Боевые действия Красной Армии в ВОВ.

Документы
Просмотров: 1968
Печать
 

Немедленно

1. Вчера вечером Галифакс пригласил меня к себе. Он начал с заявления, что хотя не имеет никакого конкретного дела, но все-таки желал повидать меня, поскольку мы давно не встречались (в последний раз я был у него 26 мая), и побеседовать "вообще", без какой-либо определенной цели. Далее Галифакс перешел к встрече с товарищем Сталиным и довольно долго говорил, что Британское правительство придает большое значение этой встрече и что оно сделает отсюда надлежащие выводы. Что именно Галифакс имел при этом в виду, было не совсем ясно, а уточнять путем постановки вопросов было неудобно, поскольку содержание беседы товарища Сталина с Криппсом мне было неизвестно: легко было попасть в неловкое положение. Затем Галифакс задал вопрос: возможно ли все-таки устранение "недоразумений", существующих между Англией и СССР? Я ответил, что в отношениях между обеими странами речь, к сожалению, идет не только о "недоразумениях", но что, по моему мнению, эти отношения могут быть улучшены при надлежащем изменении линии британской политики. Галифакс подумал немного и вдруг спросил: неужели в Москве думают, что во время прошлогодних переговоров Британское правительство было неискренне в своем стремлении прийти к соглашению? Я ответил, что точка зрения Советского правительства на позицию Британского правительства (и Французского правительства) во время прошлогодних переговоров была достаточно ясно выражена в речи т.Молотова от 31 августа 1939 г., и при этом по памяти процитировал то ее место, где т. Молотов говорил о внутреннем противоречии, проникавшем линию англо-французов в период переговоров. Галифакс стал возражать и ссылаться на приверженность Британского правительства (в частности, в вопросе о "косвенной агрессии") "принципам международного права". Я проиронизировал над этим заявлением Галифакса и над так называемым "международным правом" вообще, назвав последнее "коллекцией прецедентов из истории права силы в международных отношениях". Галифакс реагировал на это замечание, что в моих словах "скрыто много правды".

2. После того Галифакс опять немного помолчал и с некоторой заминкой в голосе поставил вопрос: думаю ли я, что право силы когда-нибудь перестанет регулировать международные отношения? В течение последующих 15 20 минут между нами шла дискуссия на эту тему, причем из слов и поведения Галифакса было совершенно ясно, что он полон самых мрачных предчувствий за будущее той социальной системы, которую он представляет, и что особенно его беспокоит грядущая судьба лэндлордов (он сам крупный лэндлорд в Йоркшире).

Галифакс, однако, утешался той мыслью, что в Англии революция невозможна и что лэндлорды здесь, видимо, будут ликвидированы с помощью налогового пресса. Я реагировал на это рассуждение замечанием, что недостаточно знаком с английскими условиями для того, чтобы высказать какое-либо суждение по затронутому Галифаксом вопросу, к тому же, несомненно, это совсем не относится к сфере моей компетенции.

3. Под конец Галифакс коснулся кое-каких текущих вопросов. Прежде всего он спросил: что Советское правительство считает более целесообразным: иметь общую границу с Германией или же буферную Польшу между \93\ СССР и Германией? При этом Галифакс рассказал, что несколько времени назад в разговоре с ним Богеман (шведский товарищ министра иностранных дел) высказывал такой взгляд: буферная Польша являлась бы постоянным источником европейских осложнений, поэтому с точки зрения европейского мира выгоднее, чтобы СССР и Германия имели общую границу. Я уклонился от трактовки данного вопроса, заметив, что СССР удовлетворен своим договором с Германией от 28 сентября прошлого года.

4. Затем Галифакс спросил, окончательно ли установлена новая советско-румынская граница? Я ответил утвердительно. Тогда Галифакс путем разных наводящих вопросов попытался выяснить, нет ли у нас планов дальнейшей "экспансии" на Балканах. Я отнесся к опасениям Галифакса иронически. Галифакс интересовался также перспективами войны и мира в этой части света и высказывал мнение, что Германия и Италия не хотят, чтобы военный пожар распространился на нее. Он говорил, между прочим, о том, что "режим Бека" в Польше был гнил сверху донизу и что он не верит в прочность режима Гитлера в Германии. В заключение Галифакс заявил, что хотел бы поддерживать со мной более тесный контакт и надеется скоро увидеться опять.

5. Общее мое впечатление от вчерашнего свидания сводится к тому, что Галифакс сильно встревожен той кампанией, которая сейчас идет в Англии против "мюнхенцев" вообще и против него лично в частности, и стремится путем демонстрации своего "контакта" с СССР несколько укрепить свое положение.

Майский

АВП РФ. Ф.059. On. 1. П.325. Д.2235. Лл. 132-135. Машинопись, заверенная копия.

Контакты