Боевые действия Красной Армии в ВОВ.

Документы
Просмотров: 17436
Печать

Казалось бы, мы знаем о Великой Отечественной войне почти все, но иногда судьба одного человека открывает неизвестные страницы в той далекой войне. Недавно к нам в редакцию пришла Ю.Н.Федорова, которой понравился мой материал о судьбе А.Ф. Слепнева, поэта, журналиста и воина. Мы договорились с Юлией Николаевной о том, что я попытаюсь найти материалы об обстоятельствах гибели ее отца, Николая Алексеевича Федорова (родился в городе Ногинске - бывшем Богородске, Московской области), красноармейца, который воевал  в так называемой «Ржевской мясорубке». Официальных данных об этом практически нет, вся информация, которая вошла в эту статью, основана на отрывочных сведениях и воспоминаниях выживших в той страшной битве.

В телевизионных сериалах рассказывают о штрафных ротах. А на самом деле в Красной Армии были не только штрафные роты и батальоны, а целые дивизии, корпуса, армии!!! Воевали в них штрафники и «зэки». Самой знаменитой из них была 16 армия под руководством Рокоссовского, но были и другие штрафные соединения. Одно из них -  6-й Сибирский добровольческий стрелковый корпус. Именно в этом корпусе воевал и погиб 30 ноября 1942 года в Смоленской (ныне Тверской) области красноармеец Н.А.Федоров.

Начнем с биографии Н.А.Федорова. Николай Алексеевич начал работать с восьми лет на Старо-Богородской фабрике у Елагина мальчиком «на побегушках». Потом стал ткачем, помощником мастера, мастером. Закончил Ногинский рабфак, учился в лесотехническом институте. В 1925 году вступил в ВКП(б). С 1934 года работал в топливном секторе Глуховского хлопчатобумажного комбината. Заготавливал торф, дрова и строевой лес на Соповских торфоразработках у поселка Электропередачи (ныне город Электрогорск).

Началась Великая Отечественная война, гитлеровцы подошли к Москве. Николая Алексеевича вызвали в горком партии и приказали выехать в Барнаул, в этот город планировалось эвакуировать Глуховский хлопчатобумажный комбинат. Но немцы были разгромлены под Москвой, и эвакуацию комбината отменили. После этого Федоров в Ногинск не вернулся, а был назначен председателем Крайлеспромсоюза и направлен в отдаленный район Алтайского края.

В июле 1942 года началось формирование добровольческой стрелковой бригады алтайцев. По приказу Сибирского военного округа с 24 августа 1942 года она стала называться 74-й Отдельной стрелковой добровольческой Сталинской бригадой алтайцев-сибиряков. Через месяц Николай Алексеевич был зачислен добровольцем в эту бригаду алтайцев-сибиряков, входившую в состав 6-го Сибирского добровольческого стрелкового корпуса.

В составе 6-го корпуса первоначально входили: 1-я (затем 150-я) Сталинская добровольческая стрелковая дивизия (Новосибирская область), 74-я Сталинская добровольческая стрелковая бригада сибиряков – (Омский и Алтайский край), 78-я Сталинская добровольческая стрелковая бригада сибиряков (Красноярский край).

На 80 процентов корпус состоял из спецконтингента (пораженцы в правах, ранее судимые по политическим статьям, ссыльнопоселенцы и т.д.), которые ранее не призывались.

Действительно ли все зачисленные в бригаду были добровольцами? Об этом мы, наверное, никогда не узнаем. Известно только то, что к 1942 году Красная Армия понесла невиданные потери, только в плену оказалось более 5 миллионов бойцов. Для контрнаступления и освобождения оккупированной территории требовались большие людские резервы. И тогда Сталин вспомнил о спецпоселенцах. Постановлением Государственного комитета обороны СССР от 11 апреля 1942 года № 1575 НКВД предписывалось "призвать в армию 500 тысяч человек, годных к строевой службе из трудпоселенцев". Другим постановлением № 2100 от 26 июля 1942 года "объявлялся еще один особый призыв" общей численностью также до 500 тысяч человек.

Таким образом, на фронтах Великой Отечественной войны воевало до одного миллиона спецпоселенцев. Но об этих мобилизациях в официальной литературе о войне нет ни строчки.

