались танковые радиостанции 71 ТК и автомобильные 5 АК. Этих радиосредств не хватало для управления танковым корпусом прежней автоматизации, а тем более новыми корпусами, количество танков в которых увеличилась почти в 2 раза.

При однородности на бумаге, в реальности количество личного состава, вооружения и техники в танковых дивизиях было различным, полностью укомплектованных дивизий к началу войны было очень мало.

Данные по танковому парку некоторых танковых дивизий

ТД

Всего танков

КВ

Т-34

Т-28

БТ

Т-26

Т-37

1

370

265

105

3

338

38

232

68

7

368

51

150

125

42

8

325

50

140

68

31

36

10

365

63

38

61

181

22

19

163

34

129

20

36

30

6

30

174

174

35

142

142

40

158

19

139

41

415

31

383

1

43

237

5

2

230

Количество танков колебалось от 36 в 20 ТД до 415 в 41 ТД. Близкое к штатному число машин имели 1, 3, 7, 8, 10 ТД, большинство же дивизий находилось в начальной стадии формирования.

Сравнивая вооружение советских и немецких танковых дивизий нужно отметить, что танковая дивизия РККА по количеству танков (штатному) превосходили немецкую в 2 раза, уступая в численности личного состава (10942 против 16000 человек). Организационно-штатная структура дивизий имела отличия — в советской было 2 танковых полка 3-х батальонного состава, в немецкой — один танковый полк 2-х батальонного. Против одного мотострелкового полка (3 батальона) в ТД РККА, в немецкой имелось 2 гренадерских полка (по 2 батальона). Остальные части и подразделения были практически одинаковыми.

При полном укомплектовании по маневренным возможностям немецкие танковые дивизии превосходили советские, но уступали по ударной мощи.

Танковый парк танковых дивизий РККА тоже был разнообразным. Если 7, 8, 10 ТД имели большое количество новых танков КВ и Т-34, то в 40-й ТД из 158 танков 139 были легкобронированные плавающие Т-37 и всего 19 Т-26 и боевой потенциал ее как танкового соединения был минимальным — одно громкое название. Большинство же дивизий имело в основном танки серии БТ и Т-26 различных модификаций. Они составляли основу танковых войск перед войной.

Укомплектованность танковых дивизий вооружением и боевой техникой можно рассмотреть на примере соединений 9, 19, 22 мехкорпусов КОВО, поскольку о них имеются наиболее достоверные сведения. Начнем с личного состава. Общая укомплектованность танковых дивизий командно-начальствующим составом составляла 46% (при штатной численности 1288 человек колеблясь от 428 в 35-й ТД до 722 в 19-й ТД), младшим комсоставом — 48,7% (штатное — 2331 человек, фактически — от 687 в 20-й ТД до 1644 в 35-й ТД). Не хватало более половины командиров разного уровня. При штате в 10942 человек численность личного состава колебалась от 8434 в 43-й ТД до 9347 в 19-й ТД. Общая укомплектованность личным составом составляла 81,4%.

Танков в этих 6 дивизиях имелось 51% от штата. Разброс по типам машин был велик: КВ имелось всего — 9,41%, Т-34 — еще меньше — 0,16%, БТ — 41%, Т-26 — 649%, химических — 16%. Основной машиной был Т-26 — в 41-й ТД — 342, в 43-й ТД — 230. Немного лучше обстояло дело с артиллерийским вооружением — общий процент укомплектованности по типам орудий был следующим: 76-мм пушки — 66,6, 37-мм зенитные пушки — 33,3, 152-мм гаубицы — 66,6, 122-мм гаубицы — 86%.

Большой проблемой для командиров дивизий была нехватка автотранспорта, особенно бензовозов. К примеру в 11, 13, 17, 20 мехкорпусах автомашин имелось всего 8-26% от штатного.

По приграничным округам количество автомобильной техники было следующим.

 

ЛенВО

ПрибОВО

ЗапОВО

КОВО

ОдВО

Всего

Средние БА

133

224

343

466

131

1297

Легкие БА

193

114

136

218

58

719

Автоцистерны

999

78

550

989

313

2939

Мастерские “А”

256

9

156

310

83

814

Мастерские “Б”

188

8

60

138

63

457

Самое тяжелое положение с бензовозами было в Прибалтийском ОВО, где командующий округом г-п Кузнецов был вынужден 18 июня 1941 г. отдать приказ: “Отобрать из числа частей округа (кроме механизированных и авиационных) бензоцистерны и передать их по 50% в 3 и 12-й мехкорпуса”.

