Боевые действия Красной Армии в ВОВ.

Армия
Просмотров: 4448
Печать

17, 113 и 322 стрелковый полк, 
133 легкий артиллерийский полк, 
154 гаубичный артиллерийский полк (до 12.12.41 г.), 
65 отдельный истребительно-противотанковый дивизион, 
166 зенитная артиллерийская батарея (53 отдельный зенитный артиллерийский дивизион), 
479 минометный дивизион (с 20.1.42 г.), 
12 разведовательная рота, 
30 саперный батальон, 
60 отдельный батальон связи, 
4 медико-санитарный батальон, 
2 отдельная рота химзащиты, 
433 автотранспортная рота, 
15 полевой автохлебозавод, 
7 дивизионный ветеринарный лазарет, 
40 дивизионная артиллерийская мастерская, 
132 (1587) полевая почтовая станция, 
1677 полевая касса Госбанка.

Боевой период
27.9.41-24.5.42

Преобразована в 29 гвардейская стрелковая дивизия 24.5.42 г.

В декабре 1941 года Красная Армия одержала великую победу под Москвой, разгромив немецко-фашистские войска. С тех пор прошло 60 лет, а в исторической памяти советского народа сохраняется самое светлое – чувство восхищения стойкостью и мужеством защитников Москвы. Немецкая операция «Тайфун», нацеленная на взятие столицы Советского Союза, провалилась. 

Московская битва складывалась из ряда оборонительных (30 сентября – 5 декабря 1941 г.) и наступательных (5 декабря 1941 г. – 20 апреля 1942 г.) операций [1]. В каждой из них советские воины, защищавшие социалистическое Отечество, героически сражались против превосходящих сил врага. Незабываем подвиг многих воинских соединений, насмерть стоявших под Москвой. Среди них и 32-я Краснознамённая стрелковая дивизия, прибывшая на защиту Москвы с Дальнего Востока. В это время уже развернулось первое наступление гитлеровцев на Москву, начавшееся 30 сентября – 2 октября мощными танковыми ударами. В первые же дни противнику удалось вклиниться в оборону советских войск. 5 октября Государственный Комитет Обороны (ГКО) во главе с И. В. Сталиным принял специальное решение о защите столицы. Главным рубежом сопротивления была определена Можайская линия обороны. На неё срочно направлялись все силы и средства. Сюда же по решению Ставки Верховного Главнокомандования (ВГК) была начата переброска войск с Дальнего Востока, из Средней Азии. В системе Можайской линии обороны находились Волоколамский, Можайский, Малоярославецкий, Калужский полевые укреплённые районы. На их базе были созданы боевые участки, на которых развёртывались соответственно 16-я, 5-я, 43-я и 49-я армии. Все они приняли активное участие в Можайско-Малоярославецкой операции 1941 года. Эта оборонительная операция войск Западного фронта проводились 10-31 октября и сыграла важную роль в срыве немецко-фашистского плана захвата Москвы [1, c. 454-455]. 

6 октября Можайская линия обороны была приведена в боевую готовность. Здесь формировалась 5-я армия, которую возглавил генерал-майор Д. Д. Лелюшенко. 32-я стрелковая дивизия стала основной боевой силой 5-й армии, защищавшей Москву на можайском направлении. 

В начальный период Московской битвы город Можайск оказался на направлении главного удара противника. Бои на подступах к Можайску начались 12 октября. На рубеже Минское шоссе – село Бородино оборонялась 32-я Краснознамённая стрелковая дивизия под командованием полковника В. И. Полосухина [1, c. 454]. Здесь начиналась новая страница в боевой истории воинского соединения, одного из старейших в Красной Армии. Это была кадровая дивизия с героическими традициями. Созданная в июле 1922 года в Саратове, она имела в своем составе полки, защищавшие молодую Советскую Республику в боях с белочехами, армией Колчака, с белополяками. В начале 1934 года из Приволжского военного округа 32-я дивизия была отправлена в Приморье на охрану дальневосточных границ. В 1938 году во главе с комдивом Н. Э. Берзариным она участвовала в разгроме группировки японских войск у озера Хасан, Указом Президиума Верховного Совета СССР была награждена орденом Красного Знамени и стала именоваться Краснознамённой [2]. 1700 её воинов получили ордена и медали. Пятеро из них – капитан М. С. Бочкарев, лейтенант В. П. Винокуров, младший командир Н. М. Баринов, механик-водитель С. Н. Рассоха, красноармеец Е. С. Чуйков – стали Героями Советского Союза [3]. В апреле 1941 года командиром 32-й дивизии был назначен полковник Виктор Иванович Полосухин, до этого командовавший отдельной стрелковой бригадой во Владивостоке. Бывший боец-чоновец, член укома комсомола, участвовавший в разгроме остатков колчаковских банд в окрестностях Кузнецка, в Шорской и Мариинской тайге, в отрогах Кузнецкого Алатау, он стал профессиональным военным. Учёба в Томске, Ленинграде, Москве, служба в разных гарнизонах Белоруссии, Сталинградской области, Астрахани, на Дальнем Востоке дали будущему комдиву хорошую военную и политическую подготовку. В апреле 1925 года он стал членом ВКП (б). В конце 1929 года был избран секретарём партбюро полка. За успехи в воспитательной работе во время празднования 14-й годовщины Великой Октябрьской социалистической революции ему вручили именные часы. На обратной стороне золотого корпуса были выгравированы слова: «Ударнику социалистического строительства В. И. Полосухину. Сталинградский Горсовет. 7.XI.1931 г.». Во всех предвоенных воинских аттестациях, а их было семь, В. И. Полосухин характеризовался как командир с сильной волей, энергичный и решительный. Отмечалось его умение разобраться в сложной обстановке, быстро принять решение и твёрдо его проводить. «Отлично может организовать взаимодействие и управление в бою» – эти важные для командира качества особо выделялись в аттестационном отзыве В. И. Полосухину по окончании им курсов «Выстрел» в 1938 году [4]. 

