Боевые действия Красной Армии в ВОВ.

Операции
Просмотров: 11090
Печать
Смоленская оборонительная

После поражения Красной Армии в ходе начального периода войны высшее командование вермахта считало, что она уже не способна создать оборону даже на важнейших направлениях, а попытки русских сформировать новые дивизии вряд ли увенчаются успехом из-за недостатка офицеров и вооружения. На совещании у Гитлера 8 июля уточнялись дальнейшие планы ведения войны. Так, группе армий «Север» в качестве основной задачи ставилась полная блокада Ленинграда. Группе армий «Центр» после окружения и уничтожения советских войск в районе Смоленска надлежало продолжать наступление на Москву одними только пехотными соединениями, потому что 3-ю танковую группу Гота предполагалось направить на помощь группе армий «Север» для скорейшего захвата Ленинграда, а 2-ю танковую группу Гудериана и 2-ю полевую армию Вейхса – для поддержки наступления группы армий «Юг» с целью удара в тыл киевской группировке советских войск.

Советское командование стремилось любой ценой остановить продвижение противника и обеспечить условия для перехода в контрнаступление. Основное внимание оно по-прежнему уделяло наиболее опасному – западному направлению. Действовавшим на нем войскам Западного фронта была поставлена задача не допустить прорыва врага на Москву, а для этого предстояло не только в кратчайшие сроки завершить сосредоточение и развертывание прибывавших из глубины страны войск, но и создать оборонительный рубеж: река Западная Двина до Витебска, Орша, река Днепр до Лоева. Однако полностью выполнить эти задачи к намеченному сроку не удалось.

В первую очередь командующий Западным фронтом Маршал Советского Союза С. К. Тимошенко стремился сосредоточить основные усилия на удержании Смоленских Ворот – междуречья Западной Двины и Днепра, куда он направил войска 16, 19, 20-й армий. Ожидался удар и на могилевском направлении, где действовала лишь ослабленная 13-я армия, хотя там наступала одна из основных ударных немецких группировок.

Из семи входивших в состав фронта армий С. К. Тимошенко в первый эшелон выделил пять (13, 19, 20, 21, 22-ю). Второй эшелон должны были составлять 4-я армия, соединения которой доукомплектовывались во фронтовом тылу, и прибывавшая с Украины 16-я армия. За войсками Западного фронта, в 100 км восточнее Смоленска, Ставка решила развернуть второй стратегический эшелон из группы войск Фронта резервных армий, объединявшего шесть общевойсковых армий, что повышало устойчивость западного направления.

К началу Смоленского сражения вследствие ошибок в планировании, колоссального объема намеченных мероприятий при ограниченных сроках на их осуществление создать сплошной и устойчивый фронт обороны советское командование не сумело. Оборону успели занять лишь 37 дивизий из 66. Причем всего 24 дивизии действовали в первом эшелоне армий: 275 тыс. человек, 135 танков, 2116 орудий и 1300 минометов всех калибров. Соотношение сил, непосредственно вступивших в сражение, было в пользу противника: в людях – 1,5:1, в артиллерии – 1,7:1 и в танках – 7:1.

Смоленское сражение началось 10 июля и затянулось на два месяца — срок, на который совершенно не рассчитывало немецкое командование.
Самым уязвимым местом в обороне Западного фронта оказался стык 20-й и 22-й армий. На этом направлении еще 9 июля советские войска оставили Витебск, что позволило 20-й танковой дивизии из танковой группы Гота буквально на следующий день устремиться на восток. Маршал Советского Союза С. К. Тимошенко сразу же оценил серьезность положения в районе Витебска: прорыв Гота создал угрозу выхода его танков в тыл главным силам фронта. Отразить удар танкового клина можно было только мощным вторым эшелоном, а именно его-то у Западного фронта не было. Оказалось, что единственный резерв в этом районе – это отдельные части и соединения 19-й армии, так как ее главные силы продолжали следовать по железной дороге.