Все это привело к печальным последствиям — в первые дни войны очень часто танки в самый неподходящий момент оказывались без горючего и были вынуждены часами ожидать его (что срывало все планы взаимодействия) или же экипажам приходилось уничтожать свои машины, чтобы они не достались противнику. В таком положении оказались 4 и 7-я танковые дивизии 6-го МК в момент контрудара по сувалкинской группировке, 28 ТД 12 МК СЗФ, что привело к большим потерям.

Другим недостатком танковых дивизий была нехватка эвакуационных средств, в результате чего не только поврежденные, но даже и исправные, но застрявшие в болотах, на реках и других препятствиях танки не эвакуировались и уничтожались. В дивизиях имелось всего по 3-4 маломощных трактора, предназначенных для эвакуации.

Кроме того, в предвоенные годы ремонт рассматривали как чисто техническое мероприятие, обеспечивающее лишь устранение неисправностей в машинах в процессе эксплуатации, но не способствовавшее восстановлению боеспособности войск. Поэтому ремонт техники на поле боя предусматривалось производить лишь после выполнения войсками боевых задач. В сочетании со слабой обученностью личного состава все это приводило к тому, что потери матчасти по не боевым причинам превышали 50%.

Свою роль в этом сыграла деморализованность напором противника, отсутствием инициативы и пресловутая слабая связь, из-за которых отрезанные от руководства и лишившиеся снабжения танкисты оказывались не в состоянии самостоятельно вести бой и даже организовать отход. Поврежденная и брошенная техника при отступлении оставалась на поле боя и доставалась противнику.

Причиной этой “расточительности”, наряду со слабостью ремонтной базы и недостатком запчастей (по существующей практике, их выпуск прекращался со снятием из планов производства самой машины), была слабая подготовка многих экипажей, впервые в армии встретившихся со сложной техникой и бросавших танки при малейших поломках, которые они не были способны устранить. По германским данным, за два первых месяца войны ими были захвачены подбитыми или брошенными экипажами 14079 советских танков.

Причины потерь матчасти 8-й ТД 4-го МК ЮЗФ на 1.08.1941г.

 

Имелось на 22 июня

Подбито

Пропало без вести

Завязло

в болоте

Отработало м/рес.

Уничтожено экипажем

Отправлено на завод

По неизвес. причинам

КВ

50

13

2

3

25

5

Т-34

140

54

8

2

31

32

10

Т-28

68

10

26

1

БТ-7

31

2

1

1

12

3

1

Т-26

36

6

1

1

13

5

БА-10

57

7

14

5

13

 

Причины потерь матчасти 10-й ТД 15-го МК ЮЗФ.

Тип

БТТ

Имелось

на 22 июня

Вышло по боевой тревоге

Подбито

Пропало

без вести

Оставлено

при отходе

Остаток

КВ

63

53

22

34

7

Т-34

38

37

23

9

5

Т-28

61

44

4

3

37

БТ-7

181

147

54

46

47

Т-26

22

19

7

3

14

БА

83

72

24

27

21

Об этом же идет речь в политдонесении управления пропаганды ЮЗФ от 8 июля 1941 г.: “В 22-м мехкорпусе за это же время (22.06 — 6.07.1941 г.) потеряно 46 автомашин, 119 танков, из них 58 подорвано нашими частями во время отхода из-за невозможности отремонтировать в пути. Исключительно велики потери танков КВ в 41-й танковой дивизии. Из 31 танка, имевшихся в дивизии, на 6 июня осталось 9. Выведено из строя противником — 5, подорвано экипажами — 12, отправлено в ремонт — 5… Большие потери танков КВ объясняется в первую очередь слабой технической подготовкой экипажей, низким знанием ими матчасти танков, а также отсутствием запасных частей. Были случаи, когда экипажи не могли устранить неисправности остановившихся танков КВ и подрывали их”.