32-я дивизия, полностью укомплектованная личным составом и вооружением, вышла на свой оборонительный рубеж, чтобы преградить путь фашистским войскам. «Запомни, комдив, ты стоишь часовым у главных ворот столицы. А часовой не имеет права оставлять свой пост без приказа», – сказал командарм Д. Д. Лелюшенко во время встречи с В. И. Полосухиным в штабе дивизии [5]. Дивизия имела в своём составе три стрелковых, два артиллерийских полка, противотанковый и зенитный дивизионы, пять специальных батальонов, роту химзащиты, 8593 винтовки, 872 автомата, 444 пулемёта, 286 орудий и миномётов, более 500 машин разного назначения, в том числе роту лёгких танков и роту бронетранспортёров. Находящаяся на вооружении артиллерия позволяла поражать противника на удалении 12 километров от переднего края. В дивизии служили 15 тысяч человек – представители всех союзных республик, большую часть из них составляли сибиряки. Во всех подразделениях имелись партийные и комсомольские организации. Перед боем на Можайском рубеже партийные организации получили 219 заявлений о приёме в партию, а 133-й лёгкий артиллерийский полк полностью стал партийно-комсомольским. Всего в дивизии было 900 коммунистов, четыре с половиной тысячи комсомольцев [6]. 

Организуя отпор фашистским войскам, представитель Ставки ВГК А. М. Василевский, находившийся в это время в Можайске, встретился с комдивом В. И. Полосухиным сразу же, когда на выгрузку поступил эшелон со штабом 32-й дивизии. В. И. Полосухин доложил о численном составе, вооружении и боевых возможностях дивизии. А. М. Васильевский сказал: «Товарищ Полосухин, ваша дивизия займёт полосу обороны, в центре которой – Бородинское поле. Защищать его надо любой ценой. Доложу Ставке и Генштабу: Бородинское поле будет оборонять 32-я Сибирская дивизия» [6, с. 30]. Свой командный пункт В. И. Полосухин разместил на высоте позади того места, где стояла когда-то батарея Раевского. С высоты хорошо просматривались окрестности. Видны были памятники и обелиски, воздвигнутые в честь героев Бородинской битвы 1812 года. «Командира 32-й дивизии я нашёл на Бородинском поле, – вспоминает бывший старший инструктор политотдела 5-й армии Г. С. Кабанов, – около гранитного обелиска. Здесь, где в сентябре 1812 года находился командный пункт великого русского полководца М. И. Кутузова, я увидел командира соединения Виктора Ивановича Полосухина. Это был высокий, крепко сколоченный тридцатисемилетний сибирский богатырь с добродушным русским лицом... Он внимательно осматривал окружающую местность. «Священное место, – не отрывая бинокля от глаз, вполголоса произнёс командир дивизии. – На таком поле нельзя плохо драться с врагами»[7]. На Бородинском поле в октябре 1941 года, накануне боя встречались с комдивом военкоры газет «Правда», «Красноармейская правда» Михаил Брагин и Евгений Воробьёв. Они имели возможность стать участниками рекогносцировки, которую проводил В. И. Полосухин перед боем. «Осталась в памяти его беседа с артиллеристами; он подсказал им, где у немецких танков броня потоньше, шла также речь об особенностях стрельбы прямой наводкой», – вспоминал Евгений Воробьёв. Напутствуя командиров, спешивших после осмотра местности в свои полки, батальоны, комдив сказал: «Нас ждёт жестокий бой. Будем биться с фашистами на Бородинском поле. Выстоять любой ценой – вот приказ». «Такая нам досталась доля!» И в этот день, по словам военкора, «памятники славы стали свидетелями командирской разведки» [8]. 

Очерк Михаила Брагина, посвящённый октябрьским боям 32-ой дивизии на Бородинском поле в 1941 году, был опубликован в «Правде» [9]. 

32-я дивизия оборонялась на фронте до 45 километров. Основу обороны полосы дивизии составляли батальонные районы, которые перекрывали наиболее вероятные направления вражеских атак. Бойцы отрыли окопы полного профиля и ходы сообщения, установили лёгкие бетонированные огневые точки. Отдельные участки были прикрыты противотанковыми рвами, эскарпами, проволочными заграждениями [10]. На правом фланге дивизии 113-й стрелковый полк прикрывал Бородинское поле, Можайск с севера. 17-й стрелковый полк имени М. В. Фрунзе был на левом фланге, на направлении железной и шоссейной дорог Минск – Москва, перехватывая Минское и Можайское шоссе. Особое значение имела высота восточнее деревни Ельня. От этой высоты до Поклонной горы в Москве – 126 километров. На опасном участке от деревни Рогачево до Ельнинского оврага боевые порядки расположились в лесу. 

322-й стрелковый полк встал в центре на фронте Беззубово-Бородино. Он оказался непосредственно на Бородинском поле [6, с. 43-45]. 

