Боевые действия Красной Армии в ВОВ.

Документы
Просмотров: 2508
Печать

В ответ на приглашение т.Молотова посетить его Криппс явился в сопровождении Дэнлопа.

Тов.Молотов заявил, что, вызывая Криппса, он должен выразить ему свое удивление по поводу заявления, сделанного Иденом в беседе с т.Майским. Как, наверное, известно Криппсу, Иден сказал т.Майскому, что создалось неудобное положение в связи с тем, что Криппс долгое время не был у т.Молотова. Тов.Молотов указал Криппсу, что, являясь Председателем Совета Народных Комиссаров, он должен уделять внимание вопросам не только внешней, но и многочисленным вопросам внутренней политики страны. Во многих случаях, не имея физической возможности и не будучи обязанным принимать послов и разрешать вопросы, возникающие по линии Наркоминдела, заявил т.Молотов, он поручает рассмотрение этих вопросов своим заместителям по Наркоминделу. Такое положение вещей не вызывало никаких ненормальностей и недоразумений. Тов.Молотов выразил пожелание, чтобы Иден и Криппс учли это его заявление.

Криппс, коснувшись того, как он долгое время добивался свидания с т.Молотовым, заявил, что ему необходимо было иметь свидание лично с т.Молотовым для того, чтобы обсудить вопросы, которые Британское правительство считало весьма важными и о которых оно заявило в меморандуме от 22 октября. Криппс отметил, что эти вопросы являлись наиболее важными среди тех, которые он ставил после своего приезда в Москву.

Без большого на то желания со своей стороны, продолжал Криппс, он начал переговоры с т.Вышинским. В процессе переговоров выяснилось, что т.Вышинский не мог и якобы отказался вообще обсуждать политические вопросы, \589\ ограничился лишь редактированием отдельных параграфов меморандума.

На это заявление Криппса т.Молотов возразил, что функции т.Вышинского не ограничены редактированием документа. Что же касается политических вопросов, то даже он сам, заявил т.Молотов, не мог бы сразу дать ответ, не посоветовавшись со своим правительством.

Криппс снова стал говорить, что он не мог получить ответа Советского правительства на меморандум и что тов.Микоян ему не ответил на его торговые предложения, сделанные им 19 октября и подтвержденные письмом от 9 ноября. В результате ослабления контакта между ним и т.Молотовым Криппс не мог информировать свое правительство о мероприятиях Советского правительства, свидетельствующих о его желании улучшить советскоанглийские отношения. В конце концов Криппс предложил сначала выработать условия улучшения отношений в общей форме, чтобы на этой основе разрешить отдельные частные вопросы.

В ответ на это т.Молотов заявил, что Криппсу известно положительное отношение Советского правительства к его назначению в Москву, о чем сам т.Молотов упоминал, выступая на сессии Верховного Совета. Однако ожидания Советского правительства улучшения отношений с Англией отнюдь не оправдались. Наоборот, в то время, как со стороны СССР не было сделано никаких недружественных шагов по отношению к Англии, последняя предприняла ряд новых недружественных актов по отношению к СССР в 1940 году, что не свидетельствовало о желании Британского правительства улучшить отношения между обеими странами. Тов.Молотов привел пример с прибалтами (золото, суда и др.) и сравнил отношение к этому вопросу Англии и Швеции, с которой у Советского Союза не было никаких недоразумений. Не свидетельствует о желании улучшения отношений и документ, врученный Криппсом т.Вышинскому.

Далее т.Молотов заявил, что высказанная т.Вышинским 11 ноября личная точка зрения о том, что предложения, содержащиеся в британском меморандуме, не могут служить базой для урегулирования советско-английских отношений, была одобрена Советским правительством. Тов.Молотов добавил, что этот факт свидетельствует также о том, что Криппс не прав, когда он заявляет, что будто бы тов.Вышинский отказывался обсудить политические вопросы. Тов.Молотов не согласился с предложением Криппса выработать сначала условия улучшения отношений в какой-то общей форме, указав, что это ни к чему хорошему не приведет, так как Английское правительство не хочет считаться с интересами Советского Союза и нагромождает все больше недружественных актов в отношении СССР. Кроме того, не по вине СССР, а по вине Англии мы не можем договориться по второстепенным вопросам. Тов.Молотов указал также, что его удивляет положение, которое не раз создавалось во время политических переговоров между СССР и Англией. Как в 1939 году при переговорах, которые т.Молотов вел с послами Франции и Англии, так и при последних предложениях Английское правительство выражало желание держать переговоры в секрете, но в обоих случаях содержание переговоров быстро становилось достоянием английской прессы. В результате от секретности переговоров ничего не осталось, и это происходило не по вине Советского правительства.

Криппс попытался объяснить, что в случае с британским меморандумом рассекречивание произошло из советского полпредства. Как ему известно, о переговорах в Москве в известность был поставлен только лишь один Майский. Однако, заявил Криппс, согласно полученной им информации, будто бы \590\ представитель ТАСС – Ротштейн явился в Министерство экономической войны и подробно изложил содержание английских предложений.

Тов.Молотов ответил, что о заявлении Ротштейна ему ничего неизвестно, а полпредство не могло ничего рассекретить, ибо из-за затруднений с диппочтой Советское правительство вообще не сообщило полпреду подробностей предложений Английского правительства.

К замечанию Криппса о работе враждебных элементов т. Молотов добавил, что указанное им рассекречивание делается кем-то для того, чтобы эксплуатировать это в интересах порчи отношений Советского Союза с другими странами.

На заявление Криппса, что отношения между обеими странами должны быть основаны не на временном соглашении военного периода, а на более прочной основе, дающей возможность улучшения дружественных отношений, т.Молотов заявил, что в этом заинтересованы обе страны, но накопление количества недружественных актов по отношению к СССР со стороны Англии не свидетельствует о желании Английского правительства улучшить отношения между нашими странами. Об этом свидетельствует как опыт 1939 года, так и опыт 1940 года.

На это Криппс заявил, что он понял т.Молотова в том смысле, что улучшение англо-советских отношений должно начинаться с разрешения отдельных актуальных вопросов.

Тов.Молотов подтвердил мысль, высказанную Криппсом.

Записал Потрубач

АВП РФ. Ф.06. Оп.З. П.81. Д.81. Л/7.2-5. Машинопись, заверенная копия.

Контакты