Командующий фронтом решил совместными действиями 19, 20, 22-й армий во взаимодействии с авиацией уничтожить прорвавшегося противника и, овладев Витебском, закрепиться на фронте Идрица, Полоцкий укрепленный район, Орша и далее по реке Днепр. 21-й армии генерал-полковника Ф. И. Кузнецова было приказано нанести удар в направлении Городище, Бобруйск и попытаться с юга воздействовать на тылы могилевской группировки противника.

Удар во фланг 3-й танковой группы Гота силами 22-й армии нанести не удалось. Противник расчленил ее войска на две части и глубоко охватил их с флангов. Оценив обстановку, Тимошенко приказал командарму генерал-лейтенанту Ф. А. Ершакову отводить армию на тыловой рубеж, а «для уничтожения прорвавшихся танков создать в каждой дивизии отряды и, объединив действия их в армейском масштабе, окружать и уничтожать противника». Для поражения танков привлекалась и авиация. Она должна была наносить по ним удары специальными термитными шарами, бутылками и ампулами с горючей смесью. Однако все эти меры не помешали немцам прорваться на правом крыле фронта. Не достигли поставленной цели 19-я и 20-я армии.

После ожесточенных боев 19-я армия генерал-лейтенанта И. С. Конева разрозненными группами устремилась на восток. Этим немедленно воспользовался противник, который 15 июля перехватил восточнее Смоленска, у Ярцево, железнодорожную и автомобильную магистрали, ведущие к Москве. Одновременно 29-я моторизованная дивизия захватила левобережную часть Смоленска. В результате в районе Смоленска оказались охваченными с трех сторон три армии – 16, 19, 20-я. Для отхода на восток им оставалась одна-единственная переправа через Днепр в районе села Соловьево (15 км южнее Ярцево). 16 июля, захватив Невель, немцы западнее него окружили 51-й стрелковый корпус 22-й армии, а 29-я моторизованная дивизия овладела Смоленском.

17 июля путь на восток противнику преградила сформированная генерал-майором К. К. Рокоссовским боевая группа в составе 38-й стрелковой и 101-й танковой дивизий, которые более десяти дней отвлекали значительные силы противника, непрерывно контратакуя его. К сожалению, перебои в снабжении боеприпасами и горючим вынудили 20-ю армию отойти в район северо-западнее Смоленска.

В боях под Оршей была впервые применена реактивная артиллерия. 14 июля в 15 часов 15 минут батарея капитана И. А. Флерова нанесла удар по железнодорожному узлу Орша, где стояли немецкие вагоны с боеприпасами и цистерны с горючим. Спустя полтора часа батарея произвела залп по переправе через реку Оршицу. Враг понес большие потери, в его рядах возникла паника. Те из гитлеровцев, кто уцелел, были взяты в плен. Это чудо-оружие советские бойцы назвали ласково «катюшей», а немецкие солдаты прозвали его «сталинским органом» (Stalinorgel).

Тяжелая обстановка сложилась на могилевском направлении, где оборонялась 13-я армия. Танковая группа Гудериана форсировала Днепр на ее флангах. Развернувшиеся ожесточенные бои не прекращались ни днем, ни ночью. Четыре стрелковые дивизии, а также отдельные части 61-го стрелкового и 20-го механизированного корпусов, возглавляемые командиром 61-го корпуса генералом Ф. А. Бакуниным, оказались в Могилеве как в ловушке.

17 июля немецкая 3-я танковая дивизия овладела Кричевом, зашла в тыл 13-й армии, окружив часть ее сил в районе Чаусы. Войскам 4-й и 13-й армий пришлось вести тяжелые бои в трех изолированных районах, а фактически в тылу врага. Но и в таком, казалось бы, безвыходном положении войска сумели нанести противнику ощутимый урон, остановив его на реке Сож, где на участке от Мстиславля до Кричева оборона стабилизировалась вплоть до 1 августа, а южнее, от Кричева до Славгорода (Пропойск), – даже до 8 августа.

Падение Смоленска и охват значительных сил Западного фронта повлекли за собой очень суровую реакцию Верховного Командования. Государственный Комитет Обороны потребовал от командования Западного фронта пресечь эвакуационные настроения, а город Смоленск ни в коем случае не сдавать врагу.