Для усиления 32-й дивизии в октябрьских боях командарм Д. Д. Лелюшенко выделил приданные ей части: сводный батальон курсантов Московского военно-политического училища имени В. И. Ленина, 230-й учебный запасной полк. Сдерживали наступление противника входившие в состав 5-й армии 18-я, 19-я, 20-я танковые бригады, три артиллерийских противотанковых полка. У деревень Псарево – Кукарино заняла огневые позиции реактивная артиллерия («катюши») [11]. Но, к сожалению, в трудный период с 11 по 18 октября не все ещё соединения 5-й армии заняли свои оборонительные рубежи. Новые силы в 5-ю армию прибыли через 6-8 дней: 50-я стрелковая и 82-я мотострелковая дивизии, 22-я танковая бригада [12]. На можайском направлении в битве за Москву можно выделить несколько главных этапов борьбы 32-й дивизии с немецкими оккупантами. Первый этап – это октябрьские бои 1941 года на Бородинском поле, под Можайском, когда сибиряки в течение шести дней сдерживали бешеный натиск 40-го моторизованного и подошедшего вскоре 9-го армейского корпусов, рвавшихся к Москве. Командарм Д. Д. Лелюшенко отмечал: «32-я стрелковая дивизия стояла у Бородина насмерть. Каждый сражался до тех пор, пока руки держали оружие, пока билось сердце» [13]. Вскоре после этих боёв специальный корреспондент газеты 5-й армии «Уничтожим врага» поэт Сергей Васильев написал поэму «Москва за нами», посвящённую подвигу воинов 32-й дивизии на Бородинском поле. Поэма сразу же была опубликована в армейской и дивизионной газетах, а затем и в «Правде» [14]. Имея в виду обстановку, сложившуюся в начале октября 1941года в районе боевых действий сибиряков, поэт писал: 

«Противник густо лез. Темным – темно.
Грозя бедой, ползли его машины,
Стремясь прорваться сквозь Бородино
На гладкие можайские равнины.
И что таить – силён был наглый вор,
привыкший грабить подло и жестоко.
Тогда-то и пришла и приняла в упор
Удар врага дивизия с востока» [14].

32-я дивизия сражалась против отборных эсэсовских частей, сдерживая значительно превосходящие её силы. В составе 40-го мотокорпуса, имевшего 400 танков, были дивизия СС «Рейх», 10-я танковая и 7-я пехотная дивизии. Общая численность гитлеровцев в них превышала 50 тысяч. С воздуха их поддерживал авиационный корпус [6, с. 187]. Первые бои на подступах к Бородину завязались 12 октября с вражескими разведывательными и головными частями. Первые фашистские танки были подбиты воинами дивизии на Минском шоссе у деревни Ельня. Здесь шоссе спускается в глубокую лощину с речкой Еленкой. В дотах по обеим сторонам шоссе располагались орудия противотанковой батареи, приданной 2-му батальону 17-го полка. Командовал батальоном капитан П. И. Романов. На этот участок вторглись два эсэсовских полка – «Дойчланд» и «Фюрер». На магистрали Москва – Минск показались немецкие танки. Стреляя на ходу, они по два в ряд неслись вперёд. Командир орудия комсомолец И. Я. Харинцев скомандовал: «Огонь!» Раздался оглушительный выстрел. Головной танк замер на магистрали. Шесть танков врага уничтожил расчёт из противотанковой батареи в составе сержанта И. Я. Харинцева, бойцов С. И. Забелина и В. П. Кравцова – мастера точной наводки. Дождавшись, когда танки буквально втянулись в своеобразное ущелье, то есть место, где дорога проходит в глубокой выемке с крутыми откосами, батарейцы открыли сильный огонь на уничтожение. Здесь танки не могли развернуться ни вправо, ни влево. Сразу загорелись все машины. На дороге образовался затор. Это задержало продвижение вражеской мотопехоты, следовавшей за танками. Затем были разбиты и подожжены две штабные машины, в которых находились офицеры и солдаты [7, с. 70-71]. В наши дни о подвиге артиллеристов в Подмосковье напоминает «Дот Харинцева» с памятной доской, установленной ветеранами. Легендарный дот окружают березы, посаженные молодыми воинами, служившими в этих местах. 

13-14 октября 32-я дивизия отбила несколько атак танков противника под Можайском. Немецкая дивизия СС «Рейх» и 10-я танковая нанесли главный удар вдоль Минского шоссе. Здесь на позиции 17-го полка наступали 30 танков с мотопехотой при поддержке авиации. Героически отражал вражеские атаки 2-й батальон, который немцы пытались взять в клещи. Дивизия сорвала попытки врага обойти её левый фланг и прорваться в центре боевого порядка соединения в направлении на Фомкино [10, с. 65-66]. Но противнику удалось вклиниться между железной дорогой и Минским шоссе, овладеть населёнными пунктами Рогачёво, Утицы и Артёмки [15]. Тогда комдив ввёл в бой свои резервы – два артиллеристских противотанковых полка и разведывательный батальон дивизии. По прорвавшимся вражеским частям дали два залпа четыре дивизиона гвардейских миномётов [10, с. 66]. 

13 и 14 октября в частях дивизии побывали командарм Д. Д. Лелюшенко и член Военного совета П. Ф. Иванов. Они оба убедились, как отмечал генерал Д. Д. Лелюшенко, что «командир 32-й стрелковой дивизии полковник В. И. Полосухин умело организовал оборону». Он сосредоточил основные силы и средства не на переднем крае, а в глубине обороны. По мнению командарма, это давало возможность сначала расстроить огнём боевые порядки наступающего противника, стеснить его маневр, затруднить поддержку пехоты и танков артиллерией и авиацией, а затем решительными контратаками уничтожить прорвавшиеся через передний край вражеские силы [16]. 

«Продолжать упорную оборону на Можайском рубеже», – таков был приказ командующего Западным фронтом Г. К. Жукова, полученный ночью 14 октября [13, с. 69]. Выполняя приказ комдива, подразделения 322-го полка нанесли два парирующих удара в основание прорыва и во фланги – на Рогачёво и Утицы. 2-й батальон капитана В. А. Щербакова поддерживала батарея орудий старшего лейтенанта Н. П. Нечаева. В ночь с 14 на 15 октября бойцы пошли в атаку и ворвались в деревню Рогачёво. Отряд фашистов был истреблён почти полностью и уничтожен 21 танк. Выбивая гитлеровцев из Утиц, героически сражался 3-й батальон капитана Б. В. Зленко, поддержанный миномётной батареей полка. Комбат водил своих воинов в контратаки, дважды был ранен, перед своей гибелью успел метнуть гранату под гусеницу вражеского танка [17]. 