Состояние многих танковых дивизий перед войной можно представить, читая “Описание боевых действий 40-й ТД 19-го МК”:

“К 22 июня 1941 г. дивизия была укомплектована танками на 8-9% и те — не табельные. Состояние матчасти для боя не соответствовало (машины Т-37, Т-38, Т-26 главным образом прошедшие средний ремонт, предназначенные для учебно-боевого парка). Табельные танки отсутствуют совершенно.

Вооружение: танковые полки имели винтовки для несения караульной службы. Начсостав личным оружием был укомплектован на 35%. Специального вооружения из-за отсутствия танков дивизия не имела.

Артиллерийский полк имел 12 орудий.

Мотострелковый полк табельным вооружением, особенно автоматическим оружием, был укомплектован на 17-18%”.

Предвоенная дислокация многих дивизий была крайне невыгодной. Вот один пример: 22-я танковая дивизия 14-го МК 4-й армии ЗапОВО располагалась в Южном военном городке Бреста (2,5 км от границы). Для нее серьезной проблемой был выход в районы сбора — чтобы попасть в район Жабинки нужно было переправиться через реку Мухавец, пересечь Варшавское Шоссе и две железнодорожные линии — Брест-Барановичи и Брест-Ковель. Это означало, что на время прохождения дивизии прекратится всякое движение в районе Бреста. Кроме того, из-за близости границы, дивизия в первые же часы войны понесла огромные потери от артиллерийского огня, лишившись к тому же боеприпасов и ГСМ.

После начала войны организационно-штабная структура многих танковых дивизий ввиду нехватки материальной части подверглась изменениям. Уже 24 июня были переформированы танковые дивизии 21-го мехкорпуса МВО. В 42 и 46-й ТД оставалось по два танковых полка, но в каждом теперь имелся всего один танковый батальон двухротного состава. В роте — 3 взвода по 3 танка. К ним добавлялось 9 командирских танков. Всего в танковой дивизии имелось 45 танков, что было меньше, чем в танковом батальоне предвоенной организации. В июле 1941 г., после упразднения механизированных корпусов, из мехкорпусов внутренних военных округов было сформировано 10 танковых дивизий новой организации — количество танков по штату в них было уменьшено до 217, в танковой роте вместо 17 танков стало 10, гаубичный артполк преобразован в противотанковый, вместо ремонтно-восстановительного батальона в состав дивизий введена ремонтно-восстановительная рота, имевшая в своем составе:

— взвод по ремонту тяжелых и средних танков;

— 2 взвода по ремонту легких танков;

— взвод по ремонту колесных машин;

— электротехнический взвод;

— взвод по ремонту артиллерийского и стрелкового оружия;

— взвод подвоза запасных частей;

— тракторный (эвакуационный) взвод.

Отдельные танковые дивизии были переданы в подчинение командующих общевойсковыми армиями.

До января 1942 г. все танковые дивизии были расформированы или преобразованы в танковые бригады, ставшие основной тактической единицей бронетанковых войск. До 1945 г. сохранились лишь 61 и 111-я танковые дивизии, входившие в состав Забайкальского фронта. Они приняли участие в разгроме Квантунской армии в августе-сентябре 1945 г.

О боевых действиях советских танковых дивизий летом 1941 г. можно судить на примере 43-й ТД 19-го МК 5-й армии ЮЗФ. Сформирована она была весной 1941 г. на базе 35-й Краснознаменной легкотанковой бригады. Эта бригада имела боевой опыт — участвовала в Советско-финляндской войне. Тогда ею командовал п-к В.Н.Кашуба. В конце 1940 г. 35-я ЛТБР была передислоцирована из-под Выборга в район Бердичева. Закончить формирование к началу войны не удалось, хотя в дивизии имелось 237 танков, из них 5 КВ, 2 Т-34 и 230 Т-26. Командовал дивизией п-к И.Г.Цибин, начальник штаба – полк. В.А.Бутман-Дорошкевич. О том, как вступила в войну 43-я ТД, говорит “Доклад о боевых действиях 43-й ТД 19-го МК за период с 22 по 29 июня 1941 г.”:

Личный состав:

Штаб дивизии был укомплектован почти полностью вполне подготовленным начсоставом, сколоченным и способным к управлению войсками, укомплектование его происходило за счет прибывшего в состав дивизии штаба 35-й Краснознаменной танковой бригады.