Борьба за Смоленск продолжалась с новой силой. В течение 17 и 18 июля в результате упорных боев отдельные районы города переходили из рук в руки. К утру 19 июля противник овладел большей частью города. Бои в Смоленске продолжались до конца июля. Последними город покинули 46, 129, 152-я стрелковые дивизии.

Одновременно с упорной обороной на смоленском направлении Западный фронт наносил контрудар на своем левом крыле, где 13 июля перешла в наступление 21-я армия, которой командовал бывший командующий Северо-Западным фронтом генерал Ф. И. Кузнецов. Основную роль здесь сыграл 63-й стрелковый корпус под командованием комкора Л. Г. Петровского. В тот же день корпус форсировал Днепр и продвинулся на 8–10 км, освободив Рогачев и Жлобин, – первые города, которые, правда лишь на короткое время, были освобождены от оккупантов.

Наступление 63-го стрелкового корпуса было остановлено подошедшим с запада 53-м армейским корпусом противника, который сам здесь на длительное время завяз в боях. Рядом с корпусом Петровского наступал 66-й стрелковый корпус генерала Ф. Д. Рубцова. Развернулись тяжелые бои с переброшенным сюда же из резерва группы армий «Центр» 43-м армейским корпусом и еще двумя пехотными дивизиями. Для отражения удара 21-й армии, которая создавала угрозу глубокому тылу танковой группы Гудериана, фельдмаршалу Боку пришлось привлечь около 15 дивизий, причем 8 из них понесли серьезный урон, что ограничило возможности по наращиванию усилий на смоленском направлении.

Определяя планы дальнейшего ведения войны на востоке, Гитлер в директиве № 33, подписанной им 19 июля, приказал группе армий «Центр» после уничтожения окруженных советских войск наступать на Москву. При этом предполагалось, что для решения первой задачи фельдмаршалу Боку потребуется немалое время, поэтому в последующем наступлении группа армий «Центр» определяющей роли играть не будет. Наступление на Москву должно было осуществляться лишь пехотными соединениями и частью танковых войск, которые не примут участия в наступлении на юго-восток. Отныне главные усилия вермахта переносились на юго-западное направление для разгрома советских войск на Украине. Армиям Бока предстояло перерезать коммуникацию Москва – Ленинград и тем самым прикрыть правый фланг группы армий «Север», наступающей на Ленинград.

В это время советское командование все внимание сосредоточило на московском направлении. Ставка усиленно перебрасывала сюда свои резервы. На рубеже Старая Руса, Осташков, Белый, Ельня, Брянск, т.е. в тылу Западного фронта, создавал оборону Фронт Резервных армий под командованием генерал-лейтенанта И. А. Богданова, бывшего начальника войск Белорусского пограничного округа. В новый фронт входили дивизии, сформированные НКВД из кадрового состава пограничных и внутренних войск. Всего фронт включал четыре армии: 29-ю — генерал-лейтенанта И. И. Масленникова, 30-ю — генерал-майора В. А. Хоменко, 31-ю — генерал-майора В. Н. Долматова, и 24-ю — генерал-майора К. И. Ракутина.

18 июля Ставка приступила к созданию на западном направлении третьего стратегического эшелона. На дальних подступах к Москве был образован фронт Можайской линии обороны в составе 32, 33, 34-й армий во главе с командующим Московским военным округом генерал-лейтенантом П. А. Артемьевым. Готовились три оборонительных рубежа, занимаемых войсками на глубину до 300 км. Но Ставка не сбрасывала со счетов и вопрос о переходе в контрнаступление.

В тот же день начальник Генерального штаба издал директиву о проведении операции по окружению и разгрому противника в районе Смоленска. С этой целью из 20 дивизий Фронта Резервных армий было создано 5 армейских оперативных групп, которые затем вошли в состав Западного фронта. Этим группам войск, возглавляемым генералами В. А. Хоменко, С. А. Калининым, К. К. Рокоссовским, В. Я. Качаловым и И. И. Масленниковым, предстояло нанести одновременные удары с северо-востока, востока и юга в общем направлении на Смоленск. После разгрома прорвавшегося врага они должны были соединиться с основными силами 16-й и 20-й армий. Это была попытка перейти в контрнаступление.