На 121-м километре Минской автомагистрали, у деревни Артёмки отважно действовал сводный отряд под командованием майора П. И. Воробьёва. Он предотвратил угрозу прорыва эсэсовцев во фланги наших войск в районе Можайска, нанёс им поражение рядом контратак. Не раз водил в атаки воинов комиссар 17-го полка П. Н. Михайлов, находившийся на участке 3-го батальона. 600 коммунистов – курсантов Московского военно-политического училища имени В. И. Ленина героически сдерживали натиск фашистов в районе Минской автомагистрали. Южнее Утицкого кургана продвижение эсэсовцев остановил 12-й отдельный разведывательный батальон майора Н. А. Корепанова. Более трёх дней шёл ожесточённый бой за Артёмки. Деревня несколько раз переходила из рук в руки. У Артёмок мужественно сражались с фашистами артиллеристы 154-го гаубичного полка майора В. К. Чевгуса [11, с. 127-129]. Приняв командование 5-й армией после ранения Д. Д. Лелюшенко, генерал-майор Л. А. Говоров сразу же выехал на автостраду к Артёмкам. Встретившись с командирами соединений В. К. Чевгуским, П. И. Воробьёвым, командарм приказал выполнять ранее поставленную задачу: оборонять автостраду Минск – Москва. Л. А. Говоров усилил отряд майора П. И. Воробьёва стрелковым батальоном и гвардейским миномётным дивизионом. Противник, стремившийся к Москве по Минскому шоссе, был остановлен [6, с. 121-123, 139]. 

15-17 октября упорные бои шли и в центре Бородинского поля, у памятников русским воинам, героям 1812 года. Стойко удерживал свои позиции у Шевардина батальон капитана В. А. Щербакова вместе с артиллерийской батареей Н. П. Нечаева. У Шевардинского редута и флешей Багратиона они отбили четыре атаки гитлеровцев [17, с. 7]. Комбат В. А. Щербаков сам водил роты в штыковые атаки, со своими бойцами выбил противника из Новой Деревни, уничтожил при этом 18 танков, 50 автомашин и 600 гитлеровцев [7, с. 81-82]. Имя Василия Александровича Щербакова, бесстрашного и талантливого командира, стало легендарным. За умелое командование батальоном и личную храбрость капитан В. А. Щербаков был награжден орденом Ленина [18]. А в поэме Сергея Васильева «Москва за нами» есть такие строки: 

«Пройдут года, но песня сохранит
Тот грозный день. И мы припомним снова,
Как разогнулась прусская подкова,
ударившись с размаху о гранит
бесстрашья капитана Щербакова»[14].

Мужественное сопротивление врагу оказал дивизион капитана В. А. Зеленова из 133-го артполка. Все четыре батареи дивизиона защищали боевые позиции на Бородинском поле. На батарее Раевского находился наблюдательный пункт капитана В. А. Зеленова. Артиллеристы уничтожали немецкие танки огнём прямой наводкой. Доблесть и отвагу проявил орудийный расчёт сержанта Алексея Русских, в составе которого наводчиком был Федор Яковлевич Чихман. Воины подбили несколько вражеских танков, но ещё один продолжал ползти на орудие. И этот последний танк, несмотря на тяжёлое ранение, уничтожил наводчик после гибели своих товарищей. За бои на Бородинском поле комсомолец Федор Чихман был награжден орденом Ленина [11, с. 130]. Многие, кто знал героя-сибиряка, помнят его, рослого, статного человека с добрым сердцем. Он бывал в школах Приморья, Сибири, Москвы, Можайска, Саратова, Риги, делился своими воспоминаниями об участии воинов 32-й дивизии в боях против немецко-фашистских захватчиков. Свято берёг ветеран войны в своей памяти и эти строки поэта, относящиеся к нему: «Сам Полосухин ближнею тропою ведёт в укрытие юного бойца» [4]. 

Военком дивизии полковой комиссар Георгий Михайлович Мартынов, не раз находившийся в боевых порядках сражающихся воинов, видел, как отважно и мужественно действовали они, как умело применяли оружие в ближнем бою, а фашистов уничтожали главным образом огнём с ближних дистанций. Военком это отметил, отвечая на вопросы корреспондента газеты Западного фронта «Красноармейская правда» [6, с. 105-106]. 

В октябрьские дни 1941 года, когда враг стоял у стен Москвы, Верховному Главнокомандующему И. В. Сталину постоянно докладывали о положении на всех направлениях, где оборонялись наши армии – 16-я, 5-я и другие. При этом отмечалось, что тяжёлые бои идут под Бородином в полосе обороны 32-й дивизии В. И. Полосухина. Вызванный в Кремль по приказу Сталина, генерал Г. К. Жуков сказал: «На волоколамском направлении... сформирована 16-я армия. На место прорыва противника поставлен сводный полк курсантов военных училищ. На можайском направлении в районе Бородина на пути 40-го мотокорпуса вермахта развёрнуты части 32-й стрелковой дивизии. Сейчас там идёт тяжелейший бой» [19]. 

Маршал Советского Союза Г. К. Жуков после войны в своих выступлениях, статьях, мемуарах, давая высокую оценку подвигу воинов 32-й дивизии, подчёркивал, что она сражалась упорно на бородинских позициях, непоколебимым оставалось мужество её бойцов, которые приумножили славу своих доблестных предков – героев 1812 года, отбивая сильные атаки фашистских танков и пехоты [20]. Бывший командующий Западным фронтом Г. К. Жуков писал: «Части 32-й дивизии истекали кровью, но всё же при поддержке 18-й, 19-й и 20-й танковых бригад мужественно сдерживали удары врага... В этих неравных боях отважные воины дивизии Полосухина и танкисты... проявили невиданную стойкость» [21]. 