22 октября 1942 года нарком внутренних дел СССР Л.П. Берия издал приказ № 002303, согласно которому все призванные и члены их семей (жена, дети) снимались с учета трудссылки. Партийным комитетам было предписано провести мобилизацию репрессированных Советской властью крестьян под видом патриотического добровольческого движения.
Случай предоставлял спецпоселенцам  возможность с оружием в руках "доказать свою
преданность Родине". Выбор у них был невелик: умереть от каторжного труда в ссылке или погибнуть на фронте. А на фронте, вместо определенных приговором 10 лет лагерей или спецпоселения засчитывались три фронтовых месяца, вместо 7 лет - два месяца, вместо 5 лет - месяц. По истечении этого срока с тех, кто выжил, судимость снималась, а семьям погибших за Родину возвращались гражданские права. Однако освобождение из спецпоселков не предусматривалось.

Оставшиеся 20 процентов состава корпуса были коммунисты и комсомольцы, так как, по мнению партийных начальников и чекистов, вооруженные спецпоселенцы требовали к себе удвоенного внимания. Но призыв среди членов партии проходит очень тяжело, многие из ответственных работников положили на стол партбилет, но так и не избежали фронта. Зачастую парткомы «записывали» в добровольцы провинившихся или эвакуированных из других городов коммунистов или освобожденных от военной службы. Среди призванных, желающих добровольно положить жизнь "за Сталина, за СССР" было мало.

До 15 сентября 1942 года бойцы 6-го Сибирского добровольческого стрелкового корпуса  осваивали боевую технику, приемы и способы ведения боя с предстоящим врагом, особенно по захвату отдельных опорных пунктов. В октябре 1942 года корпус был отправлен на фронт. В пути к нему присоединилась 91-я стрелковая бригада, состоящая из заключенных лагерей НКВД, или, как их называли в служебной переписке НКВД, "спецдобровольцев". Корпусу не повезло с самого начала прибытия на Калининский фронт. На фронт он добирался по местам, уже выжженным войной, а поставить на довольствие его “забыли”. 170 километров до фронта корпус шел 30 суток. В день бойцам выдавали от 400 до 750 гр. хлеба. Появились больные, были даже случаи смерти от “паралича сердечной недостаточности”. Когда корпус пришел на место, истощенных людей откармливали в срочно созданных “домах отдыха”. В начале ноября корпус привели к присяге. Командиром корпуса стал генерал-майор С.И. Поветкин. 

И вот этот, немного отдохнувший корпус, включенный в состав 41-й армии Калининского фронта, принимает  первое боевое крещение. 25 ноября 1942 года началась наступательная операция. При поддержке танковых подразделений 1-го механизированного корпуса генерал-майора М.Д. Соломатина, 6-й стрелковый корпус пошел на прорыв немецкой обороны. По воспоминаниям участников боев, не все бойцы имели оружие. Они должны были добыть его в бою. Не у всех была маскировочная одежда, зачастую на «добровольцах» были темные телогрейки и бушлаты, легко различимые на фоне снега (поэтому немцы стали называть их «черные дивизии»).  Место для прорыва в районе города Белый - узкая долина шириной с километр - была выбрана неудачно. Гитлеровцы обстреливали наступающих, занимая господствующие высоты. При поддержке артиллерии и танков сибиряки все-таки преодолели вражеские укрепления, но гитлеровцы подтянули танковые дивизии, дивизии СС и гренадерские соединения, а также так называемый "Восточный батальон", сформированный из советских военнопленных. 

Появление «Восточного батальона» именно на этом участке фронта было частью плана, направленного на то, чтобы разложить части, укомплектованные пострадавшими от большевистского режима людьми, и склонить их к массовому переходу на сторону немецких войск. Для этого в расположение 6-го стрелкового корпуса забрасывались разведывательно-диверсионные группы, экипированные в форму красноармейцев и командиров. Деморализовать корпус гитлеровским спецслужбам не удалось - отдельные факты измены не в счет.