Чтобы поддержать и прикрыть ударные группировки с воздуха, выделялись три авиационные группы, каждая в составе до смешанной авиационной дивизии, а для содействия наступавшим с фронта войскам была создана кавалерийская группа (три дивизии) с задачей совершить рейд по тылам могилевско-смоленской группировки противника.

В целях повышения боевых возможностей в каждую стрелковую дивизию, предназначенную для наступления, включили по одному танковому батальону из 21 танка каждый, а в группу генерала Качалова – 104-ю танковую дивизию.

Первой 23 июля нанесла удар в районе Рославля группа Качалова. На следующий день из района Белого перешла в наступление группа Хоменко, а в районе Ярцева атаковала группа Калинина. В течение нескольких дней группа Рокоссовского отражала атаки противника, пытавшегося прорваться к Ельне и Вязьме, и только 28 июля смогла нанести удар. Последней выступила группа Масленникова. В результате действий оперативных групп продвижение противника на ряде участков фронта было остановлено. Однако создать необходимые условия для полного разгрома его духовщинской группировки не удалось. Медленное продвижение оперативных групп объяснялось главным образом слабым авиационным обеспечением наступавших войск, большой неукомплектованностью соединений танками и артиллерией, крайне ограниченным временем на подготовку контрнаступления.

Боевые действия войск центра и левого крыла Западного фронта разделились на два относительно самостоятельных очага борьбы: один – в районе Смоленска, другой – Гомеля. Для удобства управления войсками Ставка 25 июля образовала Центральный фронт, включив в него 13-ю и 21-ю армии, а несколько позже — вновь сформированную 3-ю армию. Новый фронт возглавил генерал Ф. И. Кузнецов. Однако уже через две недели вместо Кузнецова на этом посту оказался генерал-лейтенант М. Г. Ефремов. Задача этого фронта состояла в том, чтобы прочно прикрыть стык Западного и Юго-Западного фронтов, активными действиями на северо-запад, в направлении Гомеля, Бобруйска, содействовать успеху Западного фронта.

Продолжались ожесточенные бои в районе Могилева. Особым упорством отличалась 172-я стрелковая дивизия генерал-майора М. Т. Романова. Совместно с правофланговыми дивизиями 21-й армии, которые контратаковали противника в направлении Могилева с юга, окруженные войска сковывали силы четырех вражеских дивизий. К 25 июля все боеприпасы, не говоря уже о продовольствии, были израсходованы, а пополнить их никакой возможности не представлялось. Линия фронта откатилась далеко на восток. Ряды защитников Могилева поредели, но их моральный дух оставался высоким. Генерал Романов отдал приказ в ночь на 26 июля попытаться вырваться из окружения. Ценой неимоверных усилий только часть воинов сумела выбраться из кольца и выйти в расположение своих войск. Однако многим это не удалось. Оставшиеся в Могилеве войска сражались до последнего патрона. В ночь на 27 июля в город ворвался противник. Стойкая оборона Могилева – незабываемая страница героической летописи Великой Отечественной войны. Многие защитники города погибли. Их вклад в победу над врагом навечно останется в памяти потомков.

К сожалению, не на всех направлениях советские воины сражались так стойко, как под Могилевом, Красным и у Соловьевской переправы. Вспоминая после войны о боях под Смоленском, маршал К. К. Рокоссовский отмечал массовый героизм солдат и офицеров, но вместе с тем он вынужден был признать, что встречалось немало фактов проявления военнослужащими трусости, паникерства, дезертирства и членовредительства с целью уклониться от боя. 16 июля появился приказ Ставки Верховного Командования № 270. Как это нередко было, под статью закона попали и правые и виновные. Суровые испытания выпали на долю группы генерала Качалова: она попала в окружение севернее Рославля. Выходя из окружения в начале августа, войска группы понесли большие потери. 4 августа погиб и командующий группой генерал Качалов. 16 августа появился приказ Ставки ВГК, в котором, в частности, безапелляционно утверждалось: «Командующий 28-й армией генерал-лейтенант Качалов, находясь вместе со штабом группы войск в окружении, проявил трусость и сдался в плен немецким фашистам». Незаслуженные обвинения в измене Родине генерала, до конца выполнившего свой воинский долг, были сняты лишь спустя многие годы после войны.