Тогда в боях на можайских рубежах враг потерял 117 танков, 226 автомашины, много другой техники, до 10 тысяч солдат и офицеров убитыми и ранеными [7, с. 67]. 

Подвиг советских воинов, задержавших на шесть дней у Бородина продвижение фашистов, сыграл в обороне Москвы большую роль: было выиграно время для переброски подкреплений, для укрепления ближних подступов к Москве. Оказывая решительное сопротивление врагу, наши части не позволили ему вести безостановочное наступление на Москву. Одни из специалистов по военной истории В. Н. Окороков считает, что вся полнота картины бородинских боёв 1941 года ещё не воссоздана. Это большой долг историков и участников боёв. «Почти шесть суток шло кровопролитное сражение в районе Бородино в октябре 1941 года. Этим дням не было цены в обороне Москвы», – пишет В. Н. Окороков [22]. Наши соединения должны были любой ценой задержать противника на Можайской линии, чтобы выиграть время для организации обороны и развёртывания подходящих из глубины страны резервов [23]. 

Выполняя приказ командарма Л. А. Говорова, подразделения, оборонявшие Бородинское поле, в ночь на 18 октября отошли за Москву-реку и заняли новый рубеж. Артиллерийскую группу выводили с Бородинского поля 18 октября [6, с. 192, 195]. Перевес противника в силах чувствовался всё больше. 18 октября, прорвав оборону частей 5-й армии, на улицы Можайска ворвались фашистские войска. Вражеским танкам и мотопехоте удалось обойти Можайск с севера и с юга [24]. 

К концу октября наступление немецко-фашистских армий на Москву в полосе Западного фронта захлебнулось. Оборона советских войск стабилизировалось. Войска 5-й армии прочно закрепились западнее Кубинки. Принимались меры по укреплению оборонительных рубежей. В войсках усилилась партийно–политическая работа. Большое значение для советского народа и защитников столицы имели торжественное заседание Моссовета 6 ноября в честь 24-й годовщины Великого Октября и парад частей Красной Армии на Красной площади. 

К участникам парада, уходившим на фронт, с краткой речью обратился Председатель ГКО И. В. Сталин. С трибуны Мавзолея В. И. Ленина прозвучали его слова, обращенные к советским воинам и партизанам: «На вас смотрит весь мир, как на силу, способную уничтожить грабительские полчища немецких захватчиков... Война, которую вы ведёте, есть война освободительная, справедливая. Пусть вдохновляет вас в этой войне мужественный образ наших великих предков – Александра Невского, Дмитрия Донского, Кузьмы Минина, Дмитрия Пожарского, Александра Суворова, Михаила Кутузова! Пусть осенит вас победоносное знамя великого Ленина!» [25]. 

Митинги и собрания, посвященные годовщине Октября, состоялись в воинских соединениях. В 32-й дивизии они проводились при развёрнутых Боевых Знамёнах. Личный состав 113-го полка принял обращение ко всем бойцам, командирам, политработникам дивизии. Оно призывало воинов «преградить путь гитлеровским ордам к родной Москве», выполнить с честью приказ Родины – «Ни шагу назад!» Новая линия обороны 5-й армии проходила примерно в 80 километрах от Москвы [6, с. 252, 254]. 

15-16 ноября началось второе наступление гитлеровцев на Москву, продолжавшееся 20 дней. Бои развернулись на ближних подступах к Москве. Справа от 5-й армии на волоколамском направлении героически сражались части 16-й армии под командованием генерал-лейтенанта К. К. Рокоссовского. Легендарным стал подвиг при обороне Москвы воинов 316-й дивизии генерала И. В. Панфилова. Прикрывая Волоколамское шоссе, дивизия 16 ноября отразила несколько яростных атак танков и пехоты противника. В этот день у разъезда Дубосеково вели неравный бой с врагом 28 воинов – истребителей танков во главе с политруком В. Г. Клочковым. Герои не дрогнули. Воодушевляя их, Василий Клочков произнёс слова, ставшие боевым девизом всех защитников Москвы: «Велика Россия, а отступать некуда – позади Москва!» [26]. 

Войска 5-й армии прикрывали автомагистраль Минск – Москва. Гитлеровцы стремились продвинуться по Минскому шоссе, взяв его в двойные клещи: малые и большие. Кубинка, Звенигород, Голицыно, Акулово были наиболее горячими пунктами на этом направлении. 

32-я дивизия, находясь на левом фланге 5-й армии, прочно удерживала свои позиции. В течение второй половины ноября дивизия вела напряжённые бои с пехотой противника, поддержанной тяжёлыми танками, и отразила все его атаки. Немцам пришлось отойти на западный берег Нары. После октябрьских оборонительных боёв 1941 года 32-я стрелковая дивизия в конце ноября – начале декабря проходила второй этап борьбы против немецких оккупантов. Особое значение имела Акуловская операция. Необходимо было разгромить вражескую группировку, укрепившуюся в подмосковной деревне Акулово. С 1 по 5 декабря части дивизии вели героические бои за деревню Акулово [27]. 