Наступление корпуса было частью операции «Марс», которой руководил представитель ставки маршал Г.К.Жуков. Калининский и Западный фронты должны были прорвать оборону и наступать на Ржев и Смоленск, развивая успех. Это наступление являлось основным в 1942 году и должно было привести к разгрому немецкого Центрального фронта. Но прорыва не получилось, гитлеровское командование подтянуло в район Вязьмы и Ржева резервы и остановило наступление. Задним числом в официальной литературе эта операция изображается как второстепенная, а основным представляется наступление под Сталинградом.

Так как же погиб Николай Алексеевич Федоров? В сводке потерь, найденной мной на сайте Министерства обороны «Мемориал», записано, что красноармеец, истребитель танков Н.А.Федоров погиб 30 ноября 1942 года. Можно только предположить, что при общей нехватке оружия истребитель танков был «вооружен» бутылками с зажигательной смесью, именуемыми «коктейль Молотова». Практически безоружных истребителей танков командование бросало на ликвидацию прорыва немецких танков. По-видимому, Н.А.Федоров погиб во время отражения очередной атаки вражеских танков, до конца выполнив свой воинский долг. В похоронке, пришедшей в семью, написано, что Н.А.Федоров погиб 25 ноября под деревней Пшеничная. Эти сведения, по-видимому, не соответствуют действительности, так как в сводке потерь (официальном документе, составленном по опросам однополчан) указано, что Федоров погиб 30 ноября 1942 года.

Чуть позднее, в феврале 1943 года, в Локнянском районе Псковской области  в составе 91-й стрелковой бригады 6-го стрелкового корпуса (того же, где воевал Н.А.Федоров) совершил свой подвиг Александр Матросов, бывший «зэк» и башкирский беспризорник Шакирьян Мухамедьянов. Он бросился на ДЗОТ, чтобы спасти своих товарищей. Произошло это 27 февраля 1943 года возле деревни Чернушки.

С операцией «Марс» связана также одна из загадок прошедшей войны. План наступательной операции «Марс» стал известен немецкому командованию заранее.
По воспоминаниям «главного диверсанта» НКВД Павла Судоплатова агент, сообщивший о начале наступления, был перевербован НКВД и выполнял задание советского
командования. По словам Судоплатова, информация о наступлении, передаваемая "Максом", готовилась  в  Оперативном управлении нашего Генштаба. 4 ноября 1942 года двойной агент «Макс» (другая кличка «Гейне») сообщил немецкой разведке, что  Красная Армия  нанесет немцам  удар  15 ноября не под  Сталинградом, а на Северном Кавказе и под Ржевом. Поэтому немцы ждали удара под  Ржевом и  отразили  его. Зато окружение группировки  Паулюса  под Сталинградом явилось для них полной неожиданностью.

Так солдаты и командиры корпуса заплатили своими жизнями за разведывательные игры командования – в наступлении под Ржевом полегло более 300 тысяч наших бойцов. В немецкой армии тоже были огромные потери - около 300 тысяч убитых и множество раненых.

Так почему же Сталин сообщил немцам о начале нашего наступления под Ржевом? Был ли это двойной обман или мудрые руководители перехитрили сами себя? А возможно, это один из коварнейших «сталинских планов» - убить наибольшее количество гитлеровцев и свидетелей «периода раскулачивания»? Пока не открыты архивы, об этом можно только догадываться, а страшную правду о «Ржевской мясорубке» мы, наверное, так никогда и не узнаем. Преступление это или очередная глупость? Этот вопрос пока остается без ответа.

В августе 1996 года под городом Белым Тверской области, на месте прорыва немецкой обороны в ноябре-декабре 1942 года, был открыт мемориальный комплекс в память о павших воинах-сибиряках 6-го Сибирского стрелкового добровольческого корпуса. Мемориал был сооружен из мраморных плит, привезенных из Красноярского края, на его строительство сибиряки добровольно собирали деньги.

Как таковой, деревни Пшеничной на современной карте нет, но рядом с местом гибели Н.А. Федорова находится деревня Плоское, она сохранилась. Есть официальное захоронение в деревне Плоское и несколько необнаруженных пока захоронений в районе исчезнувшей деревни Пшеничной. Каждый год там работают отряды поисковиков из Нижнего Новгорода, Сургута и Ханты-Мансийска. Возможно, они найдут могилу нашего земляка.

Журналист Козлов Сергей Викторович

Контакты