Несмотря на все усилия, выполнить задачу по разгрому противника в районе Смоленска войска Западного фронта так и не смогли. Им не удалось перейти в контрнаступление, а разрозненные удары, к тому же на широком фронте, оказались малоэффективными. Однако и эти удары лишили войска группы армий «Центр» маневра в сторону флангов – на Украину и Ленинград, что облегчило положение советских войск на юго-западном и северо-западном направлениях. Смог улучшить положение и Западный фронт: своими ударами он на какое-то время отвлек противника от окруженных в районе Смоленска войск. К 1 августа группа Рокоссовского и войска 16-й и 20-й армий одновременным наступлением навстречу друг другу прорвали кольцо окружения. После шестидневных кровопролитных боев части этих армий соединились с главными силами фронта.

В ходе боев под Смоленском Западный фронт понес серьезные потери. К началу августа в его дивизиях оставалось не более чем по 1–2 тыс. человек. По данным противника, только в июле в плен было захвачено 184 тыс. красноармейцев. Очень трудно в дни Смоленского сражения приходилось малочисленной советской авиации, особенно бомбардировщикам и штурмовикам, действовавшим в условиях господства немецких истребителей.

Ожесточенное сопротивление советских войск под Смоленском ослабило наступательную мощь группы армий «Центр». Она оказалась скованной на всех участках фронта. В ходе сражения наглядно проявился просчет политического и военного руководства Германии в оценке способности советских войск к сопротивлению. Несмотря на крупные потери и тяжелейшие бои в окружении, части продолжали сражаться «ожесточенно и фанатично», как докладывали в Берлин сами немецкие генералы. Главная цель кампании – уничтожение армии русских – оставалась незавершенной.

И хотя сил было еще довольно много, вести наступление одновременно на всех трех главных направлениях вермахт уже не мог. Вот почему 30 июля Гитлер подписал директиву № 34, согласно которой группа армий «Центр» должна была перейти к обороне. По приказу фюрера основные усилия вермахта в силу неблагоприятно сложившихся обстоятельств на центральном участке фронта были перенесены на фланги. В августе в первую очередь намечалось продолжать наступление с целью уничтожения советских войск на Украине, а также совместно с финскими войсками блокировать Ленинград. Танковые группы, входившие в состав войск Бока, выводились из боев для срочного восстановления боеспособности и последующего использования их на флангах Восточного фронта. Очень точную оценку сложившейся обстановки дал генеральный штаб сухопутных войск вермахта. В журнале боевых действий ОКХ отмечалось: «Таким образом, противник получил месяц времени, чтобы западнее Москвы организованно укрепиться для обороны при одновременном отражении наступления, проводимого в августе недостаточными силами. Тем самым одновременно ему удалось на несколько недель исключить непосредственную угрозу Москве и этим добиться большого политического успеха».

Советское командование по-прежнему считало, что свои основные силы противник собирается использовать для овладения Москвой. Оно ожидало, что после неудавшегося лобового удара немецкие войска попытаются обойти главные силы Западного фронта с флангов. Поэтому войскам Западного направления было приказано прочно удерживать Великолукский и Гомельский выступы, сохраняя охватывающее положение по отношению к группе армий «Центр», одновременно продолжать наносить удары по главным ее силам на смоленском направлении, в районах Духовщины и Ельни. Усиливая оборону на московском направлении, Ставка ВГК 30 июля объединила резервные армии на Ржевско-Вяземском оборонительном рубеже, создав Резервный фронт во главе с генералом армии Г. К. Жуковым, который из-за разногласий со Сталиным по вопросам ведения вооруженной борьбы был отстранен от должности начальника Генерального штаба.