1 декабря танки и мотопехота противника прорвали оборону на флангах 33-й армии, форсировали Нару, вышли на шоссейную дорогу Наро-Фоминск-Кубинка. Они стремились выйти в тыл 5-й армии. Однако в районе деревни Акулово, севернее Наро-Фоминска путь врагу преградила 32-я дивизия, выдвинутая сюда командующим 5-й армии. У деревни Акулово 17-й полк дивизии заблаговременно оборудовал противотанковый опорный пункт. Выполняя приказ генерала Л. А. Говорова, в ночь на 4 декабря В. И. Полосухин представил свой план ликвидации акуловской группировки противника. План, расчитанный на внезапность ночных ударов, взаимодействие артиллерии и пехоты, был утверждён командармом [6, с. 284]. Наступление началось залпом гвардейских миномётов. После этого в течение 30 минут по вражеским укреплениям била вся артиллерия дивизии. Деревню Акулово стремительным натиском брали с двух сторон: с запада и с севера. Полем боя была Акуловская поляна [28]. В боях отличились 133-й легкий артиллерийский и 17-й стрелковый полки. В общем наступлении на врага участвовали воины 50-й стрелковой дивизии генерал-майора Н. Ф. Лебеденко. Противник на левом фланге 5-й армии был разгромлен. В приказе от 6 декабря командному составу соединений, комдивам В. И. Полосухину и Н. Ф. Лебеденко командарм Л. А. Говоров объявил благодарность «за умелое руководство войсками и быструю ликвидацию противника» [29]. 13 декабря во время беседы с корреспондентом газеты «Правда» командарм Л. А. Говоров сказал: «Южный прорыв немцев разбился о стойкую оборону части, которой командует полковник Полосухин. Фашистские танки вышли непосредственно на командный пункт Полосухина, но полковник и бывшие с нами командиры не растерялись: оставаясь на своём командном пункте, продолжали руководить боем и организовали отпор врагу. Они ушли от опасности быть раздавленными гусеницами танков только тогда, когда получили на это моё разрешение и оборудовали новый командный пункт» [30]. Отмечая мужество и отвагу воинов дивизии в боях за деревню Акулово, Л. А. Говоров привёл отдельные эпизоды этих декабрьских событий. Так, один из полков дрался одновременно фронтом на запад и восток и не позволил противнику расширить фронт прорыва. Сапёры Федор Павлов, Пётр Карганов, несколько дней дежурившие у электрофугасов, установленных на шоссе Наро-Фоминск-Кубинка, встретили гитлеровцев на подступах к Кубинке. Они остановили двигавшуюся коллону немецких танков, взорвав фугасы в центре колонны. Командарм обратил внимание на существенную роль огненного забора-барьера протяжённостью в полкилометра, созданного из сена, соломы, хвороста и других горючих материалов на пути германских танков. Его подожгли, образовался сплошной огневой вал. Пламя высотою до двух с половиной метров бушевало два часа. Встретив на своём пути сплошную стену огня, танки повернули и подставили таким образом свои бока под выстрелы наших орудий. Из 40 вражеских машин 25 остались на месте. Части 5-й армии Л. А. Говорова преградили путь к Москве на реке Наре у деревни Акулово. Враг был окончательно остановлен на можайском направлении в 72 километрах западнее столицы. Сейчас в центре Акуловского поля воздвигнут памятник-обелиск воинам 32-й Краснознамённой стрелковой дивизии. 

Измотав противника в упорных боях, советские войска 5-6 декабря перешли в контрнаступление. Оно стало решающим событием Московской битвы, первой крупной стратегической наступательной операцией Красной Армии в Великой Отечественной войне. Боевые действия советских войск под Москвой в период контрнаступления (5-6 декабря 1941 года – 6-7 января 1942 года) велись в виде нескольких одновременных операций. С контрнаступлением советских войск под Москвой связан третий этап борьбы 32-й дивизии против немецких оккупантов. Генерал Л. А. Говоров потребовал от комдива В. И. Полосухина надёжно прикрыть левый фланг армии. Дивизия прорвала немецкую оборону и перешла к преследованию противника. Войска 5-й армии развивали наступление на Запад, к Бородинскому полю в сложных условиях. На можайском направлении гитлеровцы оказали нашим наступающим частям упорное сопротивление. На этом участке, как сообщала «Правда» 19 декабря, противник сосредоточил крупные силы: пехоту, мотопехоту, много артиллерии, до 270 самолётов. Сюда же была переброшена и 20-я танковая дивизия [27, с. 81-82]. 

5-я армия вышла на рузский рубеж, оставалась на этих позициях до первых чисел января, пополняясь людьми и техникой, а 6 января возобновила наступление силами 32-й дивизии [10, с. 201]. В штурме позиций врага отличились батальоны 113-го, 17-го, 322-го полков. Перед тем ночью сапёры, действуя в глубоком снегу, на жгучем морозе, проложили проходы в заграждениях и минных полях противника. К концу дня 9 января вражеская оборона была прорвана на всю глубину. 5-я армия стала развивать наступление на Дорохово, а затем осуществила глубокий охват противника, оборонявшегося в районе города Руза. Во время наступления массовый героизм проявили воины всех родов войск. Разминируя подступы к Ляхову, погиб сапёр сержант П. Н. Жариков. Гордостью 32-й дивизии стала санинструктор Мария Тихоновна Ионина, спасшая десятки раненых. Она же, переползая по полю боя от убитого к убитому, под огнём противника, собирала патроны для своей роты [29, с. 170]. 

Со штабом армии генерала Л. А. Говорова были связаны партизаны. Они действовали в районе боёв и в тылу немецко-фашистской группы армий «Центр». На можайской земле сражались с фашистами четыре партизанских отряда: Северный, Южный, Уваровский, «За Родину». Одним из руководителей партизан был первый секретарь Можайского городского комитета партии Иван Михайлович Скачков [6, с. 299-300]. 