Старший и средний начсостав подготовлен также вполне удовлетворительно, большинство имело боевой опыт в боях с Финляндией.

Специалистами дивизия была укомплектована как по количеству, так и по качеству вполне удовлетворительно, экипажи боевых машин обучены, многие из них имели боевой опыт и имевшейся налицо техникой полностью овладели.

Младший начсостав, особенно мотострелкового полка, имелся не в комплекте на 70%, подготовлен недостаточно, так как прибыл из других частей и выдвинут из красноармейцев.

Остался необученным личный состав первых батальонов танковых полков как только прибывший на укомплектование, ввиду отсутствия материальной части, пройдя только курс молодого бойца.

Боевые машины были к бою полностью готовы, укомплектованы экипажами, но технически сильно изношены. Из наличного количества автомашин около 150 были неисправны, частично ремонтировались на рембазах и часть из них стояла без шоферов в Бердичеве до получения их из приписного состава по мобплану. Запчастей для боевых машин на складах дивизии имелось лишь на 40-45%.

Наличное количество автомашин ни в коей мере не обеспечивало дивизию для выступления в поход и поднятия всех запасов. Вследствие этого основная масса личного состава мотострелкового полка и другие специалисты не боевых машин автотранспортом подняты быть не могли. Также не могли быть подняты люди первых батальонов танковых полков, не имеющих материальной части.

Снарядов для 37-мм зенитных пушек в части не было совершенно. Для орудий 122 и 152-мм имелся всего лишь один боекомплект. МП автоматическим оружием и минометами был укомплектован на 15-20% против положенного по табелю.

Вывод: Несмотря на то, что дивизия находилась еще в стадии формирования и имела большой некомплект по основным видам вооружения, технике и в личном составе, — к боевым действиям была подготовлена и могла вести бой в том составе, в котором она находилась к 22.06.1941 г.”

В полдень 22 июня дивизии была поставлена задача сосредоточится в 20 км юго-западнее Ровно и “быть готовой к наступлению в направлении Дубно, Дубровке.” Марш своим ходом занял три дня под непрерывными ударами с воздуха при постоянном дефиците ГСМ и запчастей, которые буквально приходилось разыскивать по маршруту движения, удаляясь от части на 150-200 км. За все это время штаб дивизии не получал никакой информации о положении на фронте, разведданных и оперативных сводок, оставаясь в неведении даже о соседях с флангов и противнике. Так, считалось что основные силы Красной Армии уже успешно ведут бои западнее и задачей дивизии является ликвидация прорвавшихся танковых групп немцев. При этом полутора тысячам человек пришлось из-за нехватки транспорта двигаться пешком. Утром 36 июня танковая группа дивизии, включавшая 2 КВ, 2 Т-34 и 75 Т-26, двинувшись на Дубно, встретила отступавшие советские части. Их удалось остановить и, подчинив себе, включить в оборону. Однако дивизия осталась без артиллерии, безнадежно отставшей на марше, и не имела какого-либо прикрытия с воздуха, по прежнему не имея толком данных разведки. Тем не менее в результате танковой атаки удалось достичь цели и выйти к окраинам Дубно, отбросив противника на 15 км. Т данные по танковым дивизиям РККА с кратким оп анковый бой продолжался 4 часа и его результатом стали 21 уничтоженный танк немцев, две батареи ПТО и 50 автомашин, причем из-за недостатка бронебойных снарядов КВ и Т-34 пришлось вести огонь осколочными снарядами и своей массой давить ПТО противника. Ценой этого стали 2 сгоревших КВ и 15 Т-26. Достигнутый успех развить не удалось из-за слабого взаимодействия с соседями, под фланговым контрударом немцев отошедшими назад. За ними под огнем ночью отступила и 43-я ТД.

Заняв рубежи восточнее Ровно, 43-я ТД продолжала оставаться под артогнем и бомбардировками, отбивая атаки немцев и постоянно теряя контакт с соседями, то и дело обнаруживая, что они уже покинули свои позиции. Танкистам приходилось переходить к “подвижной обороне”, с короткими контратаками оставляя один рубеж за другим и отбиваясь от наседавших немцев. К концу дня 28 июня 43-я ТД лишилась 19 танков Т-26.    

Страницы ( 1 из 2 ): 1 2Следующая »