В августе основные события развернулись в полосе Центрального фронта, куда были повернуты 25 дивизий группы армий «Центр», в том числе 6 танковых и моторизованных. Они наносили удар на юг с целью выхода в тыл Юго-Западному фронту, остановившему наступление группы армий «Юг» на рубеже Днепра. 8 августа при поддержке крупных сил авиации перешли в наступление соединения Гудериана, а 12-го их поддержала 2-я армия генерала Вейхса.

Войска генерала М. Г. Ефремова не смогли сдержать столь мощного танкового удара и под угрозой охвата превосходившими силами противника начали отходить в южном и юго-восточном направлениях. На сей раз Ставка разгадала намерения немцев и, чтобы не допустить окружения Центрального фронта и выхода врага в тыл войск, которые обороняли Киев, развернула между Центральным и Резервным фронтами Брянский фронт во главе с генерал-лейтенантом А. И. Еременко. В его состав входили соединения вновь формируемой в районе Брянска 50-й армии генерал-майора М. П. Петрова, а также остатки 13-й армии, командующим которой 26 июля назначен генерал-майор К. Д. Голубев.

К сожалению, эта мера не дала каких-либо положительных результатов. Танкисты Гудериана к 21 августа продвинулись на глубину до 140 км, овладев к этому времени Клинцами и Стародубом. Армия Вейхса, прорвав оборону Центрального фронта, захватила Гомель.

Почти одновременно начались удары войск Западного фронта в общем направлении на Духовщину, а Резервного – в районе Ельни. И тот и другой фронты пытались вырвать из рук противника инициативу. К этому моменту войска Западного фронта уже имели небольшой перевес в людях, но продолжали уступать немцам в артиллерии, танках и особенно в авиации.

8 августа соединения 19-й и 30-й армий под командованием генералов И. С. Конева и В. А. Хоменко атаковали противника под Духовщиной. Несколько дней они пытались прорвать оборону врага и выйти на оперативный простор, но безуспешно. Перегруппировав силы, немцы быстро организовали сопротивление. Правда, и сами при этом понесли значительные потери. Следует отметить, что атаки соединений 19-й армии способствовали выходу из окружения группы генерал-лейтенанта И. В. Болдина, которая, совершив 500-км рейд по тылам противника, через полтора месяца соединилась со своими войсками.

15 августа командующий Западным фронтом отдал приказ продолжать Духовщинскую операцию. Наносившая главный удар армия И. С. Конева получила подкрепление: 101-ю танковую и 64-ю стрелковую дивизии, 43-ю смешанную авиационную дивизию, а также два пушечных артиллерийских полка, три артиллерийских дивизиона и две батареи реактивной артиллерии. Наступление армии началось 17 августа с форсирования реки Вопь. Прорвав вражескую оборону, они в первый же день наступления продвинулись на 10 км.

Перешли в наступление и другие армии фронта. Соединения армии Масленникова успешно форсировали Западную Двину, смяли оборонявшуюся здесь пехотную дивизию противника, нанеся ей большой урон. Для восстановления положения на этом участке фронта немецкое командование вынуждено было перебросить моторизованный корпус из 3-й танковой группы и другие части.

После оценки результатов боевых действий и положения противника генерал Жуков пришел к выводу, что для уничтожения врага, который оборонял Ельнинский выступ, сил одной 24-й армии явно недостаточно. 21 августа Жуков приказал прекратить наступление и приступить к подготовке нового, более сильного и лучше организованного удара.

Ставка ВГК продолжала добиваться изменения характера боевых действий в свою пользу. И хотя войска Западного, Резервного, Центрального и Брянского фронтов понесли большие потери, а их удары не достигли цели, они нанесли противнику весьма ощутимый урон, истощили его группировки и резервы. Кроме этого командный состав Красной Армии приобрел так необходимый ему боевой опыт.

Контакты