На участке 32-й стрелковой дивизии находилась деревня Обухово, неподалёку от которой ноябрьской ночью 1941 года пересёк линию фронта отряд комсомольцев – разведчиков Бориса Крайнова. Действия этого отряда из воинской части 9903 были тесно связаны с 32-й дивизией. Сапёры дивизии проводили отряд через линию фронта. В полосе этого соединения, и прежде всего для его пользы, трудились потом разведчики. Комсомольцы, отважно действовавшие в можайских лесах, вели разведку, выявляли расположение вражеских сил, минировали дороги, повреждали линии связи. В составе этого отряда молодых патриотов до последних дней жизни сражалась Зоя Космодемьянская. О её подвиге и героической гибели весь мир узнал, когда 27 января 1942 года «Правда» напечатала очерк Петра Лидова «Таня». Писатель Владимир Успенский в документальной повести «Можайское направление», а также в книге «Зоя Космодемьянская» рассказал о легендарной героине Великой Отечественной войны, о её боевых друзьях – партизанах, впервые привел данные о Д. А. Селиванове, А. К. Спрогисе, готовивших разведчиков, об их встрече и беседе с комдивом В. И. Полосухиным [31]. Сам этот факт стал известен писателю, как он отметил в январе 1992 года, беседуя с родственниками комдива, из воспоминаний Д. А. Селиванова. Спустя много лет после войны он поведал В. Д. Успенскому о том, какой вклад внесли комсомольцы – добровольцы воинской части 9903 в общее дело разгрома немцев под Москвой [4]. 

К началу января 1942 года были разгромлены ударные соединения группы армий «Центр». 8 января начался завершающий период Московской битвы [32]. К этому времени в результате неустанных атак воинов 5-й армии, продвижения соседних 16-й и 33-й армий сопротивление противника на можайском направлении было сломлено [29, с. 171]. 

Январские боевые действия 1942 года были для 32-й дивизии четвёртым этапом её борьбы с немецкими оккупантами. Полоса обороны противника проходила по реке Нара. В прорыве вражеской обороны героически действовали 113-й, 17-й, 322-й полки, штурмовавшие сильно укреплённые позиции гитлеровцев. 12 января комдив произвёл перегруппировку своих частей перед новым наступлением. Он избегал фронтальных атак, лобового удара, искал уязвимое место в обороне противника [6, с. 308-309]. Ведя бои на рубежах рек Берёзовка, Руза, Исма, полки дивизии столкнулись с немецкими опорными пунктами в Дорохове, Симбухове. Они являлись частью вражеских укреплений, прикрывавших Можайск и Верею. Укрепления обошли с севера. Главный удар наносил 113-й полк. 17-й полк своими действиями сковывал противника и отвлекал его внимание. Пехоте помогала артиллерия, подавляя огневую систему гитлеровцев. Благодаря успешным боевым действиям 32-й дивизии во время январского наступления враг лишился двух важных опорных пунктов на пути к Можайску. Части 5-й армии освободили 14 января Дорохово, Симбухово, а 17 января Рузу. В боях за Можайск силу ударов своей армии Л. А. Говоров перенёс на фланги. Северная ударная группа наступала от Рузы. Южнее города полки 32-й дивизии, прорвав оборону немцев на реке Мжуть, изолировали можайскую группировку противника от верейской [6, с. 319]. 

Город Можайск штурмовали с востока силами 82-й мотострелковой дивизии и 60-й стрелковой бригады. Части 5-й армии, освободив 20 января Можайск, 21 января Бородинское поле, а затем посёлок Уваровку, вышли к границам Московской области, очистив в своей полосе её землю от врага к 24 января. 25 января они сражались уже на территории Смоленской области [27, с. 116]. На гжатском рубеже в январе-феврале сопротивление гитлеровцев усилилось. Завязались упорные позиционные бои. Это было в долине на берегах реки Вори, в районе деревень Иванники, Васильки. Здесь, в Долине Славы, как потом люди назвали это место, до последней капли крови сражались воины 5-й армии. 16 февраля комдив В. И. Полосухин находился в боевых порядках дивизии, побывал на реке Воря, больше всего задержался на флангах. Вернувшись вечером в штаб, узнал, что получен приказ командующего Западным фронтом о награждении воинов дивизии. 40 бойцов, командиров и политработников были удостоены ордена Красного Знамени, 45 – ордена Красной Звезды, 32 – отмечены медалью «За отвагу», 11– медалью «За боевые заслуги» [6, с.325-326]. Вместе с начальником штаба дивизии В. И. Полосухин всю ночь работал над планом форсирования реки Воря и овладения селом Некрасовом [27, с. 122]. Считая необходимым провести рекогносцировку в районе высоты 263,1 перед предстоящим боем, комдив отправился туда. Здесь, в 500 метрах от этой высоты, захваченной к тому времени гитлеровцами, В. И. Полосухин погиб 18 февраля на боевом посту, сражённый пулемётной очередью [27, с. 123]. Неприступную высоту взяли штурмом батальон Ф. Ф. Иванникова и сапёры старшего лейтенанта П. И. Зюбана, отвратив опасность от всей дивизии. С тех пор эта высота называется «Холмом Славы», и на ней установлен памятник. 

В 1978 году ветераны 32-й дивизии установили памятный знак на месте гибели своего командира [11, с. 137]. Семья, родные и близкие комдива В. И. Полосухина узнали о его гибели из статьи писателя П. Павленко «Сибиряки», опубликованной 6 марта 1942 года в газете «Красная Звезда». Её содержание передавалось и по радио. В статье, посвященной мужеству сибиряков-защитников Москвы, были такие строки: «Зимою и конь того не осилит, с чем сибиряк справится, – говорит лейтенант Анатолий Кузнецов, разведчик из дивизии, которой командовал славно погибший полковник Виктор Иванович Полосухин. На карте лейтенанта, размеченной незадолго до своей гибели покойным командиром, только и есть, что стрелки, ведущие в немецкие тылы» [33]. Через три дня после этой публикации семья комдива получила письмо из политотдела 32-й дивизии, фотоснимки, подтверждающие, что В. И. Полосухин погиб 18 февраля в боях у деревень Иванники, Васильки, а 20 февраля был похоронен с воинскими почестями в центре города Можайска. Родным прислали удостоверение личности комдива, пробитое пулей. Вернулись к ним и их последние письма, посланные на фронт, тоже пробитые пулей. Значит носил их с собой, близко к своему сердцу, человек, очень любивший жену и четырех детей. Сам же он с фронта писал письма, полные веры в нашу победу. Ему не удалось дожить до своего дня рождения 28 февраля: 38 лет так и не исполнилось. Из газеты «Правда» от 3 января 1942 года родственникам стало известно, что В. И. Полосухин награждён орденом Красного Знамени. В письме от 18 января комдив сообщил жене Ольге Васильевне, что получил от неё телеграмму с поздравлением его с этой высокой наградой. Последнее письмо родным в Сибирь написано 30 января в три часа ночи. Есть в нём такие слова: «Я иду всё дальше и дальше на Запад... Как закончим с победой войну, так я опять буду с вами... Чувствую я себя хорошо. Погода стоит серьёзная: мороз хороший, наш, русский, снегу достаточно, столько же, сколько и у вас... Немцу приходится тяжело драпать на Запад, ну а мы его догоняем и бьём» [4]. 

В феврале – марте 1942 года перед частями дивизии стояла задача завершения прорыва вражеской обороны. Генерал Л. А. Говоров создал на левом фланге 5-й армии в районе Васильки – Ощепково ударную группировку под командованием нового командира 32-й дивизии полковника Степана Трофимовича Гладышева. 

В марте – апреле шли ожесточённые бои в районе деревни Рыльково и прилегающих к ней населённых пунктах. Здесь, на границе Московской и Смоленской областей, в деревне Рыльково, недалеко от города Гагарин (Гжатск), в 1980 году воздвигнут памятник погибшим воинам 5-й армии. За проявленную отвагу в борьбе с немецкими захватчиками, за стойкость, мужество, дисциплину и организованность, за героизм личного состава 32-я Краснознамённая стрелковая дивизия была преобразована в мае 1942 года в 29-ю гвардейскую Краснознамённую стрелковую дивизию. Она отличилась в 1943 году в боях по уничтожению гжатской группировки противника, в освобождении городов Гжатск, Ельня, стала именоваться Ельнинской [6, с. 329-331]. Позже в составе 10-й гвардейской армии генерала М. И. Казакова дивизия принимала участие в освобождении от немецко-фашистских захватчиков Псковщины и Латвийской ССР. За героические подвиги при освобождении города Риги в 1944 года дивизия была награждена орденом Суворова II степени. До 9-го мая 1945 года она участвовала в ликвидации группировки немецко-фашистских войск в Курляндии. Так закончился боевой путь дальневосточной дивизии на берегах Балтики [2, с. 115-123, 126, 138, 158-159]. Все её традиции и почётные наименования в послевоенные годы бережно сохраняла 144-я гвардейская Краснознамённая Ельнинская, ордена Суворова II степени мотострелковая дивизия, отметившая в 1997 году своё 75-летие. 

Под стенами Москвы, на полях и в небе Подмосковья враг встретил решительный отпор советских войск в составе которых в период Московской битвы (с 30 сентября 1941 года по 20 апреля 1942 года) сражались воины 231 дивизии [10, с. 302-318]. Историкам ещё необходимо провести большую научно-исследовательскую работу, чтобы раскрыть вклад каждого воинского соединения в разгром немецко-фашистских войск под Москвой. За героизм, проявленный в Московской битве, около 40 частей и соединений были удостоены звания гвардейских, 36 тысяч советских воинов награждены боевыми орденами и медалями. Более 1 миллиона защитников города награждено медалью «За оборону Москвы». 110 человек удостоены звания Героя Советского Союза. 8 мая 1965 года в честь 20-летия победы над фашисткой Германией Москве было присвоено звание «Город-герой» с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда»[1, с. 466]. Великая победа в Московской битве была одержана благодаря огромной организующей и вдохновляющей роли Коммунистической партии, массовому героизму и высокому воинскому мастерству советских войск. Это отмечали сами участники сражения под Москвой. Так, генерал А. П. Белобородов, командовавший 78-й стрелковой дальневосточной дивизией, защищавшей Москву на волоколамском направлении, подчёркивал, что «победоносной силой было единство нашего народа, обеспеченное руководством Коммунистической партии». Он писал: «Коммунисты, на каком бы участке фронта они ни были, проявляли высокие моральные качества, мужество, самопожертвование, воинское мастерство, находчивость и инициативу. И не было силы, которая могла бы заставить их отступить или дрогнуть. Вот почему был так велик и авторитет коммунистов и тяга бойцов и командиров в ряды партии» [34]. 

К началу ноября 1941 года в войсках, сражающихся под Москвой, насчитывалось свыше 120 тысяч коммунистов, или почти 10 процентов всех армейских коммунистов, а в декабре – до 200 тысяч [35]. 

Во время битвы под Москвой наступательные операции продолжались до 20 апреля 1942 года. Враг был отброшен на запад, далеко от советской столицы, на различных направлениях на 150-400 километров. События Московской битвы развеяли миф о «непобедимости» немецко-фашистского вермахта. Это был провал стратегии «молниеносной войны» фашистской Германии против Советского Союза. Победа под Москвой ознаменовала собой начало коренного поворота в войне. Маршал Советского Союза А. М. Василевский отмечал: «Историческая победа в Московской битве, ставшая триумфом Советских Вооружённых Сил, положила начало коренному повороту не только в Великой Отечественной, но и во второй мировой войне. Разгромом гитлеровцев под Москвой победоносно завершился первый, наиболее трудный этап борьбы на пути к полной и окончательной победе над фашистской Германией» [36]. 

Контакты